Купава Огинская – По темной стороне (СИ) (страница 51)

И Прия волшебным образом тут же замолчала, отказываясь продолжать разговор.

— А это вот «выкупить невесту» — это очень плохо? — любознательность моя вызвала мимолетное выражение досады на личике прелестницы.

— ‎Если и она умрет от сомнительного несчастного случая, то ее семья не в праве будет выступить с обвинениями. Купленная невеста лишается любых родственных связей, — Делмар был непривычно хмур. Странное дело, но вот это вот огнеопасное чудовище, совсем недавно удерживавшее в доме кучу человеческих девушек и считавшее такое положение дел вполне нормальным, отчего-то злилось.

Ошибалась я или нет, но, кажется, привязанность у хейзаров все же не только к членам семьи была крепкой, этих троих судьба Прии тоже очень волновала.

— Я так понимаю, погибшую жену он тоже купил?

Ответом мне был неуверенный кивок и печальное:

— Да.

— ‎А, может, наведаемся в гости к несостоявшемуся жениху? — азартно предложила я. Я чувствовала себя сильной, у меня была своя собственная тьма и жгучая жажда справедливости… или крови. Крови одного аристократического отморозка.

— ‎Я сам, — остудил мой пыл Велиар.

— ‎Сам так сам, — пробормотала я, удобнее устраиваясь под боком у кошмара, — мы же в ответе за тех, кого купили…

— ‎Яна!

Неожиданный поворот, но возмутилась почему-то Прия.

— Эээ… оконтрактили? — попыталась исправиться я. — Озадачили? П…

— ‎Яна! — И Раяр в стороне не остался. Вот только его грозный рык меня тоже полностью заткнуть не смог.

— ‎Повязали, — совсем тихо пробормотала я, вжимая голову в плечи.

Так и сидела все время, пока мой кошмар рассказывал, как я здесь оказалась, и что произошло. Просто очень неуютно было под испытующим взглядом Велиара.

А уж как кошмарно стало, когда он заговорил…

— Почему она до сих пор жива?

Вот лучше бы молчал.

— А давайте вы не будете задавать такие пугающие вопросы, — предложила я недружелюбно, — я еще молода и полна сил, мне рано умирать.

— ‎Именно силы ты и полна, — зловеще согласился Велиар, — слишком большая опасность.

— ‎Я ее обучаю, — мой суровый кошмар успокаивающе обнял меня за плечи.

— ‎Она сбежала от тебя, открыв множество проходов. Это опасно. От нее нужно избавиться.

Прия совсем побледнела, а Делмар, до этого удобно развалившийся на диване слева от меня, подобрался и подсел ближе.

Велиар, вместе с прелестницей, чью ладошку не выпускал все время разговора, сидели напротив, по ту сторону низкого стеклянного столика. И ему было бы очень удобно в меня чем-нибудь запустить…

— Нет, — Раяр был просто убийственно спокоен. Так же спокоен, как и в тот печальный день, во время визита светлых.

И тема беседы была та же. Моя смерть.

— Ты не понимаешь? — раздраженно спросил Велиар. — Зачем тебе она? Необученная, наглая девчонка. Она должна умереть.

— ‎Если он сейчас тут расчувствуется и благословением жахнет, — вызверилась я, враждебно глядя на мрачного хейзара — как выяснилось, родственники у моего кошмара были один хуже другого, — я очень расстроюсь.

Плечо мое сжали крепче. То ли успокаивающе, то ли предостерегающе — непонятно. Зато ответ его был однозначным:

— Я не убью Яну и не позволю тебе или кому-то еще ей навредить.

Велиар обиделся. Нет, со стороны выглядело все так, будто он чуточку озверел и вот-вот начнет дымиться, но я-то знала, что он просто обиделся.

— Ты готов рискнуть всем, лишь бы сделать мне наперекор? — угрожающе тихо сказал он. — Девчонка — сосуд, к тому же полна силы. Однажды адепты ее уже выкрали, выкрадут еще раз, кто сказал, что это не повторится? Что в следующий раз мать не пробудится? Мы для того ее усыпляли?

— Охотник, — сунулась было я, но под тяжелым взглядом серых глаз беспомощно заткнулась.

Я считала гляделки моего кошмара жуткими? Я ошибалась, у него самые прекрасные глаза на свете!

— Охотник мог прийти специально.

— Экий недоверчивый, — пробормотала я, теснее прижимаясь Раяру. Какой же, все-таки, замечательный у меня кошмар.

— ‎Я выучу ее, — хищник выглядел совершенно спокойным, хотя я отчетливо ощущала, как он напрягся, когда его бешеный братец чуть вперед подался, — и она сама сможет себя защитить. От всего.

Раяр был полностью уверен в своих словах, вот только Велиара убедить так и не смог. Тот продолжал поглядывать на меня с подозрением, но хоть убить не пытался… не при брате. А наедине с этим ужасом оставаться я и не планировала.

Хотя напросилась проводить Прию до кареты.

И оно того стоило. Лица всех встреченных нами слуг по дороге из гостиной на улицу, к воротам, где уже стояла запряженная и готовая к отбытию карета, того стоили. Такой неприкрытый первозданный ужас отразился на их лицах, когда вместо одного хейзара они увидели аж троих.

Я не чувствовала, но была уверена, что в доме сейчас тесно от их страха. Просто не продохнуть.

Забиралась в карету Прия долго. Сначала обняла меня, потом попрощалась с Раяром и Делмаром, потом еще раз обняла меня. И еще раз.

— Ты если не хочешь с ним ехать, так и скажи. Я сейчас нас быстренько куда-нибудь перемещу, — предложила я шепотом после четвертых обнимашек. Не то, чтобы я была прямо против… но жалко же ее.

— А ты разве умеешь?

— ‎Не умею, но, кажется, если меня уронить, то я перемещаюсь. Можем проверить. Ты держишься за меня, а я падаю. Идет?

— ‎Не нужно.

Велиар, который стоял в сторонке, но точно все слышал, лишь сверкнул на меня глазами.

Прию из моих рук в прямом смысле вырвали силой. Она хотела еще немножечко пообниматься, а ее чудище хотело уже отправиться в путь. И чтобы глаза его меня больше не видели.

Карета уезжала очень интересно. Кони медленно разгонялись, подгоняемые странным возницей с белыми неживыми глазами. Тот щелкал кнутом над лошадиными холками, заставляя их бежать все быстрее. Разгоняясь, они неслись по каменной дороге вдоль других, таких же огороженных высоким забором, особняков. В какой-то момент из-под копыт их, рассыпаясь словно искры, начал выбиваться сизый туман. Его становилось все больше и больше, поворот на следующую улицу отсюда был хорошо различим, но через каких-то несколько секунд я уже не могла его разглядеть. Туман затопил все пространство, заглушая дробный цокот копыт, который становился все тише, пока резко не оборвался.

Тишина была неправильной, даже противоестественной. Карета не могла так резко уехать, ей нужно было бы хотя бы замедлиться на повороте, но не щелчков хлыста, ни стука копыт слышно больше не было.

Туман рассеивался неохотно.

— А…

— ‎Велиар всегда любил такие трюки, — хмыкнул Делмар, любуясь тем, как туман медленно истончается, делаясь полупрозрачным и зыбким. — Переместиться на ходу вместе с каретой, что может быть веселее?

— ‎Странные у вас представления о веселье, — вынуждена была признать я.

— ‎Нам пора возвращаться.

И вот нет бы предложить прогуляться, полюбоваться городом, отдохнуть. Нееет же, откуда бы в голове моего кошмара взяться таким ужасным идеям?

Глава семнадцатая. Взаимность

Мне не спалось. Раньше я была уверена, что способна заснуть в любых условиях, а сегодня, после знакомства с Велиаром, просто лежала, бездумно глядя в зашторенное окно. И пусть на небе царствовала всего лишь стареющая луна, и до полнолуния было еще очень далеко, я не посчитала лишним перестраховаться. Не ждала я Охотника в гости и не хотела, чтобы он приходил. С такими мутными личностями воспитанным девушкам не стоило водить знакомства. А я же воспитанная… хотя бы отчасти.

А он — добровольно измененный, отказавшийся от имени и семьи… И души, опять же, поглощает.

Кошмар мой душами питается потому что его таким Рассах сделала, а Охотник сам могущества захотел… И вот тут появляется очень важный, я бы даже сказала животрепещущий вопрос, ответ на который нужно было срочно получить.

Резко отбросив одеяло, я порывисто поднялась, всполошив сонных мочалок. Бося подскочил на постели, воинственно курлыкая.

— Отбой, на нас не нападают. Я к Раяру, — отчиталась скороговоркой, получив в ответ неразборчивое ворчание.

Кажется, Дося пожелала мне проваливать и не возвращаться. Долетевшее уже у дверей наставление осчастливить уже хозяина, чтобы он перестал их угнетать своим недовольством, пропустила мимо ушей.

Да, нарзы, так же как и весты, чувствовали своего хозяина всегда и очень страдали от его плохого настроения.