Куив Макдоннелл – Странные времена: предвиденные происшествия с бессмертными (страница 18)
С этими словами американец исчез за дверью, только колокольчик звякнул.
Пауло и Винни несколько секунд молча стояли на своих местах. Затем охранник выпустил горло хозяина, а тишину нарушил грохот попадавших на пол товаров.
— Вот дерьмо, — заключил тролль, перегибаясь через прилавок, чтобы взглянуть на разбитые, поломанные, покореженные предметы. Пауло схватил маленькую статуэтку и прикрыл глаза. — Что за… — Винни осекся и со всего размаху врезал кулаком себе по лицу.
Глава 11
— Не знаю, просто не знаю, — Грейс осмотрела полку и нерешительно поджала губы. — Очень сложное решение.
— Может, возьмем всего понемногу? — предложила Ханна, которая стояла рядом с тележкой и старалась проявлять терпение.
— Если бы только все было так просто, — покачала головой Грейс, взглянув на спутницу.
— Это всего лишь печенье.
— О нет, дорогая. Это послание. Самые простые галеты станут настоящей пощечиной, а шоколадное — наоборот, слишком щедро. Нужно найти идеальный баланс.
— А какое послание будет правильным? В смысле, кто должен прийти на Лунный день?
— Лунный день? О, милая, такого не существует. Сегодня Луна-день. Так называется день открытых дверей, когда мы принимаем истории от всех странных и не вполне нормальных людей — лунатиков, одним словом. Это традиция. Первый вторник каждого месяца, вне зависимости от того, светит ли солнце или идет дождь, наступает Луна-день.
— Ясно.
— Мне и самой не слишком нравится название, но его придумала не я. Хотя не могу отрицать, что доля истины в нем есть: к нам приходят очень… необычные люди, вне всякого сомнения.
— И мы угощаем их чаем с печеньем?
— Да, такова традиция. Когда Винсент только занял должность главного редактора, он попытался положить этому конец, но лишь спровоцировал восстание. Один пожилой джентльмен едва не поджег себя.
— О боже!
— У него не было при себе бензина или каких-либо горючих веществ, — отмахнулась Грейс. — Так что бедняга просто попытался поджечь куртку с помощью коробка спичек. Даже пожарная сигнализация не сработала. И все же… С тех пор мы предпочитаем угощать всех печеньем.
— Поняла. Предлагаю взять вон то, овсяное с шоколадной крошкой.
— Да ты с ума сошла!
— Но почему? Оно вкусное.
— Вот именно. Слишком вкусное. Нельзя позволять нашим гостям слишком уж наслаждаться угощением, иначе всякие дармоеды будут приходить каждый месяц. Мы просто не справимся с потоком.
— Может, тогда бисквиты?
— Таким мы отпугнем и полезных посетителей. Проклятье, придется опять брать имбирное печенье с орехами, хотя это наверняка вызовет поток жалоб. Достойное, богоугодное угощение, но ради него никто в очередь выстраиваться не станет.
Спустя двадцать минут обсуждения растворимого кофе с привлечением двух сотрудников магазина в качестве арбитров Грейс и Ханна возвращались обратно, нагруженные сумками с подходящим печеньем, бумажными полотенцами и антисептическими салфетками. Утро вторника разворачивалось во всей красе: затрудненное дорожное движение и нависшие над головой облака, пока не угрожавшие пролиться дождем, но отчетливо намекавшие на подобную возможность. Хотя таковая присутствовала в Манчестере всегда.
— Итак, — нарушила молчание Ханна, подыскивая тему для разговорного гамбита, — вы давно работаете в газете?
— Я? Да уж около десяти лет.
— И здесь всегда так?
— «Так» — это как?
— Ну, Бэнкрофт всегда ведет себя, как… — Повисла пауза, потому что Ханна вовремя вспомнила о негативном отношении собеседницы к бранным словам. — Затрудняюсь подобрать подходящее выражение.
— Да уж, наш Винсент — что-то с чем-то. Ему явно не помешало бы отмыть с мылом язык.
— Да и остальные части тела тоже.
— Согласна, — кивнула Грейс. — Неправильно для взрослого мужчины жить в кабинете.
— Подождите, он живет там?
— О да. Практически не выходит из здания с тех пор, как занял пост главного редактора полгода назад.
— Насколько я понимаю, у него нет жены или… ну, постоянного спутника жизни. Не удивлена.
— Раньше у него была семья.
— В самом деле? А я-то думала, у меня самый неудачный брак.
— Жена умерла, храни Господь ее душу.
— Простите, — поморщилась Ханна и неловко спросила. — Когда это случилось?
— Еще до того, как Винсент начал работать в газете, — отмахнулась от смущенных извинений собеседницы Грейс. — Несколько лет назад. Ты разве не проверяла начальника в интернете после того, как устроилась?
Ханна отрицательно покачала головой: такая идея у нее даже не возникала.
— А следовало бы. Узнала бы много нового. Наш главный редактор был большой шишкой на Флит-стрит и отвечал за издание одной из крупнейших газет. Вот, смотри…
Грейс перекинула все сумки в одну руку, а свободной выудила телефон из кармана и принялась быстро набирать текст. Затем пару раз перешла по ссылкам, отыскала то, что хотела, и показала экран Ханне.
— Ого, — только и сумела выдавить та, взглянув на фото с изображением красивой пары.
Потребовалось несколько секунд на то, чтобы опознать в мужчине Бэнкрофта. Он разительно отличался от дурно пахнущего и дурно ведущего себя руководителя «Странных времен». На снимке красавец в элегантном костюме ослепительно улыбался, излучая счастье за пределы экрана. Вероятно, причиной тому служила стоящая рядом прекрасная блондинка в невероятном вечернем платье. Пара производила потрясающее впечатление, словно сойдя с обложек журнала.
— Ого, — снова выдохнула Ханна.
— Да уж, история печальная, — кивнула Грейс. — Бедняжка погибла, а Винсент… Ну, его ты видела. После смерти жены он, по-видимому, потерял рассудок и желание жить дальше, посвящая все свободное время и деньги на попытки связаться с ней на том свете. Этим воспользовались проходимцы и шарлатаны всех мастей. На эту тему даже выходила статья, но ее убрали с сайта. Возможно, вступился один из старых друзей. Кто теперь знает.
— И Бэнкрофт переехал с Флит-стрит сюда?
— Да, и очутился в нашей дыре, — подтвердила Грейс, сворачивая за угол. — Нашей газете требовался главный редактор после того, как скончался бедный Барри. Хороший был человек. Умер во время… — она осеклась и отвела глаза.
— Когда?
— Занимаясь вещами, не подобающими примерному христианину.
— Какими же?
— Скажем так, он делал с собой кое-что сексуального характера, и это окончилось плачевно. Пусть покоится с миром душа несчастного извращенца, — перекрестилась Грейс.
— А…
— Но даже до того, — перебила Ханну спутница, явно горя желанием сменить тему, — Барри никто бы не назвал хорошим редактором. Хоть о покойных нельзя плохо говорить, — она снова перекрестилась, мелодично звякнув браслетами, — но газета была невыносимо скучной. Можно сказать что угодно о Винсенте — а сказать есть что, — но «Странные времена» стало интересно читать с тех пор, как миссис Харнфорт привела его на наш порог.
— Кто?
— Владелица газеты. Крайне представительная женщина. Слегка эксцентричная, но настоящая англичанка. Очень интеллигентная. Ну сама увидишь, она иногда заглядывает нас проведать. Не представляю, где миссис Харнфорт нашла Винсента, но однажды она просто выгрузила его в кабинете, мертвецки пьяного и пахнувшего соответственно, потом объявила, что это наш новый руководитель, и ушла.
— Мне это кажется странным способом управлять газетой — передать бразды правления в руки сумасшедшего алкоголика.
— Однако этот способ работает и приносит доход: Винсент увеличил оборот издания на триста процентов.
— В самом деле?
— Да. Он обладает почти сверхъестественной способностью угадывать, что хотят видеть люди, и умеет дать им это. Окс с Реджи жалуются на невыносимый характер главного редактора, но под руководством Барри мы опасались потерять работу. Боже, храни его грешную душу. Последний номер газеты, который одобрил прежний начальник, вышел под заголовком «Секретные материалы: выводы о древних ритуалах друидов на восьми страницах». Первый же заголовок Бэнкрофта гласил: «Трехголовая курица предсказывает конец света». Возможно, оно не слишком благопристойное, но внимание привлекает.
— А вы… — Ханна поколебалась, неуверенная, что вправе задать интересующий ее вопрос Грейс.
— Что?
— Вы верите в то, что публикует газета «Странные времена»?
— О нет. Я придерживаюсь веры в Господа нашего. Но дело даже не в религии. Ты же слышала, что говорил Винсент: мы не утверждаем, что напечатанный материал содержит правду, а всего лишь освещаем и перечисляем невероятные события, которые происходят в мире. В этом нет ничего плохого. Видела последние выпуски обычных газет? Там же сплошь новости о войнах, насилии и проявлении нетерпимости одних людей по отношению к другим. По сравнению с этим я предпочту почитать о совсем другом виде сумасшествия: о выпавших с осадками лягушках в Камбодже, или об одержимой призраком машине, или о людях, получивших сигналы из космоса от пришельцев.