Кугане Маруяма – Ведьма разрушенной страны (страница 89)

Кто-то подошел к нему со спины и обратился.

— Маркиз…

Это был дворянин из фракции Рэйвена, тот самый, что сопровождал его по пути сюда. Хотя он был всего лишь бароном, Маркиз Рэйвен высоко ценил его способности. Он планировал повысить титул этого человека раньше чем всем остальным.

Только по этой причине, когда подчиненный Короля Заклинателя спросил его, кто из знати является достаточно выдающимся, чтобы пощадить его, этот человек был вторым, которого назвал Рэйвен. Даже такой выдающийся человек не мог заставить себя говорить, потому что тоже не мог скрыть своего страха, поэтому они оба молча дрожали. Он, должно быть, испытывал те же эмоции, что и сам Рэйвен, наблюдая за сценой перед ними.

Маркиз Рэйвен оглянулся и убедился, что все двенадцать дворян вышли из десяти экипажей.

— Наша аудиенция ждет.

Никто не возражал, и этого следовало ожидать. Они были вызваны сюда Королем Заклинателем, так что не было никакой причины, чтобы они все еще могли сказать что-то вроде “Давайте не будем.” Они не могли набраться такого мужества с самого начала — нет, правильнее было бы сказать, что никто из них не был так безрассуден.

Теперь же проблема заключалась в том, что им было приказано прибыть в столицу без указанного места встречи.

Маркиз Рэйвен огляделся и увидел вдалеке все еще стоящий дворец. Территория дворца, предназначенная для обороны, тоже была превращена в руины.

Причина, по которой Маркиз Рэйвен смог заметить это со своей позиции, вероятно, заключалась в том, что завалы вокруг дворца были специально расчищены.

Это было единственное уцелевшее строение среди горы щебня. Рэйвен не думал об этом прежде, но это не несло никакого утешения. Напротив, дворец превратился в предмет, вызывающий невыразимое и жестокое отвращение у тех, кто его видел.

— Давайте продолжим.

Свита маркиза Рэйвена сейчас находилась в развалинах того, что когда-то было стенами столицы, так что дворец находился довольно далеко от них. Хотя для них было бы быстрее добраться в своих экипажах, они шли пешком из-за боязни проявить неуважение. В любом случае, они прибыли раньше запланированного времени, так что могли бы пройти весь путь пешком.

Маркиз Рэйвен, спотыкаясь, двинулся вперед.

Кто-то позади него пробормотал.

— Эта улица..?

Главная улица, ведущая к дворцу, была свободна от обломков. Она была такой чистой, что ее, вероятно, очистили еще до произошедшего.

Другими словами, единственное, что здесь осталось нетронутым — это улица. Ни домов, ни стен по сторонам улицы не осталось. Вполне вероятно, что они были разрушены, а затем сожжены дотла. По пути в столицу они видели деревни и города, которые тоже были разрушены, но ни один из них не соответствовал масштабам разрушений, выставленных на всеобщее обозрение в столице.

— Маркиз, жители столицы…

— …Не говори об этом.

О безопасности жителей столицы должны были позаботиться. Однако Рэйвен не слышал о том, чтобы их эвакуировали, и не видел беженцев за пределами столицы. Если это так, то у них могла быть только одна судьба.

Маркиз Рэйвен оглядел развалины по сторонам. Сколько людей было похоронено под обломками? Ему даже казалось, что он идет по огромному кладбищу.

Рэйвен больше не использовал свой нос для дыхания, потому что не хотел, вдыхать едкий трупный запах. Но, как ни странно, такого запаха не было вовсе. Единственными запахами, витавшими в воздухе, были невыносимые запахи сгоревших предметов и пепла.

Они шли уже довольно долго, но все еще были далеко от дворца.

Неужели их сердца ослабели при виде такой трагедии? Рэйвен услышал чье-то бормотание.

— Безумный король.

Маркиз Рэйвен тут же обернулся и заорал:

— Ах ты ублюдок!

Его острый взгляд обвел дворян, среди которых был один, чье лицо было бледным и постоянно дергалось.

Люди, которые прожили бы достаточно долго, будучи знатью, научились бы подавлять свои эмоции только для того, чтобы скрыть выражение своего лица, но вид перед этим человеком все еще заставлял его внутренне сдаться.

Рэйвен мог бы посочувствовать им, но даже если бы он согласился с этой мыслью, они были {здесь}. Ему не желательно было делать из {них} врагов, поэтому он должен был вслух упрекнуть их.

— Вы все — феноменальные таланты, вот почему я выбрал спасти именно вас… так что постарайтесь не растрачивать мои усилия из-за таких оплошностей… нет никакой необходимости извиняться или благодарить меня. Просто, пожалуйста, попытайтесь понять, откуда я пришел.

Ответа не последовало, но он был уверен, что его намерения были хорошо выражены.

— Маркиз-сама. Ммм, если мы будем идти, не разговаривая, наши умы, естественно, будут заняты угнетающими мыслями. Как насчет того, чтобы поговорить о некоторых положительных темах, пока мы идем?

— …это хорошее предложение. Тогда…может быть, поговорим о рождении моего второго ребенка?

Дворяне дружно поздравили его. За последние несколько несчастных месяцев для Маркиза Рэйвена это была единственная хорошая новость, которая восторжествовала над всеми остальными. Вот почему он уже несколько раз говорил с ними на эту тему.

Он хвалил своего ребенка часами напролет, но то, о чем он говорил, было по большей части бессодержательно.

Однако, учитывая тот факт, что это могло немного смягчить общее настроение, он все же заговорил о своем ребенке. Когда он резко вернулся к реальности, они уже прошли половину длинной дороги до Дворца.

Возможно, он рассказал немного(намного) больше — на самом деле, только немного(нет) — нужного.

Хотя ему еще так много хотелось рассказать, он знал, что пора остановиться. Рэйвен намеренно изобразил кашель.

Все, кто не обращал на него внимания, тут же

напряглись.

— Ну что ж, тогда мы еще поговорим о моем ребенке, когда вернемся. Что мы должны предложить Королю Заклинателю, чтобы наши дети могли жить счастливо в будущем?

Они обсуждали эту тему много раз, прежде чем приехать сюда, но пришло время, когда они должны прийти к какому-то заключению.

Маркиз Рэйвен обвел взглядом окрестности, чтобы убедиться, что поблизости нет солдат из Колдовского Королевства.

— Хотя это вопрос, который мы должны решить прямо сейчас, Его Величество Король Заклинатель все-таки нежить. В отличие от живых существ, подобных нам, его власть будет вечной. Неужели наши внуки и правнуки забудут эту сцену и сделают что-нибудь такое, что вызовет гнев Его Величества?

— Это весьма вероятно. Хотя наши внуки, возможно, и преуспеют, но те, что придут после них, вызывают во мне беспокойство.

— В конце концов, идиоты могут унаследовать роль главы семьи.

— …Честно говоря, мы не должны брать на себя такую большую ответственность. Если уж на то пошло, почему бы нам просто не позволить им погибнуть? Даровать им быструю смерть?

Речь, которая шокировала бы любого, кто гордился своей благородной родословной, была произнесена женщиной лордом, чья семья получила землю только во времена поколения ее отца. Она была здесь в качестве представителя своего больного отца.

Поскольку это было сказано кем-то, чьи знатные корни не были столь глубоки, многие из них выражали недовольство.

— Взгляни на картину перед тобой, и ты поймешь, что все это не закончится тем, что убьют только твою семью, — слова Рэйвена заставили ее опустить взгляд в землю: Вот почему это единственное, что мы можем сделать — сохранить эту трагическую сцену для потомков и рассказать нашим детям о том, что здесь произошло. Нам придется попросить Его Величество Короля Заклинателя оставить все как есть.

— Разве мы не должны будем построить на этих землях новый город?

Рэйвен услышал вопрос справа от себя, который был встречен опровержением слева.

— Восстановить его после того, как он был разрушен до такого состояния? Тебе не кажется, что это немного нереально?

Маркиз Рэйвен согласился с последним. Однако Король Заклинатель обладает силой, которой не мог обладать ни он сам, ни вся человеческая раса. Возможно, он хотел построить свой идеальный город с нуля, и именно поэтому он сделал то, что сделал.

Но если они задержатся на этой мысли, то ничего не добьются.

— А как насчет ситуации с заложниками? Маркиз?

Это была тема, которую он ненавидел больше всего.

Рэйвен прикусил нижнюю губу.

Они не были уверены, что Король Заклинатель потребует от них заложников, но по сравнению с другой стороной, им было бы более выгодно предложить эту идею. Маркиз Рэйвен поразмыслил и пришел к определенному выводу.

— Я буду тем, кто предложит это Королю Заклинателю.

Судя по его словам, он выступал за то, чтобы они сдали заложников. Многие из дворян, вероятно, в глубине души были не согласны с его решением, но никто из них не произнес ни слова и не изменил выражения лица.

После того, как они приняли окончательное решение по ряду вопросов, дворец наконец предстал перед ними.

То, что увидел Рэйвен и остальные, было горой щебня, которая, казалось, загораживала вход. На ее вершине сидела нежить.