Кудесник – Первородный 4 (страница 19)

Когда все немного пришли в себя, мы всей компанией уходили с площадки, на которую как раз заходила вся остальная казарма. Кто-то презрительно смотрел на нас, другие что-то кричали, явно не из приятного. Мне было плевать.

-Эй, а вы куда? Казарма в другой стороне, — спрашиваю, не понимая, куда сворачивает мой десяток.

-Так мы и не в казармах живём, последнее время мы были в камерах, половина вообще должна отправиться или на каменоломни, или на тот свет. Сейчас возвращаемся. Нам сказано, что никто не будет нас выпускать. По какой-то причине нам позволено тренироваться, остальное время в камерах, как и раньше. Что будет дальше, никто не говорит.

В этот момент нас догнала Снежка, и мы решили пойти с десятком, посмотреть, в каких условиях находится мой десяток.

Вид камер меня даже обрадовал. Здесь более сухо, светло и чисто, чем там, где держали меня в первый раз, как я попал в Город. Но, тем не менее, просто солома на полу, хоть и сухая. Да и кормят их, думаю, не ахти.

Когда парни разошлись по камерам, охранник закрыл за ними двери на замки. После чего попросил меня уйти, мол, посмотрел и хватит. Я же поступил неожиданно даже для себя.

-Ну, так себе отельчик, но выбор не велик, мы берём один номер, но чтобы с живописным видом на город.

-Что? — не понял охранник.

-Ничего, мы поживём тут какое-то время, займу свободную камеру, и не вздумай нас запирать.

-Так не положено, — начал упираться непонимающий охранник.

-С Сотым я вопрос улажу, всё, свободен.

Из пары камер донеслось в полголоса, что я действительно псих.

Так и закончился день знакомства с моим десятком.

Глава 29. Имя

На следующий день всё изменилось. Мой десяток меня больше не подначивал. На их лицах не появилось радости или обожания, но и то отношение, что было раньше, так же исчезло. В большей мере.

Тренировку начали рано утром, пока ещё солнце не начало палить. За полчаса до первых лучей мы начали разминку. Всё как вчера, с той разницей, что сегодня я бежал последним, подгоняя отстающих и стараясь держать их так, чтобы они приглядывали друг за другом. А дальше началось веселье.

С трибуны прилетела стрела, которая ударила первого бегущего в грудь. На конце стрелы был мягкий набалдашник, дабы никого не ранить. От неожиданного и довольного удара собакоголовый отскочил в сторону, держась за подбитое место.

Следом за первой стрелой полетели новые, безошибочно бьющие по целям. Весь отряд рванул к полосе препятствий, чтобы спрятаться за ними. Бегство сопровождалось матом и попытками увернуться от новых стрел.

Меня также не обошла участь попасть под обстрел, но с моей реакцией для меня эта была несложная задача. Мой десяток, прячась за укрытием, смотрел, как я спокойно иду к ним, уворачиваясь или отбивая стрелы.

-Ну и зачем***** прячемся, девочки? — встал я рядом, глядя на ничего не понимающих бойцов.

-Может, объяснишь, что происходит? — спросил один из них.

-А что происходит? У нас тренировка, а мои девочки всё бросили и спрятались, сидят и трясутся от страха.

-Так это просто тренировка?

-Конечно, кто-нибудь из вас ранен?

Они быстро осмотрели себя и поняли, что кроме синяков и пошатнувшейся гордости, ничего не произошло. Они неуверенно начали вставать, и, когда первый из них высунулся посмотреть на стрелка, ему стразу же прилетел в лоб новый снаряд.

Снова маты и проклятия в наш адрес. Поливали и меня и мою охреневшую самку, которую следовало бы выпороть.

Попросив Снежку немного сбавить темп, мы всё же продолжили тренировку. Когда мой синий (наверное, так как под шерстью не видно) и прихрамывающий десяток разогрелся, как следует, мы перешли к следующему этапу.

-Теперь будем учить вас драться, — глядя в горизонт, оглашаю план.

-Думаю, тут мы тебя удивим, а точнее сами покажем, как надо. Половина из нас потому и за решёткой, что слишком хорошо это умеет. Но не все понимают, когда и кому это стоит показывать.

-Думаешь? Показывайте тогда, что умеете, — говорю я, при этом становясь так, чтобы в любой момент отразить атаку с любой стороны.

-Может, перерыв, ты загонял нас настолько, что мы ходить не можем, — слышу ответ с какой-то обидой в голосе.

-Не можем, — это когда уже сдохли, всё остальное — отговорки. Если вы сейчас же не встанете и не нападёте то, когда придёт время, я и пальцем не пошевелю, чтобы спасти ваши плешивые шкуры. Такие слабаки не достойны продолжать свой род.

Видимо, я зацепил что-то важное для них, так как подорвались абсолютно все.

Смещаюсь вперёд, выбив весь воздух коленом из впереди стоящего, остальные не успели меня достать, как и резко изменить направление движения. Они на пару секунд столкнулись, лишь затем рванули в мою сторону. Смещаюсь так, чтобы они вышли в одну линию, ну или максимально растянулись относительно меня. Дождавшись первого, отправляю в нокаут. Потом пара — рывок в сторону, попутно цепляя одного, затем разворот и удар ноги второму. Снова один, снова нокаут. До этого момента проблем не было, моя реакция явно выше, чем у них.

Остальная шестёрка успела смекнуть, что к чему, и рванула полукругом. Разворачиваюсь и начинаю убегать в сторону полосы препятствий, добежав до которой, начинаю её проходить. Они снова сбили строй и бежали, кто как горазд. Полосу до конца не прошёл никто.

Спустя полчаса мой отряд сползся в одну кучу.

-Ну вот, а вы говорили, что не можете. Можете, когда захотите. Поэтому слово «не могу» не должно звучать в моём присутствии. По крайней мере, пока вы живы. А теперь кто мне скажет, что только что произошло?

-Мы получили *****, — дружный хохот.

-А точнее?

-Мы получили знатной *****, — снова хохот.

-В чём ваша ошибка?

-В том, что ты хитрожопый и резкий, как диарея, — не успокаиваются бойцы.

-И в этом тоже. Ну ладно, я понял. Расскажите, как вам стоило действовать, чтобы добиться успеха.

Заговорил тот, который вчера был самым говорливым, но и показал лучшие физические показатели.

-Мы не были организованы, каждый действовал, как хотел. Думаю, ты специально нас растянул по одному. Когда мы начали действовать более-менее сообща, ты снова изменил условия, добравшись до полосы препятствий, снова нас перебив по одному.

-Верная мысль, если повторить ситуацию, как бы ты действовал на этот раз.

-Попытались бы спокойно, а не на эмоциях зажать тебя в кольцо и напасть одновременно.

-А на полосе?

-То же самое.

-Неверно, там вы мне совсем не ровня. Не можете победить, бегите.

-Нельзя бежать от боя! — вспылил он, остальные его поддержали.

-От боя нет, от смерти да. Какой толк в том, если вы погибнете.

-А как тогда?

-Отступить, дождаться пока я выйду из неудобного для вас места, а лучше выманить меня оттуда.

-Мало чести в таком сражении.

-Победителей не судят.

-Ладно, до вечера свободны, на закате снова тренировка. Сейчас ты (указываю на говорившего) получишь две награды, обещанные за вчерашнюю выносливость и за сегодняшние выводы. За сегодня ты получишь имя, буду звать тебя Урм. (хотел назвать Ум за сообразительность, но у них почти все слова имели рычащие согласные. Но в любом случае надо что-то короткое и различимое, чтобы в бою не тратить драгоценное время на произношение).

-Но у меня уже есть имя, — вскинулся он.

-Пока что вы для меня одинаковый мусор. Лично ты немного выделился, и вот твоя награда. А теперь вторая, вставай и пошли.

Второй наградой был бой, сначала со мной, потом с Снежинкой, в котором мы само собой избили Урма. Но при этом показывали и объясняли, как лучше, как эффективнее, попутно отвечая на все вопросы, касающиеся этой темы.

*

К началу второй недели бойцы всё также валились без сил после разминки, ведь она каждый день росла и усложнялась. Теперь мы тренировались не только до заката, но и после. С сегодняшнего дня началась практика с оружием.

Как выяснилось, всех воинов учили обращаться с местным вооружением, двумя короткими или одним более длинным клинком. На этом всё. Именно это оружие изготавливалось в больших объёмах и было дрянной штамповкой. Хотя с недавних пор качество заметно выросло, даже догадываюсь, благодаря кому.

Не весь десяток умел хорошо ими пользоваться. Провели тесты, оказалось, что парочка неплохо справляется с луком, которые здесь хоть и были редкостью, но всё же были. Ещё троица неплохо владела копьями. Остальным без разницы, чем воевать. Никаких особых успехов, хотя Урм, выделился и тут. Короткими клинками он орудовал более умело, чем одним длинным.

Я сказал, что теперь каждый будет тренироваться только с тем оружием, которое ему проще даётся. Было очевидно, что у них есть вопросы, но никто их вслух так и не озвучил. Надо — так надо. К этому они уже успели привыкнуть.