Ксюша Левина – Леди и Бродяга (страница 13)
– Понятно.
Почему я слышу его голос? В какой момент мы прекратили целоваться, какой сейчас год?
Открываю глаза, вижу ключицу и шею Артема, я прижимаюсь к его груди и привожу в порядок дыхание.
– Что понятно? – Прижимаюсь лбом к его шее. Все еще холодной – отлично, потому что мое лицо горит.
– Что все не так уж и просто.
– Ты же понимаешь, что я теперь захочу еще?
– Даже не сомневаюсь…
– Просто чтобы не перепутать, когда наступит тот самый момент с тем самым возлюбленным мечты.
– Ага. Пользуйся на здоровье.
Мы оба тяжело дышим, я чувствую поцелуи на лбу, висках, щеках и поддаюсь им не задумываясь.
– Тебе пора спать, – шепчет Бродяга, подхватывает меня на руки и несет до кровати.
– Эй, я даже не переоделась.
– Ну это уже сама. Я просто оставлю тебя здесь и уйду.
– Как ты доберешься?
– Поверь, мне не впервой, – смеется он, прижимаясь своим лбом к моему.
– У меня нет телефона, я не смогу написать тебе, но… спокойной ночи.
– Если будет нужно, я тебя заберу, – кивает он. – Для меня нет ничего невозможного, знаешь это?
– Почти уверена, что так и есть.
– Спи давай, увидимся завтра.
– Стой, ты сбежать предлагал…
– По побегу отмена.
– Почему?
– Ты слишком хороша, чтобы оставаться со мной наедине.
Он целует меня в лоб, в щеки, в кончик носа и, наконец, снова в губы, а потом отходит, будто ошпарился, поднимает руки над головой и, подмигнув мне, исчезает. А я даже не сразу встаю, чтобы закрыть окно и спастись от холодного ночного сквозняка.
Десятая глава
ВЕРА НЕ ЗАДАЕТ ВОПРОСОВ. Телефон отдает молча, заблокированный – видимо, пыталась подобрать пароль. На экране горит уведомление, сообщающее, что еще час я буду без связи.
– Могла прийти ночью и использовать мое лицо для разблокировки, – вздыхаю я, глядя на бесполезный айфон.
– Ты закрылась на щеколду, – говорит она, улыбается самой ледяной улыбкой в мире и глушит мотор у института. – Артур приглашает на двойное свидание.
– Нет. Прости.
– Ты не будешь встречаться с Бродягой! – почти визжит она.
– Хорошо, я же говорила. Нельзя встречаться, выйду за него замуж, делов-то.
– Его уволят, не будь эгоисткой. Себя не жалеешь, его пожалей. Папа это так просто не оставит, он дал ему и его шайке работу, жилье и позволил спокойно учиться, не переживая о деньгах. Как думаешь, что он сделает с типом, соблазнившим его дочку? Я первая все расскажу, если ты ввяжешься в это! Поняла?
– За что ты так меня ненавидишь?
– Я добра тебе желаю.
Выхожу из машины и сразу же натыкаюсь на Артура, который открывает было рот.
– Я никуда с тобой не пойду! – И прохожу мимо него.
Даже не интересно, что он там ответил. Ну что он мне может сказать? Я прекрасно знаю таких, как он, и слова «нет» в их мире не существует. Как он вообще может меня интересовать после вчерашнего? Я не уверена, что когда-либо меня кто-либо еще заинтересует!
Иду через двор, где столпились девчонки, – бродяги таскают какие-то мешки из большого грузовика. А Артем рассыпает белые мелкие камушки вокруг клумб. Сегодня прохладно, и комбинезон на нем практически полностью застегнут, выглядывает только край белой майки.
Я приближаюсь к нему, и сердце с каждым шагом колотится все сильнее, а вдохи становятся все глубже. Настолько, что под ребрами уже больно.
– Бродяга, смотри, твоя Леди идет, – хихикают девчонки.
Он их не замечает. Встал посреди газона и не отрывает от меня взгляда. Какого-то зачарованного, что ли. Как вчера, когда целовал меня на кровати, на подоконнике. Уже без зрителей и только потому, что я попросила. Чувствую покалывание в губах и предвкушение. Как будто я очень голодна и смотрю на самую вкусную в мире еду.
Кто-то включил на телефоне песенку из «Леди и Бродяги», я в ужасе смотрю на Артема, он хмурится на меня, мол, и что дальше?
А что дальше?
Они все поймут, что происходит между нами. Да у него на лице написано, уверена, и у меня тоже.
Артем просто на меня смотрит, опустив на землю тяжелый мешок, на котором написано «Мраморная крошка».
– Я надеюсь, ты меня услышала, – слышу совсем рядом голос сестры. Она стоит, скрестив на груди руки, и ждет, что я сделаю дальше.
– Привет, – говорит Бродяга, закусывает нижнюю губу и поднимает брови, будто подгоняет: «Решись уже».
– Здравствуй, – бормочу я, опускаю взгляд и прибавляю шагу. И в последнюю секунду вижу, как он дергается в мою сторону.
– Уф, кажется, впервые не Бродяга кого-то кинул, а кто-то кинул Бродягу.
Я слышу каждое слово, потому что девчонки, стоящие перед Артемом, теперь следом за мной идут в здание института.
– Молодец, Джейн Эйр! – кричит одна из них.
Я сгорю в аду. У меня полыхают уши и щеки, и хочется плакать от того, какая я все-таки слабая дурочка. Но я даже не могу Бродяге написать, что он тут ни при чем. Что я просто ему проблем не хочу. Или это даже про себя звучит как глупые оправдания?
– Молодец, – улыбается Вера. – А теперь давай закрепим эффект и ты согласишься на свидание с Артуром.
– Нет. Это не… не то.
Но Вера уже уходит. А я иду к туалетам, чтобы умыться прохладной водой и прийти в себя. Долго тру щеки, а потом также долго стою у электросушилки, грея руки под потоком горячего воздуха. Дверь открывается, и в туалет входит сияющая староста Соня.
– Там тебя твой песик поджидает, – хихикает она.
– Он не песик!
– Слушай, ну от кого-кого, но от тебя этого никто не ожидал. Не хочешь с нами в рестик после пар?
– Нет. И прекратите сплетничать о том, чего не знаете!
– Да ладно тебе. Ты легенда. Все видели, как он к тебе кинулся сегодня, а ты такая вся важная прошла мимо. И как водичку тебе в палату притащил. А вчера… кое-кто с черным бархатным бантом сосался с ним в коридоре у учительских кабинетов. Не знаешь, кто у нас носит банты?
– Откуда ты…
– Охранник рассказывает про это любому желающему, – пожимает плечами Соня. – Ну и как тебе Бродяга? Стоит того?
Я обхожу Соню по кругу и бросаюсь к двери, за которой и правда стоит Артем. Скрестил на груди руки, привалился спиной к стене и смотрит на меня пристально и хмуро.