Ксенофонт Эфесский – Анабасис. Греческая история (страница 90)

Между тем друзья беотийцев в Афинах воспользовались 34 этим и указывали афинянам, что лакедемоняне не только не наказали Сфодрия за его злоумышление против Афин, но еще и похвалили. Тогда афиняне снабдили Пирей городскими воротами, стали строить корабли и оказывали беотийцам ревностную поддержку¹⁴⁶. Лакедемоняне в ответ на это объ-35 явили поход на фиванцев и, считая, что Агесилай более предусмотрительный полководец, нежели Клеомброт, просили его принять на себя начальствование в походе. Он ответил, что никогда не станет противоречить желанию всех граждан, и стал готовиться к отправлению. Агесилай понимал, что 36 если не удастся заранее занять высоты Киферона, то не легко будет вторгнуться в Фиванскую область. Уж до этого он, узнав, что клиторийцы и орхоменцы¹⁴⁷ во враждебных отношениях между собой и содержат на случай взаимной войны наемные войска, заключил с ними соглашение, что в случае 37 нужды эти наемные войска присоединятся к его войску. После того как диабатерии¹⁴⁸ дали хорошие предзнаменования, он выступил¹⁴⁹ и по пути в Тегею отправил вперед гонцов к начальнику клиторийских наемников; Агесилай выдал им вперед жалованье за месяц и приказал заранее занять высоты Киферона. Орхоменцам он приказал прекратить военные действия на все время похода: по постановлению союзников, если один из союзных городов нападет на другой в то время, как его войско находится в заграничном походе, союзному войску надлежит первым делом обрушиться на этот город.

38 Перевалив через Киферон, он устроил базу в Феспиях¹⁵⁰ и оттуда нападал на Фиванскую область. Вся равнина, где находились наиболее ценные участки земли, оказалась обнесенной вокруг рвом и частоколом. Агесилай переносил лагерь с одного места на другое, выступал с войском тотчас после завтрака и опустошал ту часть страны, которая лежала между ним и рвом с частоколом. Как только показывался Агесилай, внутри заграждения появлялись и противники, готовые к 39 обороне. Когда однажды Агесилай с войском уже возвращался в лагерь, фиванские всадники, до тех пор никем не замеченные, внезапно выступили из специально проделанных выходов в ограде и напали на пелтас гов, возвращающихся и готовящихся к ужину, и на всадников, частью еще не успевших сесть на коней, частью уже садившихся. Фиванские всадники перебили при этом очень много пелтастов, а из всадников — спартиатов Клея и Эпикидида, одного периэка — Евдика и кое-кого из фиванских изгнанников, еще не 40 успевших сесть на коней. Тогда Агесилай, повернув фронт, пришел им на помощь с гоплитами: конница выступила против вражеских всадников; ее сопровождали бегом гоплиты десяти младших призывных возрастов. Фиванские всадники при этом производили такое впечатление, как будто бы они в полдень подвыпили: правда, они стойко выдерживали натиск до тех пор, пока не выпустили всех дротиков, однако же ни один из них не попал в цель. После этого они повернули тыл, потеряв при отступлении двенадцать человек, несмотря на то что они находились на значительном расстоя-41 нии от противника. Агесилай, заметив, что и враг, как и он сам, всегда выступает после завтрака, совершив жертвоприношение, выступил на рассвете с величайшей быстротой и, пользуясь отсутствием врага, проник внутрь ограды¹⁵¹. После этого он вырубил и выжег всю загороженную местность вплоть до города¹⁵². Затем он снова вернулся в Феспийскую область и обнес город стеной. Здесь он оставил гармостом Фебида, а сам снова перевалил через горы и прибыл в Мегары, где распустил союзные отряды, а сам с войском возвратился на родину.

После этого Фебид время от времени высылал отряды для 42 разграбления Фиванской области и опустошения ее, совершая военные набеги. Желая отомстить ему, фиванцы выступили всенародным ополчением и двинулись на Феспийскую область. По их прибытии сюда, им навстречу вышел Фебид с пелтастами и вел такой упорный натиск, что фиванцам ни в одном месте не удавалось отойти от наступающего врага. Измученные этим настойчивым наступлением, фиванцы были вынуждены отступить поспешнее, чем они рассчитывали, причем погонщики мулов бежали на родину, побросав все, что они успели награбить, — такой страх охватил войско. Фебид стал тогда наступать еще энергичнее; он двигал-43 ся во главе пелтастов, приказав гоплитам следовать позади в боевом порядке. Он рассчитывал обратить фиванцев в настоящее бегство и поэтому и сам нападал с величайшим рвением и своим воинам внушал, чтобы они не давали фиванцам отойти ни на пядь от феспийского войска. Феспийским гоплитам он велел следовать позади. При этом отступлении 44 фиванцы попали в непроходимое ущелье; тогда они скучились и затем, не имея никакой возможности двигаться далее в том же направлении, повернули тыл и устремились на врага. В первых рядах пелтастов, которые были вообще малочисленны, произошло замешательство, и они обратились в бегство. Из этого случая фиванские всадники вывели заключение, что надо продолжать атаку. В этом бою погиб Фебид 45 и еще двое или трое из его боевых товарищей, после чего и все наемники обратились в бегство. Бегущее войско встретилось с феспийскими гоплитами¹⁵³. Последние прежде гордо заявляли, что никогда не уступят фиванцам, но теперь также обратились в бегство, хотя фиванцы, ввиду позднего времени, и не вели упорного преследования. При этом феспийцы потеряли лишь небольшое число людей; однако же они бежали, не останавливаясь, пока не вступили в крепость.

46 После этого у фиванцев снова поднялась бодрость духа, и они предприняли ряд походов на Феспии и другие беотийские города. Сторонники демократической партии бежали из этих городов в Фивы, так как во всех этих городах было введено такое же господство немногих властителей, как было прежде в Фивах. Поэтому во всех этих городах лаконофильская партия требовала помощи. После смерти Фебида лакедемоняне послали в Феспии по морю полемарха¹⁵⁴ с отрядом воинов.

47 С наступлением весны¹⁵⁵ эфоры снова объявили поход на Фивы и, как прежде, попросили Агесилая начальствовать над войском. Будучи такого же мнения о способе проникновения в Беотию¹⁵⁶, как и раньше, он, прежде чем совершить диаба-терии, послал к феспийскому полемарху гонца с приказом заранее занять вершину, господствующую над дорогой через Киферон, и охранять ее до прихода. Когда Агесилай, перева-48 лив через Киферон, очутился в Платейской области, он сделал вид, что идет, как в первый раз, прежде всего в Феспии¹⁵⁷. С этой целью он послал туда гонцов с приказанием устроить рынок, а прибывшим посольствам велел дожидаться его в 49 этом городе. Поэтому фиванцы усиленно защищали проход, ведший к ним из Феспийской области. На следующий день по прибытии Агесилай, совершив жертвоприношение, двинулся на рассвете по дороге на Эрифры. В один день он совершил такой переход, который обыкновенно совершается войском в два дня, и близ Скола проник внутрь ограды, прежде чем фиванцы перевели сюда войска с караульного пункта, расположенного в том месте ограды, через которое он проник в первый раз. После этого он предал опустошению всю территорию к востоку от города Фив, вплоть до Танагрской области; в Танагре в это время власть была еще в руках Гипатодора и его приверженцев, то есть лаконофильской партии. Затем он повернул обратно, оставив слева та-51 нагрскую крепость. В это время фиванское войско подошло к нему и выстроилось на Грайском лоне¹⁵⁸, опираясь задними рядами на ров с частоколом. Это место фиванцы считали подходящим для сражения, так как площадь была довольно узка, и доступ к ней был затруднителен. Однако Агесилай заметил это и не вышел им навстречу, а, повернув фронт, двинулся к их городу. Фиванцы испугались за город, остав-51 шийся без защитников, и, покинув свои позиции, устремились туда бегом по дороге на Потнии, которая была наиболее безопасной¹⁵⁹. Остроумный маневр Агесилая привел к тому, что он заставил врагов удалиться бегом с позиций, хотя он не наступал, а отходил и был далеко от них¹⁶⁰. В то время как они пробегали мимо войска Агесилая, на них напало несколько полемархов со своими морами¹⁶¹. Фиванцы 52 занимали холмы, откуда метали копья в противников, причем пал, пораженный копьем, один из полемархов, Алипет. Однако фиванцы принуждены были оставить эту позицию и уступить ее скирийцам¹⁶² и части вражеской конницы, которые, взобравшись сюда, наносили удары в тыл фиванского войска, уходившего к городу¹⁶³. Подойдя близко к городской 53 стене, фиванцы повернули фронт против неприятеля. Заметив это, скирийцы удалились быстрым шагом. Из них никто не был ранен, тем не менее фиванцы поставили трофей, так как их противники удалились, несмотря на удобное положение. После этого Агесилай, так как было уже довольно позд-54 нее время года, двинулся назад¹⁶⁴ и расположился лагерем в том месте, где прежде было выстроено неприятельское войско¹⁶⁵. На следующий день он удалился по дороге, ведущей на Феспии. Его храбро преследовали пелтасты, фиванские наемники; они звали на помощь Хабрия¹⁶⁶, который в этот раз не выступил вместе с ними. Тогда олинфские всадники, примкнувшие уже, согласно клятвенному договору¹⁶⁷, к союзному войску, повернули фронт и стали преследовать фиванцев. На пути у отступающих пелтастов оказался крутой склон, куда их и загнали олинфяне. Здесь было перебито очень много пелтастов, так как на склонах, доступных для верховой езды, пехота бессильна против конницы. Агесилай прибыл в Феспии в то время, как здесь шла между гражданами ожесто-55 ченная борьба: люди, слывшие лаконофилами, добивались истребления своих политических противников, в числе коих был и Мел он. Однако Агесилай этого не допустил: он примирил между собой обе партии, заставил их обменяться клятвами и только после этого удалился через Киферон по дороге на Мегары. Здесь он распустил союзников, а лакедемонское войско увел на родину.