Ксения Замотаева – Творчество ведьмы (страница 9)

– Давай немного подождем и спросим его. Не думаю, что он бы смог это сделать. Он же трусишка в душе. Сопляк. – он глубоко вздохнул. – Нужно время.

– Так чего ты там делаешь, его же связать нужно! Вдруг он поймет, что мы все поняли и решит удрать? Как мы его потом искать будем? – во мне закипала ярость и негодование. – Ты готов спустить ему это с рук?

– Да подожди, не нервничай. Никуда он не денется. Я же говорю, ему гораздо страшней, чем тебе. Это он только храбрится и делает вид, что он крутой и бесстрашный. – Он наконец нашел ту папку, которую искал.

Он жестом пригласил меня на диван и уселся рядом. Сидела я как на иголках, задыхаясь от несправедливости, ерзала, готовая по первому щелчку бежать и обезвреживать опасного предателя.

– Смотри. Я пытался систематизировать нападения. Дохлый номер, если честно. Но в этом городе нападения совершают исключительно черные волки. Я пытался фотографировать их морды, пытаясь найти закономерность. Ты же знаешь, что у всех животных, как и лица у людей, уникальны их визуальные черты? – Он показал несколько фотографий. Удивительно то, что я видел пару похожих. Скорей всего, это были родственники. Но среди всех нами убитых не было ни одной волчицы. Они все были самцами. Или мужчинами, смотря как посмотреть. – он листал страницы, в которых перемешивались фотокарточки и заметки рядом с ними.

– И что я должна понять? – я непонимающе посмотрела на него.

– А то, что никто из них не нападал в одиночку. Их было всегда минимум двое. Максимум пять, как у тебя во дворе.

– Но на меня напал один!

– Верно. Но мы преследовали пятерых. – он закрыл папку. – Еще интересный момент, что у них у всех голубые глаза. Для черных животных голубой цвет глаз – не норма. Это аномалия. А тут вот их сколько. Ну и напоследок еще одна загадка: После смерти их глаза становятся карими!

Если бы я умела свистеть, я бы присвистнула. Но из меня вырвалось только “Ого!”. Я не знала как на это реагировать, но это определенно вызывало кучу неясно сформулированных вопросов, которые задавать я не стала.

– Этого тоже на память снимешь? – нервно хихикнув, я встала, не в силах больше сдерживать внутренние иголки, которые кололи мне самое мягкое место. – Пойдем уже Тома хотя бы закроем. Нельзя же так!

– У нас тут дела помимо него есть. Скоро кровь впитается в бетон и мы не сможем уже избавиться от запаха гниения. Ты пока можешь сварить кофе, или уйти к себе, незачем тебе на это смотреть еще раз. И я обещаю, что пригляжу за Томом, чтобы тебе было спокойней. Отдыхай. Через час выдвигаемся искать Одри. – Он наградил меня нежным, отеческим взглядом. Так смотрят папы на своих маленьких детей, когда тем страшно, и говорят, что все будет хорошо. В такие моменты им хочется верить безоговорочно. Мне сейчас хотелось верить в то же самое.

Я кивнула. Мои покалывания и нервное состояние постепенно начали притупляться. Осталось собраться с мыслями. Если бы я только могла по своему желанию "включать" свои видения… Но оставалось только следовать и повиноваться логичному, холодному и здравому уму моего нового седого друга. Теперь и он спас мне жизнь.

Глава 5

Одри всю ночь гнала машину, боясь остановиться. Боялась, что ее будет преследовать новый знакомый, а также что он не так уж безобиден и добр, как хотел казаться.

К утру она добралась до проката и вернула машину. Долго смотрела как закрываются автоматические ворота гаража. Всё таки она очень любит автомобили. Особенно такие быстрые и надёжные. Жаль, что она познакомилась с этим чудом так поздно.

С этими сожалениями она отправилась в сторону вокзала, чтобы быстрей добраться до своей кровати. Она смертельно устала! Столько событий, столько нового. И сколько ещё заключено в ее сумке – от воспоминания об отцовском дневнике сжалось сердце. Нужно добраться скорее до города – остался последний рывок сил. Она купила билет в кассе на электричку, но до нее было еще 4 часа. Решив скоротать время в вокзальном кафе, она вдруг осознала, что она не ела и не спала уже двое суток. Подкрепив силы, прогулялась по перрону, разглядывая чудеса железной дороги. Позже, после полудня сев в электричку и устроившись у окна на твёрдой лавке, привалилась лбом к холодному стеклу. Она почувствовала как спасительный холод остужает ее горячую голову, постепенно успокаивая мысли. Почему-то в голову всё лез паренёк в капюшоне, с чёрными волосами и рыжим отблеском в темно-карих глазах. Что же он такое? Почему не напал на неё? И зачем вообще ему этот камень, что за необходимость говорить в волчьей шкуре? Он прекрасно мог бы познакомиться с ней заранее, в человеческом облике. Хотя, наверно, всё таки не мог. Или мог?

Сценарии, как бы она поступила на его месте, начали выплывать и оформляться в незаконченные и нестройные варианты. Да и чего вообще она об этом думает?!

И всё же не давало покоя ей эта встреча. Он был проводником, пусть и сам не очень осведомленным, в ту часть истории ее семьи, о которой она не знала, а отец никогда не рассказывал. Борясь с искушением достать дневник и почитать, она открыла сумку и нежно погладила синий переплет. Достала письмо и пробежала глазами его еще раз. Дядя Кэннот! Как она в детстве его любила! Рыжеволосый, кареглазый образ предстал перед ее глазами. Сильный, статный, высокий – он был прекрасно сложен как телом, так и душой. Всегда добрый, открытый, честный и в меру смешной – о, как он смешил в детстве! – кажется, он был образом идеального мужчины… Одри осеклась. Осмотрела пустой вагон. Эта мысль ее здорово напугала. Идеальный мужчина – дядя Кэн? Нет. Как можно так думать про своего двоюродного дядю? У него ведь была семья. И два сына. И жена.

Двойная дверь вагона разъехалась в разные стороны и тишину разбавили голоса мужчины и женщины, которые что-то обсуждали и смеялись. Проходя мимо, девушка кинула взгляд на Одри, вздрогнула и вцепилась в руку мужчины и быстро опустила глаза, словно не желая больше ее видеть. Они уселись в самом начале, и продолжили беседу, но уже спокойно и тихо. Рядом с ними снова открылась дверь и в вагон зашел лысый мужчина в тёмных очках и кожаной куртке. Примостился через лавку напротив. Зеленоглазой одиночке в плаще стало не по себе. Откуда столько народу? Остановки еще не было!

Через полчаса случилась долгожданная остановка. Одри направилась к выходу,чтобы вдохнуть свежий воздух и пройтись в поисках более пустого вагона. В дверях возник нерешительный мужчина, и он с Одри никак не могли разойтись. Пытаясь уступить друг другу дорогу, они отходили в одну и ту же сторону зеркально. Следом за мужчиной, в тамбуре, стояли две, казалось,подвыпившие девушки, которые начали смеяться в голос от нелепости ситуации. Одри остановилась, ожидая, что мужчина всё таки решит отойти в сторону и выпустит ее, но одна из пьяных дамочек с воплем “Это судьба!” толкнула застеснявшегося молодого человека прямо на Одри. Мужчина не устоял и они повалились прямо в проход на пол. Она оттолкнула мужчину в сторону и лёгким рывком поднялась на ноги. Выйдя в тамбур, где согнувшись пополам смеялись две “сводницы”, увидела, что дверь наружу закрылась и поезд начал движение. Ударив кулаком по стеклу в двери она развернулась и оказалась лицом к лицу с хорошенькой кудрявой блондинкой, которая больше не смеялась:

– Понравился полёт? Дальше будет ещё интереснее! – со злостью в голосе процедила голубоглазая и резким движением приперла Одри к стене, схватив за горло. Второй рукой она прижимала ее за солнечное сплетение к стене. Одри стало нечем дышать. Рука этой хрупкой девушки оказалась настолько сильной, что вырваться было почти невозможно.

–Твоя игрушка тебе больше не понадобится, – с тихим наслаждением победителя брюнетка отстегнула меч от пояса Одри. – Я заберу его как трофей, о, непобедимая Одри! О, да их тут два! Вот это джек-пот!

Услышав своё имя, она закрыла глаза на секунду, собирая всю волю в кулак. Открыла в глаза и посмотрела прямо в голубые глаза оппонентки, чтобы поймать зрительный контакт. Резким движением наступила на изящные туфли роковой блондинки, правой рукой ударив ее под ребра. Стальная хватка этой девицы ослабла и удар левой по руке, сжимавшей горло, окончательно освободил. Кудрявая принцесса подняла голову и бросилась вперед, как тигрица. Одри, увернувшись от прямой атаки и уйдя вправо, схватила ее за пшеничную копну и со всей силы приложила ее о стену лбом. Присев и вытянув ногу, с разворота сбила с ног брюнетку, которая вскинув руки вверх, чтобы найти опору, начала падать назад. Мечи взмыли в воздух и на лету их поймав, победительница открыла дверь и вышла в соседний вагон. Оценивая обстановку, она бросила быстрый взгляд назад, через две пары стеклянных дверей, и заметила, что пара, которая зашла в начале пути, набирает скорость, двигаясь к ней, пересекая расстояние. Одиночка с дредами не стала медлить и побежала сквозь состав. Опередив их на два вагона, она увидела открытое окно. Секунду помедлила, чтобы оценить первый пришедший способ оторваться от погони, и тут же его отмела: электричка ехала слишком быстро по степи – не спрыгнуть. Она вышла из вагона через дверь. По ее расчетам нужная станция уже была на подходе. Знать бы точно, сколько до нее осталось. Нужно было тянуть время. А его у нее не было.