Ксения Тим – Проклясть дракона, влюбиться в декана (страница 34)

— Зачем ты такие…

— Там прописан возраст старой пифии, — перебила я оборотня. — 81 год. А наша пифия говорит, что ей 18. Что бы ты подумал, если бы тебе пришел такой ответ?

— Что на том конце перепутали местами числа, — мгновенно ответил напарник и тут до него дошло. — Эльфийка подставная? Но зачем?

— Чтобы ей поверили? Притворилась пифией, чтобы доверяли все свои секреты и секреты соседей. Наблюдала за городом, за горожанами, и делала свои дела.

— И чем, по-твоему, она на самом деле занималась? — спросил утомленный инкуб.

— Она переправляла через границу преступников, — сообщила я наконец до чего сегодня додумалась. — Здесь убивала бродяг, забирала их документы, потом исправляла с помощью сильнейшей иллюзии лица преступников и вот они уже другие личности.

— Слишком муторно, — отмахнулся от такой идеи инкуб. — Много придется копаться, чтобы просто переправить преступника. Границы в некоторых местах не охраняются, можно просто пересечь их и сделать новые документы.

— Даже если вы сделаете новые документы, там они будут поддельными, а тут официальный переход через границу, с настоящими документами. Практически легальная переправа, — не давала Касу сбить меня со следа.

— И никто ничего не понял на протяжении десяти лет? — усмехнулся уже магистр Церр. — Навряд ли эльфийка смогла бы такое провернуть.

— Она не эльфийка, — упрямо повторила я. — К тому же она отлично воздействует на людей. Избавилась от бродяг, успокоила городских жителей, предсказала им радостное событие и все позабыли про бедняг, которых они и в лицо никогда не видели.

— Она, по-твоему, и иллюзиями отлично владеет, и на восприятие воздействует. Кто она такая? — усмехнулся моим предположениям Кас, старясь разбить теорию в пух и прах.

— Она — кицунэ.

— Лисица? — не поверил в мои выводи Рокс. — Их не видели …

— Уже больше десяти лет, — перебил его магистр Церр. — С чего ты решила, что она Кицунэ? Они не проживают в этой области и никогда не проживали. На юге империи осталось всего с десяток полукровок.

— Или их осталось намного больше, — покачала головой. — Зачем им раскрывать себя, если и так нормально живется? К тому же кицунэ опасаются все окружающие и прямо скажем шарахаются от этих лисиц.

— Потому что они хитрые, наглые, думают только о себе, — с презрением ответил за меня Рокс.

— И все же хлипкая теория, — подвел итог Кас. — Кицунэ решила превратиться в эльфийку и переплавляла богатых преступников через границу. Что она с этого имела?

— Большие связи в преступном мире? — усмехнулся уже магистр Церр. — Переправляла преступников с обеих сторон и уже в безопасности от правительства и чужих взглядов. Крышуют ее преступники, а такие сети самые преданные. Если им сделано одолжение, они до конца жизни будут тебе помогать. Если все так, как сказала Мари — эта девушка устроилась настолько хорошо, насколько это вообще возможно в этом мире. У нас с тобой такой защиты нет, как у простой кицунэ.

— Неужели ни одного бродягу не опознавали? — вмешался в обсуждение магистра и инкуба оборотень. — Даже если их и находили мертвыми без документов — опознание проводили.

— Проводили, — согласилась я с напарником. — Вот только никто не знал, как именно зовут бродяг. Они всегда приходили из ниоткуда, держались друг друга, с посторонними знакомств не водили. Местные жители иногда могли назвать клички бродяжников, но настоящих имен для опознания у них не было.

— Я отправлю за эльфийкой стражников, — соизволил согласится с моей версией наконец Рокс. — Но у нас дело-то другое. И расследовать мы должны не пифию, а убийство ее клиента.

— Если ты поймаешь пифию и докажешь ее причастность — тебя ждет повышение, — не согласился с оборотнем инкуб. — Тебе бы радоваться.

— Я буду радоваться, когда мы раскроем уже наше убийство, — не остался без ответа напарник. — У нас проклятие, отравление, исцеление и в итоге смерть. И все это без каких-либо улик.

— Пока, — поправила я оборотня. — Пока без улик. Я вообще думаю здесь работал экспериментатор.

— А я не понимаю зачем надо было проклинать и отравлять, а потом пытаться спасти, — возмущенно сообщил напарник.

— Проклятие и отравление? — излишне спокойно и грозно спросил магистр Церр. — У вас есть такая жертва?

— Неужели и до нас такое дошло? — прошептал инкуб.

— Если вы понимаете — объясните, — потребовал дознаватель.

— Это новый способ убийства, — ответила за всех я, внимательно смотря на магистра.

Он старался сдерживать свои эмоции, но я все же уследила радость и обреченность. Оно и понятно, магистр до сих пор не нашел лекарства от своего проклятия, а вот наличие похожих убийств может и ему помочь раскрыть секрет ядовитого проклятия.

Хотя, если уж быть совершенно честной, он избавится от своего недостатка раньше, чем мы раскроем это дело. Надо бы как-нибудь проверить насколько уже продвинулось мое исцеление.

— Сначала проклинают, — продолжила я вернувшись в своему повествованию, — а как мы знаем любое проклятие можно снять. Потому еще и отравляют. Яд смешивается с проклятием и закрепляет его в теле жертвы. В итоге и снять невозможно, потому как проклятие вросло с ядом в тело жертвы и противоядие не поможет, потому как яд уж деформировался и превратился в совершенно другое соединение.

— Для чего так заморачиваться? — все еще не понимал напарник.

— Вообще это для тех, кого убить невозможно, а убрать надо, — продолжала пояснять я. — В основном я бы стала убирать таким способом политических деятелей. Вроде все в порядке, а как самостоятельная единица этот политик уже ничего не может.

— Зачем тогда пытались нашу жертву спасти? — не унимался Рокс.

Магистр смотрел на меня заинтересованно и задумчиво. Надеюсь, я ничего не ляпнула лишнего, а донесла лишь общеизвестную информацию. А в общем доступе вообще есть такая информация?

— Вот поэтому я и считаю, что это было экспериментом, — подвела я к своей догадке всех в кабинете. — Думаю он ищет способ как снять такое ядовитое проклятие. И убивает он тоже не для того, чтобы убить, а чтобы исследовать и в следующий раз уже проводить другие эксперименты.

— Хочешь сказать у нас тут сумасшедший ученый, пытающийся получить патент таким образом? — возмущено вскочил со своей табуретки Рокс и воинственно стал расхаживать по кабинету.

— Ладно, — кивнул он. — Давай предположим, что это ученый, зачем он на оборотнях только проводит свои эксперименты?

А вот я и не подумала над этим.

— Может потому что у них лучше регенерация? — высказала я предположение. — Лучше переносят проклятия или яды?

Задумчиво пробежала глазами по кабинету и наткнулась на магистра.

А может на оборотнях ставят эксперименты, потому что драконы те же оборотни?

Глава 15

Может ли магистр сам ставить такие эксперименты? Очевидно, что да. К тому же у него есть интерес такое проворачивать. Дракон сам проклят ядом, тщательно изучает все, что может хотя бы как-то помочь ему вновь стать настоящим драконом, а не номинальным чудовищем. Однако для того, кто ничего не ощущает довольно тяжело найти баланс между проклятием и ядом. Даже для меня это представляет некоторые трудности, хотя в полной мере я использую свой дар.

Дракону может помогать все тот же инкуб, появившейся слегка неожиданно. Существует еще вариант, что декан-дракон тут не при чем, но тогда кому вообще нужно экспериментировать с такими невостребованными убийствами? Заморачиваться, чтобы дело в итоге отличалось только сложностью «орудия убийства»? Непрактично, невостребованно, бесполезно.

Гулкое эхо моих шагов разносилось по всем пустым коридорам академии. Пахло сыростью каменного здания, которое давно не прогревалось, хотя солнце постоянно светит именно в эти места.

Магистр проводил меня до академии, проверил чтобы я прошла внутрь вместе с ним и только возле преподавательских комнат свернул к себе. Больно надо мне куда-то еще идти сегодня — уже второй час ночи.

Я вообще успела устать от отсутствия должного сна и еды, и даже не задумываясь свалюсь сейчас в свою холодную кроватку и закутавшись в такой же холодное одеяло наконец усну.

Подошла к комнате не заботясь о своих тяжелых шагах, открыла дверь рывком и включила свет, на ходу скидывая ботинки. Как же хорошо без обуви, которая больше двенадцати часов стискивала мою пальчики, а после промокала насквозь и так до конца не высохла. Надо бы ножки помыть и выпить горячего чаю, ведь целительница теперь навряд ли вообще меня подпустит к своему храму.

Скинула с себя такую же грязную, не высохшую кофточку и слегка размяла шею. Вроде еще студентка, а работаю больше всего своего окружения.

Сердце греет только очередная звездочка и дополнительные баллы по окончании задания.

— Шляться по городам вблизи конечно долго, — раздался неприятный высокий женский голос в комнате. — Но не настолько, чтобы весь день и полночи угрохать на это. Или ты не настолько способна как о тебе заявляли в магполиции?

Кицунэ прибыла ко мне в комнату. Как не своевременно. Девушка сидела на кровати Рины, закинув ногу на ногу. От флера нежности, сказочности и воздушности ничего не осталось на этом ангельском личике. Эльфийка-пифия перестала быть похожей на эльфийку, надев на себя кожаные обтягивающие брюки и черную блузочку, волосы собраны в хвосте на затылке. М-да. Теперь на меня взирает Дроу. Даже волны магии теперь темные.