Ксения Тим – Истинная по расчету (страница 40)

– Глупые мысли вслух, – отмахнулась я.

– Эти фолианты давно пора заменить, – подошел ко мне магистр Норонд. – Палец себе распорола.

Я проследила за его взглядом и неосознанно охнула. Оказалось, пока я слушала разговор вся рука успела окраситься в красный.

– У меня есть заживляющее, завтра уже ничего не будет, – наблюдала за тем как боевик своим платком стирает все еще сочившуюся кровь.

– Не думаю, что тебе понадобится эта книга, – он забрал фолиант и вернул на место. – Если у Лины появятся вопросы, разве не будущий жених должен ответить на все? Кстати, я слышал ты запугала банду лысых.

Так, а о такой осведомлённости бывшего куратора я не знала, и это заставило напрячься. Я же просила боевиков не распространяться, почти умоляла, но что можно скрыть от бывшего военного.

– Э… я не понимаю, о чем…, – пришлось включить дурочку.

– Марик рассказал мне как ночью присылал тебя за помощью, – выдохнул боевик и покачал головой. – Давай рассказывай, как ты их так запугала, что они сами от женщин теперь шарахаются, а ведь весь город держали в неприятном напряжении.

– Я просто с ними поговорила, и вообще тогда я не знала кто они, – я сдалась и вывалила все. – Марик прислал мне записку в двенадцать ночи, я еще и информацию должна была на них собрать?

– Да-а-а, все же Марику повезло с друзьями, а мне с ребятами, – он потрепал меня по голове.

– Ему повезло не остаться без зубов пока, но, магистр, Вы знаете как бывает, идешь, споткнулся и без зуба. Особенно если слухи доберутся до ректора.

– Кровожадная ты, – щелкнул меня он по лбу. – Вообще могла бы и ко мне прийти.

Эх, магистр. Это сейчас он такой великодушный, а если прийти к нему ночью – задушит и не заметит этого. Его до автоматизма доведенные боевые приемы, наверное, не раз спасали жизнь, но рисковать ночными походами к нему никто не решался.

– Я… думала Марик опять пьян и не может дойти сам до общежития вот и все, а там оказалось…, – начала сбивчиво оправдываться я.

– И ты просто поговорила с ними? Серьезно? Обычный разговор заставил их быть такими смирными?

Я пожала плечами.

– Дела…, – протянул он. – Но в следующий раз ко мне в первую очередь, я же твой, кхм, бывший куратор, я помогу. Ладно пошел я.

Магистр Норонд махнул платком с моей кровью и пошел на выход.

– Почему ты так неаккуратна? – послышалось рядом. Я и забыла, что магистр Стоулиш тоже тут.

Повернув голову я встретилась с осуждением в глазах. В последнее время все чаще замечала эмоции в некогда таких пустых синих безднах, похоже нахождение рядом истинной его меняло.

На моем же лице горел праведный гнев от его вчерашних слов и очередного упрека, но либо он его не замечал, либо игнорировал.

Демон молча взял мою руку и ледяной разряд прошил все тело, а из легких выбило воздух.

– Будь осторожнее, – он провел ледяными пальцами по ладони и добрался до пальца, где уже затягивалась кожа, а пальца чесались сжаться в кулаки и хорошенько врезать. На это он также не обратил никакого внимания. Задумчиво бросил взгляд на мое лицо и последовал за своим другом. Чертов демон.

ГЛАВА 16

Все последующие экзаменационные утра вплоть до утра экзамена по бытовой магии, который стоял последним перед основным экзаменом и проведения ритуала у демона с Линой начинались с одного и того же вскрика «Все пропало!» в моей комнате. Вот прямо, как сейчас:

– Все пропало! Я не смогу! Я не истинная!

Лина бегала по комнате и стискивала в объятьях Ксафа.

– Лина, успокойся, у нас сейчас экзамен по бытовой магии, – я говорила это на автомате и мысленно повторяла содержание учебника.

– У меня тут судьба решается, а ты про какой-то экзамен говоришь,– надула губки Лина, тиская моего фамильяра.

– Твоя судьба решится через пять часов – сейчас экзамен, – упрямо повторила я и выпроводила всех на выход.

Но на приготовлениях к экзамену сосредоточиться не удалось. Лина постоянно хватала меня за руку, причитая, что ее бросят. Чтобы хоть немного сосредоточится на экзамене, я отправила Лину одной из первых на его сдачу, а сама зашла где-то в середке. Конца я избегала, боясь, что Магистр Стоулиш отыграется на мне за все, что я ему высказала в прошлое воскресение и еще в понедельник в библиотеке.

Боялась зря – магистр Стоулиш с привычной насмешкой на губах расспросил меня о всех вопросах курса, попросил продемонстрировать это все и отпустил с высшими баллами из аудитории. Вообще же у остальных ведьмочек он спрашивал всего о нескольких заклинаниях, но не вышел за пределы учебника и то замечательно. Меня сейчас ожидал обед и мандраж перед последним экзаменом.

Обед принес только новые причитания и напоминание, что ритуал свершится в ближайший час. Честно говоря, так наступления этого ритуала я не ждала никогда, сейчас в голове было лишь «Пройди ты уже быстрее этот ритуал и оставь меня в покое».

Когда я только в первый раз услышала, что Лина выставила меня продажной шкурой перед магистром, я задумывалась – возможно я смогу с ней наладить те дружеские отношения, что были в самом начале. Со временем все забудется, доверие восстановится, ведь сама по себе Лина не плохой человек, общаться с ней немного сложно, но возможно. Это было две недели назад.

Сейчас я предельно ясно видела – хорошим отношениям не быть. Ее присутствие тяготило меня и не из-за вечного нытья об истинных и ритуале, ее присутствие постоянно напоминало о ее и моем промахе. Эти несколько дней в качестве хороших подруг станут последними, вне зависимости от того, к чему приведет ритуал.

После обеда меня ждала очередная отработка. Я успела отличиться на экзамене у боевиков по боевым плетениям, что проходил вчера после моего теоретического на ведьмовском. Раздражение нескольких недель достигло своего предела тогда, и я отправила Ликуса сильным зарядом в грязь несколько десятков раз подряд. Под конец он заревел, что со мной в пару больше не встанет.

Затем на меня переключился бывший куратор и вот он уже отделал меня по самые уши, нечестно применив ко мне те заклинания, которые только в учениках третьего курса мелькали вскользь.

– Это нечестно! Почему мне от Вас достается всегда больше других? – восстала на такие махинации боевика я, отряхиваясь после очередного полета.

– Ты сама против Ликуса использовала приемы, о которых он даже не мечтает – отработка, – не повелся на мои грустные глазки магистр Норонд.

Конечно я надулась, однако действительно, использовала весь свой запас плетений, к которым Ликус точно еще не притрагивался.

Отработку пришлось выполнять сразу после предпоследнего экзамена, то бишь сегодня: разбор старого архива уже в академии по годам – это было лучшей отработкой на первый взгляд и с лисенком мы справились за полтора часа из отведенных двух.

Только на первый взгляд, потому как отработать нужно было часы, а полчаса с бумагами в пыли это привычно, но очень скучно.

Сам архив был обычной комнатой с серыми стенами и десятком стеллажей. Ни стола, ни дивана – один стул одиноко красовался в углу, такой же обшарпанный, как и стены.

Я села на него и начала изучать первый попавшийся документ, чем еще заниматься оставшиеся полчаса?

– Здесь пыли больше чем в городском архиве, – комментировал лис, расхаживая вдоль стеллажей.

– В городской архив редко заходят посетители, а архив академии вообще никому не нужен, – отозвалась я.

– Зачем их вообще тогда создавать? – фыркнул лис и поднял облачко пыли.

– Чтобы использовать в случае необходимости, – комментировала я.

– И какая это будет необходимость?

– Найдется…

Договорить я уже не смогла, неожиданно запястье левой руки пронзило болью, словно коснулось раскаленного железа. Папка с бумагами разлетелась по полу веером. Боль все усиливалась, и я не заметила, как уже жалась в углу, зажимая больную руку между коленями и грудью. Еще мгновение и боли как не бывало.

– Это то, о чем я думаю? – рядом возник лисенок.

– Похоже, – слабо ответила я. Не нужно было быть гением, чтобы не понимать, что черная вязь на запястье – метка истинной демона.

– Значит кровь у тебя забрали в библиотеке не из соображений джентльменства, – расхаживал он по рассыпанным бумажкам и качал мордой. – Этот твой куратор-боевик кричит на каждом углу о доверии к нему, но каждый раз его действия отталкивают. Что с ним?

Как же я была согласна с фамильяром. Бывший куратор требует доверия, но из двух сторон займет ту, на которой более близкий, а не более беззащитный.

– Он остается сейчас верным только своему другу, мы ведь просто студенты для него, – грустно отозвалась я.

– И ты готова стать его истинной? – повернулся ко мне мордочкой Ксаф.

– Что? – не сразу поняла, о чем толкует Ксаф.

– Тебя специально посадили сюда, думаю, скоро они заглянут к тебе с вопросом «Как отработка?», – рассуждал фамильяр, и я уже уловила к чему он ведет. – Готова стать истинной? После всех его слов?

Если бы мне сказали о таком в январе я бы с радостью согласилась, тогда я видела другого демона, сейчас, видя его отношение – да ни за что.

– Я боюсь его до чертиков и ненавижу до черноты в глазах, – уверенно заявила Ксафу.

– Тогда побежали в комнату, пока не поздно, – потянул меня за юбку к выходу.

Спохватившись, я устремилась из аудитории и из коридора, и вовремя, потому как почти завернув за угол, с другой стороны послышались шаги.