Ксения Тим – Истинная по расчету (страница 13)

– Извините, – пробормотала я, поддерживая ушибленное плечо, оно, как и вся левая рука, плохо слушалось и сильно болело.

– Выпей сейчас, – сунула целительница в руки стакан, – и немного полежи.

– Хорошо, – кивнула, послушно выпив содержимое стакана.

Пробуждение было резким, темнота отступила, чтобы тут же погрузить комнату в полумрак. Оказалось, я проснулась уже глубокой ночью, чувствуя сильную боль в плече. Наверное, и проснулась поэтому. Попробовала сесть на кушетку, полулежа повела больным плечом и не сдержала болезненного вскрика. Здоровой рукой ударила кулаком по кушетке, из глаз брызнули слёзы.

– Что ж так больно, – проскулила я, бросая слова в пустоту.

– А зачем Вы бросились на защиту на такой силы пульсар? – ответила тишина.

Я замерла, понимая, что в палате не одна. Этот кто-то сидел на стуле рядом с тусклой лампой. Как же я не почувствовала чужого присутствия? Наоборот было тепло и уютно. И он видел все? Ненавижу показывать свою боль…

– Долго будете озираться по сторонам, как беспомощный котёнок перед морем? – ох уж этот ледяной насмешливый тон.

– Вам не кажется, что для посещений слишком поздно?!

– Я здесь, чтобы убедится, станет ли на одну безголовую на моём курсе меньше, – магистр встал и приблизился ко мне, его глаза искали что-то на моём лице и похоже находили – слёзы, – или придётся терпеть всех восемнадцать тронутых на голову…

Говоря это, он резко наклонился, положил ладонь на больное плечо и запустил какой-то импульс.

– Что Вы…

– Все же восемнадцать, – перебил меня магистр и, поймав мой возмущенный взгляд, задержался на несколько секунд, а после отстранился и вообще отошёл к двери. – Завтра первое занятие – больное плечо не станет уважительной причиной для отсутствия.

Он вышел из палаты и тут же зашла госпожа Киллус. Вручила ещё один отвар, обрадовала, что завтра могу присутствовать на теоретических занятиях.

Отвар был с эффектом снотворного, но сон не шел. Его глаза насмешливо смотрели, хватило тех нескольких секунд, чтобы они отпечатались в памяти. А кроме этого не покидал вопрос: что он делал так поздно ночью здесь? И то прикосновения ледяной ладони от которой разнеслось блаженной обезболивание. Закрывая глаза я проваливалась в синюю бездну без сопротивления уносящую все дальше.

Следующее пробуждение наступило только к обеду. Я была решительно настроена идти к беспощадному магистру. И опоздала. А все же целительница не хотела отпускать, считая, что нужно запереть меня ещё на сутки. Да, плечо ещё ныло, а рука плохо слушалась – я уверила госпожу Киллус, что вернусь сразу после занятия. С меня даже взяли клятву.

– Неужели Вы появились, – в своей надменной манере усмехнулся магистр. – Заходите и становилась в пару со мной.

Немного не поняв ситуации, последовала указанному и, заняв место напротив магистра, стала ждать дальнейших указаний. Как оказалось, шла практика, на которую мне строго-настрого запретили заходить.

– Повторю ещё раз, – Стоулиш бросил взгляд на меня, – сегодня практика. Вчерашние события показали, что вы не можете за себя постоять. В первом семестре вы уже изучали плетения защиты, но только в теории, – на этих словах он поморщился и понятно почему – любая магия в теории только закорючки на бумаге.

– Сегодня изучаем самый простой щит, – он снова посмотрел на меня. – Работать будем следующим образом, – в меня тут же полетел сгусток магии, и я автоматически выставила щит, даже не задумываясь. Тот самый щит, что не удержала вчера.

– Где же вчера была Ваша реакция, – припечатал он, наблюдая как мой щит поглощает его магию. – Это самый простой щит, плетение которого вы уже фиксировали, – насмешливый тон преподавателя сильно нервировал, – для тех, кто не помнит – инструкция на столе, – он хлопнул по стопке на столе.

– А Вам, – он протянул мне листок, – щит не поглощения, а отражения. Навряд ли с первого раза у Вас получится, но придётся учить. Здесь мы не у боевиков, чтобы по сто раз повторять плетения.

Я вспыхнула от намеков на глупость и не способность воспроизводить заклинания тут же. Откуда он узнал, как я зазубривала щиты? Ну ничего, сломать он меня уже не сможет.

Я посмотрела в его спину и принялась за дело. Хоть слова магистра меня и цепляли за живое, на самом деле мне нет дела до его мнения, все чему я научусь однажды спасёт мне жизнь, и неважно как долго я буду это разучивать.

Щит-отражатель не был для меня чем-то сверхсложным. У боевиков мы его уже проходили вскользь. Его плетения были не так сложны, как муторны. Я уже плела его с месяц назад, но запомнить не получилось ни с десятой, ни с пятидесятой попытки. Схема никак не хотела укладываться. Могла её воспроизвести только по рисунку.

На занятии Стоулиша я не смогла создать и одного полного раза. Как только я подходила к последнему штриху, больную руку сводило судорогой, и пока я пережидала болезненные ощущения, щит распадался, как будто его и не было. Я ругалась под нос и начинала сначала, но все повторялось. Занятие подходило к концу, я тихонько кипела, а щит так и оставался только на бумаге. Ещё и плечо начало ныть. После звонка уныло подхватила свою сумку и посеменила к целителям. Не выйду оттуда ещё неделю!

– Ника, – окликнул меня магистр уже на выходе из аудитории телом, а в мечтах и вообще с кушетки стащил. – Если так болело плечо, почему Вы пришли на практику? Это было глупо. В первую очередь нужно думать о своём физическом состоянии вне зависимости от того где Вы учитесь.

Насмешливый тон преподавателя сквозит из всех щелей его самодовольной фигуры. Я почти сорвалась и чуть не высказала все накипевшее в лицо магистра, который сам вынудил прийти на занятие, магистра, который постоянно провоцирует меня, куратора от которого будет зависеть путешествие в лес и оценки в конце семестра. Нет! Это не стоит моего разрушенного образования и так много где уже отметилась. Не заслуживает этот магистр повода посмеяться надо мной.

«Чтоб Вам не найти свою истинную!», – в сердцах вскрикнула я мысленно, но вслух сказала следующее:

– Все понятно, могу идти?

И отправилась в библиотеку, где захватила книгу по зельеварению. Пора подумать о том зелье, что не получилось у меня и может стать поводом к отчислению. Я усердно старалась перечислить порядок варки, но мозг услужливо подбрасывал магистра Стоулиша. Его улыбку, его синие глаза… Почему меня так тянет постоянно ему возразить? Почему при его присутствии у меня появляется маниакальное желание обратить на себя его внимание? Что вообще происходит со мной рядом с магистром? Это вообще извращение какое-то. Все хватит, никаких магистров.

Задумавшись о своих глупых мыслях, я зашла в целительское крыло и обнаружила толпу девушек около моей палаты.

– Вы чего тут, – грубовато бросила я, показывая, что их тут не ждали и стала протискиваться к своей двери, открыла ее.

В открытую дверь тут же вся толпа перетекла в мою палату. Замечательно. Я прошла к койке, уселась и стала смотреть на посетителей, даже не представляя, чего от них ждать.

– Что… что сказал целитель, – нарушила тишину невысокая полноватая брюнетка, что одолжила мне конспекты. – Мы приходили вчера…

– … но нас не пустили …

– … мы не знали, что с тобой

– А сегодня магистр специально оттеснил от тебя, не дав возможности спросить.

– … ходил как коршун….

Внезапно поток слов начался и так же внезапно иссяк.

Молчание прервала госпожа Киллус, зашедшая в палату с отваром.

– О, да у тебя гости, – улыбнулась она. – Это хорошо, ведь раньше были только соседи по палате, и ты сама их укладывала в койки.

Протянула мне отвар и по-доброму улыбнулась.

– У вас есть минут пятнадцать, девочки, потом отвар начнёт действовать, – госпожа дождалась опустевшего стакана и направилась к выходу, но притормозила у двери. – По поводу твоей инициации, – громким шепотом начала она, – преподаватели ведь знают, что ты не инициированная? Ведь такая сила не шутки…

– Да, госпожа Киллус, они в курсе, – кивнула я, соглашаясь, заметила, как она мне подмигнула и вышла из палаты.

– Как не инициированная, – покряхтела та самая блонди, из-за которой я здесь оказалась. До этого она тихонечко стояла в сторонке, а теперь приблизившись к койке, села у моих ног.

– Ты как мы?

– Разве это что-то меняет? – не поняла я. – Я все ещё сильнейшая из вас, а вас это не устраивает.

– Это… не так.

– Это… прости нас.

– Мы не должны были так поступать с тобой.

– То, как ты заступилась за меня, – продолжила блондинка. – Зачем ты это сделала?

На это я лишь пожала плечами. Сама не знаю. Зачем?

– Я останусь с тобой сегодня, – вдруг сообщила она. – Девочки, пятнадцать минут уже прошли.

Как же она лихо выпроводила всех вон. Выходя, ведьмочки теперь уже сами бросали восторженные взгляды, махали руками и говорили «до завтра» – какие разительные перемены.

– Я действительно не должна была настраивать всех против тебя, я Лина, – однокурсница протянула руку для примирения, и я без раздумий пожала её. – Проси все, что хочешь.

– Зелье разрыхления.

– Это я тоже не могу…. Получается не все.

Я лишь улыбнулась уже погружаясь в сон.

– Тебе не обязательно здесь находиться, я все равно буду спать

– Я не помешаю.

– Здесь негде спать. Спасибо, но не нужно мучиться на стуле.

«Интересно, спал вчера здесь магистр?» – проскользнула шальная мысль.