Ксения Широ – Антанати. Первородная (страница 7)

— Книгу для записей, перо и чернила. — Выпалила я, доставая из кошеля нужную сумму. — Вот.

— Держи. — Мне протянули мои покупки.

— Благодарю. — Кивнула в ответ и уже не так спеша, пошла по другим лавкам.

На зимнюю ярмарку съезжались все местные деревни. Наше село было ближайшим большим поселением с численностью жителей в пару сотен. Вокруг было восемь маленьких деревень и около пяти свободных ферм, таких как наша. Из города иногда тоже приезжали торговцы, но не так много, в Лорне тоже проводили большой фестиваль в честь Зимнего Солнцеворота. Но нам до них было трое суток пути, так что у нас проводили своё празднество.

У очередной лавки я резко остановилась. Что-то сверкнуло, привлекая моё внимание. Посмотрела на лавочника, тощий торговец и усталым лицом, не выражал никаких эмоций. Осмотрев товары, наткнулась на пару вещиц. Ритуальный нож с черным лезвием и графитовой рукоятью, на которой блестел прозрачный камушек, а рядом лежали обычные ножны из простой кожи, для него. И прозрачный кристалл, размером с большой палец.

— Сколько? — ткнула пальцем в эти две вещицы.

— Нож за три серебряных отдаю, а камень за один. — Устало вздохнул торговец. — Сразу скажу, не торгуюсь. Нож в единственном экземпляре, а камушек с особым свойством.

— Это каким? — не удержалась я. теперь понимаю почему торговец изможден. Местные любят торговаться, даже за товар, который потом покупать не будут. Этот лавочник, явно из города прибыл, и скорее всего дальнего, дальше чем Лорн.

— Лечебным. — Снова вздохнул мужчина. — Если направить в него манну, то независимо от природного дара, он будет лечить раны или болезни. Эффект небольшой, неизлечимую болезнь он не вылечит, да и серьезную рану вряд-ли потянет, но порезы, ссадины или ушибы уберёт.

— А переломы? — заинтересовалась я.

— Только если сначала вправить кость, и то не сразу вылечит, надо будет время, но всё же будет быстрее, чем само по себе. — Ответил.

В целом неплохо. Мне такая вещица пригодится. Особенно до того момента, пока не изучу магию целительства.

— Беру! — немного подумав, решила я. Взяла нож и камень. Даже четыре серебряных было не жалко, так как где-то внутри было чувство, что вскоре может пригодиться и то и другое.

В кошельке осталось десять медяшек, пять медяков и одна серебряшка. Примерно прикинула, это моя зарплата за пару месяцев. За полгода мне платили один серебряный, плюс я иногда продавала рукоделие. В сундуке дома ещё хранила пять серебряных и семь серебряшек. Надо было поэкономить, ведь в конце весны нужны будут деньги.

Так в своих мыслях я не заметила, как вышла к лавкам нашей фермы. Ребятня носилась, держа в руках сахарных петушков и баранки, нянюшка пыталась их толи догнать, то ли поймать, но шалопаи с визгом от нее прятались за прилавком или за спинами мужчин. Увидев меня, они радостно побежали обниматься и наперебой рассказывать что видели, что купили. Надо отдать им должное, про подарки матери, отцу и брату они не забыли и про них тоже рассказывали наперебой. Потом мы пошли на поляну за селом, где установили чучело, наблюдать за приготовлениями к обрядовому танцу. Девицы хихикали, парни гоготали, взрослые снисходительно на всё это смотрели. Больше всех, конечно, нравилось детям. Особенно когда под песни, пляски, и улюлюканье сжигали чучело Темного Бога Морока.

Глава 4

После праздника жизнь пошла своим чередом. До обеда я занималась домашними делами, после обеда мы с Али и Тэлой шли заниматься на мечах, Анар в это время лепил снеговиков недалеко от нас, вечером мы ужинали и до отбоя занимались каждый своими делами, девочки сидели за рукоделием, мальчишки что-то мастерили из дерева, я же уходила в свою комнату и изучала новую книгу. После отбоя я на несколько часов сбегала на свою личную тренировочную площадку (так я для себя называла уже полюбившуюся мне опушку), и «воевала» со снеговиками.

Магия земли давалась легко. Было много схожих заклинаний с магией огня, на их основе я также уже успела попробовать сделать водяную и воздушную стрелу и шар. Получилось вяло, но всё-таки получилось. Немного практики и по магии базовых стихий мне учителя не понадобятся. Сложнее будет найти учителей по магии света, тьмы, исцеления и призыва, а вот по магии крови и контроля учителей придется не просто искать, а скорее выслеживать, как ищейка добычу. Осмотрела опушку перед тем как уйти. Снега здесь почти небыло, половина поляны была закрыта ледяной коркой, ещё половина разрыта магией земли, а по краям опушки лежали поваленные стволы деревьев. Не учебная площадка, а поле боя какое-то. Вздохнула и пошла обратно в свою комнату.

Так прошло ещё два месяца. Я успешно прошла все экзамены старика Ховрата и он обещал мне добыть для меня официальный знак второй ступени. Этого момента я ждала больше чем своего дня рождения, который, кстати говоря должен быть уже на следующей неделе, до того как сойдёт снег. Я точно знаю что Орнати и малышня готовят мне праздник, хоть я и прошу их не устраивать моего дня рождения, но каждый год, они балуют меня тортом и подарками. Вот и в этот раз скорее всего будет также, судя по их хитрым ухмылкам и заговорщицким переглядам.

— Хорк! Хозяин Хорк! — в дом вбежал старик, один из постоянных работников на ферме.

Наверху послышались шаги и уже через пару секунд, на первый этаж спустился Хорк. Я тоже отвлеклась от стирки и вышла к входу.

— Что случилось? — Хорк хмурил брови, смотря на переполошившегося мужика.

— Али с Тэлой в лес гоблины утащили! — Он махнул рукой в сторону грибных пещер. — Бран рванул к ним на помощь, а меня сюда погнал. — Говорил он, когда Хорк уже выбегал на улицу.

Остального разговора я не слышала. Руки почему-то тряслись, хотя голова соображала быстро. Бран видел что произошло и сразу побежал на помощь, не забыв отправить кого-то за подмогой. Скорее всего, кто-то из мужчин уже отправил весточку о гоблинах отряду рыцарей, которые обычно регулировали их весеннюю миграцию. Бран навряд ли пошёл без оружия, и навряд ли гоблинов много, раз пошёл один.

Размышляя таким образом, забежала в свою комнату и скинув передник на кровать, сгребла сумку, ритуальный нож и кристалл манны с лечебной магией. Переодевать обувь не стала и выскочив на улицу в домашнем платье и кожаных тапочках на плоской подошве, не замечая вязкой грязи, которая тут же захлюпала между пальцев ног, рванула на ускорении в сторону грибных пещер.

Было странным, что гоблины уже начали свою миграцию, обычно она начиналась в начале лета, и ходили они не пещерами, а через горные ущелья, там обычно и ставили заставы с рыцарями, которые не давали зелёным добраться до населенных пунктов. Однако в этот раз что-то пошло не так. И я даже подозреваю что именно.

Гнала через поля, грязь значительно замедляла скорость передвижения, но двигалась я всё равно быстрее, чем те же самые мужики на лошадях. У кромки леса увидела, как Бран с топором наперевес бежит вглубь леса, в котором снег ещё не успел растаять. Он бежал точно по направлению к пещере, где меня нашли. А значит, моя догадка была верна, гоблины выбрали путь через пещеры, потому что там больше не было той холодной и темной силы, которая теперь была во мне.

Чертыхнувшись, ускорилась ещё немного, обгоняя Брана со стороны, заходя не ровно по центру, а чуть правее.

— Пусти! — услышала, как визжит Тэла.

Сделала рывок на голос и застала такую картину: Али, весь в грязи и глубоких царапинах, которые кровоточили, отбивался палкой от трёх зелёных гоблинов, которые его постепенно окружали, Тэла валялась чуть в стороне примерно в таком же виде как и брат, только она крепко вцепилась в корень дерева, пока четвёртый гоблин тащил её за ногу, вцепившись в мясистую часть острыми когтями.

В секунду оказалась рядом с девочкой и ножом отсекла руки зелёной твари. Гоблин не успел понять что произошло, и вот его голова уже валяется оторванная от тела. Меня по пояс забрызгала коричневая вонючая жижа — гоблинская кровь. Оглянулась. Али ещё держал оборону, Тэла зажмурившись, вцепилась обеими руками в корень и не шевелилась. Из её ноги торчали два гоблинских обрубка, с них тоже стекала бурая кровь. Рывком оказалась за спиной у окруживших мальчика гоблинов и пнула что было сил того что стоял слева, и уже готовился прыгнуть на Али. От моего пинка гоблин разлетелся зелёно-коричневой кляксой, забрызгав своей кровью не только меня, но и Али и своих собратьев.

Али оцепенел и кажется даже забыл как дышать. Гоблины вылупили свои жёлтые, на выкате, глазищи в мою сторону и глухо зарычали, но вместо того чтобы атаковать, они кинулись в пещеру. Как только зелёные твари скрылись в темноте пещеры, Али грохнулся на зад, прямо в сугроб. Он всё ещё отходил от шока и прерывисто дышал. А Тэла до сих пор лежала, вцепившись в корень с такой силой, что ее пальцы побелели, глаза зажмурены, а по грязным щекам градом катились слёзы.

Выдохнула. Сначала быстро подошла к девочке и вытащила из её ноги отрубленные кисти рук. Из рваных ран тут же полилась кровь, а Тэла протяжно заскулила.

— Тише, милая, тише, — шептала я ей, снегом протирая глубокие раны от крови и грязи. — Потерпи немного, скоро всё пройдёт.

Она кивнула, но корень не отпустила, только чуть-чуть ослабила хватку. Я же, промыв раны достала камень и активировала его, направив немного манны в центр. Кристалл сверкнул серо-зеленым и раны начали потихоньку закрываться. Тэла уже не плакала, только тихонько всхлипывала.