Ксения Руднева – Запасная помощница для темного мага (страница 8)

Все внутри скрутило от острого чувства несправедливости, а к глазам подкатили слезы.

– Это неправда, матушка, – мои губы дрожали, а горло перехватило спазмом. – Как вы могли так обо мне подумать?

– Правда состоит в том, ЧТО увидело общество сегодня и КАК это восприняло. Здесь не суд, чтобы что-то доказывать и искать правду. Мы считали тебя умнее, Вивьен.

– Мне нужно проветриться, – пробормотала я, чувствуя, что вот-вот позорно разревусь на глазах у целой толпы.

Поэтому, не сильно заботясь о приличиях, я оттолкнула мать и поспешила укрыться на балкончике – благо вход на один такой был совсем рядом, скрыт за плотными занавесками. Горячие слезы скользили по щекам, наверняка приводя в непотребный вид макияж, что так старательно наносила Томма. В груди все болело от незаслуженных упреков и обиды на Дарготта. Ну не мог мужчина его уровня не знать, какой эффект вызовут наши парные наряды. Вот что я сделала ему плохого? За что он обходится со мной подобным образом?

Глава 5

Но напрасно я полагала, что на свежем воздухе смогу привести чувства в порядок. Стоило только мне подойти к портьерам, как ветерок донес до ушей обрывки чужого разговора.

– Поверить не могу, что Вивьен стала любовницей собственного зятя, – я без труда узнала хихикающий голос лучшей подруги, Альмы. Как видно, не только родители поверили в то, что я могла опуститься до подобного. Горечь, поселившаяся на языке, заставила тяжело сглотнуть.

– А я не верю, что такой красавчик, как его светлость, мог предпочесть кого-то навроде нашей Ви после роскошной Гвендолин, – ядовито ответил второй голос, принадлежавший нашей общей знакомой, которую мы с Альмой всегда считали слишком завистливой и от того желчной. Как удивительно сводят людей друг с другом чужие прегрешения, оказывается, особенно мнимые и ничем не доказанные, а оттого дающие тучу поводов для бурных сплетен…

– Вот ты где! – уже знакомые ладони легли мне на талию, а негромкий голос заставил подпрыгнуть. – Я же велел не уходить далеко и всегда оставаться в поле моего зрения. Как я должен делать свою работу, если постоянно вынужден искать тебя взглядом? – лорд Дарготт развернул меня к себе и тут же нахмурился. Глаза цвета грозовой тучи сделались еще темнее, а внимательный взгляд не упустил ни единой детали. Ни мокрые дорожки слез, ни дрожащий подбородок, ни закушенная губа не остались тайной для темного мага. – В чем дело? – раздраженно потребовал.

А я вместо ответа позорно икнула и разрыдалась в голос. Прямо посреди великосветского приема! На глазах у того, кто стал причиной всех моих бед и виновником главного позора в жизни. Да как после такого я вообще смогу на людях показаться? Уронила лицо в ладони и продолжила содрогаться от всхлипов.

– Немедленно остановись, Вивьен! – сквозь сжатые зубы процедил Дарготт и легко встряхнул меня.

Ах, если бы мое горе так легко было прогнать!

– Не могу-у-у-у, – провыла в ладони и замотала головой.

Темный еще несколько мгновений наблюдал за моим духовным падением, а потом просто подхватил на руки и зашагал куда-то уверенной походкой – как выяснилось, на соседний не занятый балкон. Лорд легко перемахнул через перила, даже слишком – словно покидать подобным образом здания было для него в порядке вещей, и уже через мгновение ловко приземлился в траву, даже не пошатнувшись при этом. Запоздалый крик, вырвавшийся из моего горла, распугал летучих мышей, заставив крылатых взмыть в чернильное ночное небо.

– Ч-что вы делаете? – я даже забыла, что совсем недавно содрогалась от рыданий и никак не могла остановиться.

– Ухожу, не прощаясь, – маг размашисто шагал в сторону скучавших экипажей.

Стрекотали цикады, теплый воздух был напоен ароматами весенней ночи, с небосклона на нас глядела полная луна, и так легко оказалось моей романтичной натуре представить, что это возлюбленный несет меня словно величайшую драгоценность. В лучшую жизнь, конечно же. Туда, где будем только я, он и одно счастье на двоих. Где не будет злых языков, сплетен и домыслов, где взаимное уважение и любовь будут править бал… Реальность же была слишком далекой от этой дивной воображаемой мной картины.

У самой кареты к нам присоединился Виттор. Вопросов ученик мага задавать не стал. Меня же в отличие от него буквально распирало, сил, чтобы сдерживаться не осталось. Да и не хотелось, если честно, «держать лицо» после всех необъяснимых поступков Дарготта.

– Зачем вы заставили меня надеть это платье? – устало поинтересовалась я. Требовать ответа, пребывая на руках у мужчины, было как минимум странно, но знать, что послужило первопричиной моего падения в глазах общества, было важнее. – Откуда вы вообще его взяли?

– Его готовили для Гвендолин, – его светлость пересадил меня на мягкую скамью кареты, отсутствие верха которой легко позволило ему забраться внутрь прямо вместе со мной. – Пришлось срочно перешивать его под тебя, благо люди охотно исполнят любой каприз – вопрос лишь в том, сколько денег они за это потребуют.

Я готова была все свое будущее поставить на то, что деньги конкретно в случае темного ни при чем, но предпочла молча слушать, раз уж маг внезапно разоткровенничался. Возможно, он в собственной больной манере рассудил, что уж лучше отвлекать меня разговором, чем наблюдать очередной приступ девичьего плача.

– Мерки сняли с того платья, что Томма взяла у тебя дома, вот и все.

– А чем, позвольте узнать, вас не устроило МОЕ платье?

– Я уже говорил, Вивьен. Не думаю, что ты настолько плоха, чтобы мне пришлось объяснять очевидные вещи дважды. А теперь, будь добра, озвучь нам причину своей истерики и как следствие того, что нам пришлось покинуть прием, едва он начался, – графитовые глаза пригвоздили к сиденью, выбив весь воздух из легких.

Пальцы сами собой сжались в кулаки и ударили сиденье по обеим сторонам от моих бедер.

– Вы понимаете, что из-за этого платья меня теперь все считают вашей любовницей! – я не сдержала возмущения, поэтому голос прозвучал эмоциональнее и громче, чем следовало.

– Что за чушь! – Дарготт отмахнулся от моих слов как от несуразицы, произнесенной ребенком по несмышлености. – Если бы ты и твои знакомые дали себе труд прежде подумать, то точно не упустили бы из виду, что мне в этом нет никакой выгоды. Абсолютно. Помимо того, что ты, за исключением сегодняшнего вечера, выглядишь, как старая дева, кичащаяся своим статусом и не желающая с ним расставаться, изменять жене мне абсолютно невыгодно.

– Почему? – оскорбление собственной внешности я проглотила, а вот последние слова темного что-то царапнули в душе.

Да и не имеет значения, какого лорд Дарготт о моей внешности мнения – в конце концов, никогда ему не стать тем, кто заставит мое сердце биться чаще и уведет за собой.

– Согласно закону, если один из супругов будет пойман на неверности, второй сможет развестись и забрать все имущество. Поэтому моя жена, как и все неравнодушные, могут не сомневаться в моей добродетели, – криво усмехнулся темный.

Сплошной расчет, никакой магии. Хотя, а чего я, собственно, ожидала?

– Рада, что вы человек столь высоких моральных ориентиров, – я поджала губы, в полной мере ощутив себя той самой старой девой, о которой только что вел речь Дарготт. – К сожалению, общество нашего города не в курсе ваших достоинств, равно как и юридических тонкостей вашего брака, а посему считаю, что в сложившихся по вашей вине обстоятельствах вправе требовать защиты собственной чести и достоинства, – я задрала подбородок, внутренне обмирая от собственной смелости. Но раз уж темный понимает исключительно язык выгоды и расчета, в переговорах следует им и пользоваться. Думаю, мои безудержные слезы в достаточной степени потрясли его светлость, не следует наносить ему еще более глубокую эмоциональную травму. – В противном случае не уверена, что смогу хорошо исполнять свои обязанности, находясь в постоянном стрессе.

– И что ты предлагаешь мне сделать? Жениться на тебе я не могу, Вит, – он кивнул в сторону ученика, – пока что тоже. Разве что помолвка с ним тебя устроит?

– Вы возьмете меня на работу. Ассистенткой, – выпалила я неожиданно даже для самой себя. – Я уже совершеннолетняя, а значит могу подписать контракт. Мы заверим его в мэрии, и тогда весь узнает, что я не за красивые глаза проживаю с вами под одной крышей.

– Если ты веришь, что это поможет обелить твою репутацию, то как будет угодно, – хмыкнул лорд. – И все равно я не понимаю, зачем ты так цепляешься за этот городок, когда можешь отправиться со мной в столицу. С твоим талантом тебе нечего прозябать на периферии.

– Здесь мои родители и все близкие люди. Вполне нормально, что я не желаю, чтобы они думали обо мне плохо.

– Если бы они все действительно любили и ценили тебя, то никогда бы не поверили злым слухам и уж тем более не стали бы осуждать за спиной. Подумай, так ли уж важны тебе люди, которые при первой же возможности окрестили тебя падшей женщиной.

– Вам не понять, – ответила я и отвернулась.

Что доказывать правоту тому, кто чуть ли не с пеленок разучился чувствовать? Следить за проплывавшими домами и спящими улочками все было полезнее. Они хотя бы умиротворяли и не подбрасывали дров в костер обиды. Дальнейший путь до особняка мы проделали в молчании.