Ксения Руднева – Швейная лавка попаданки. Ненужная истинная (страница 16)

В груди все словно пропустили через мясорубку. Болит, кровоточит и ноет. А страх присыпает раны солью с перцем. Поймет император, кто именно перед ним? Распознает родство? Я, конечно, говорила, что замужем, но Герр далеко не дурак, иначе бы никогда не построил свою империю. Да и факты сопоставить не так-то сложно. А стоит только чуть лучше присмотреться, то вот они – лежат на поверхности.

А если он бросит Лею? Просто не захочет возиться с чужим ребенком, как не захотел когда-то ограничивать себя истинностью… Пожалуйста, пусть хотя бы у них все будет хорошо. А еще лучше, если у одного всем известного следователя все будет плохо! Да, именно этого я ему и желаю!

И вот не к месту помянут! Является, стоит только о нем подумать. Глаза следователя светятся торжеством – он даже не собирается скрывать, как сильно наслаждается своим положением. Ну и моим, конечно же. Какой-то расторопный служивый отпирает дверь моей камеры, все ждут, пока я выбреду наружу, а после мои запястья сковывает магический наручник. Он похож на металлическую змею. Сперва длинную и прямую как прут, но стоит только хлестнуть им по рукам, как он тут же змеей обвивает их. Надежно и крепко.

Меня ведут длинными подземными коридорами. В какой-то момент Эрре отпускает помощника, и я остаюсь со следователем наедине. Заходим в комнату. Тесное помещение без окон ассоциируется с допросной. Тут стол, лампа на нем и пара стульев. В углу зачем-то стоит небольшой пошарпанный диванчик.

С опаской кошусь на подозрительный предмет мебели, но, к счастью, Эрре усаживает меня на стул. Сам располагается напротив. Сидеть со скованными руками то еще удовольствие и заставляет себя чувствовать особенно уязвимой. Но пока меня от господина следователя отделяет стол, я предпочитаю думать, что все в порядке.

– Как тебе у нас в гостях, Олли? – очевидно, в застенках со мной он церемониться не собирается. Либо тех, кто сюда попал не принято называть на «вы». – Нравится? – усмехается издевательски. Ну еще бы…

– Смотря с чем сравнивать, – хмыкаю в ответ. И вроде отдаю себе отчет, что лучше бы не дразнить зверя, а вот смиренно принимать происходящее не могу. Всю гибкость из меня вытянули дракон и законный муж, больше не осталось.

– А мне даже нравится, что ты такая строптивая, – вальяжно разваливается на стуле Эрре. – Будет интересно тебя укрощать. Даже не знаю, чего мне хочется больше: чтобы ты скорее покорилась и стала моей или продлить эту игру, растягивая предвкушение и азарт.

– Уверены, что сдюжите? – вскидываю бровь. Не собираюсь прогибаться под этого мерзавца!

– И не таких ломали, – бросает этот урод в ответ. И кто его только в следователи пустил – профнепригодность налицо! – Так что мой тебе совет, Олли: ты, конечно, брыкайся, это заводит, но меру знай.

– К слову про меру. Вы когда-нибудь слышали про превышение должностных полномочий? – я все еще храбрюсь. Но темная бездна неизбежности подобралась уже к носкам моих поношенных ботинок и обдает холодом.

Следователь поднимается на ноги. Медленно, смакуя каждое неторопливое мгновение, приближается ко мне. Проводит костяшками пальцев по лицу.

– Тебе лучше дружить со мной, Олли, – обдает теплым дыханием щеку. – Здесь ты в моей власти, и никто тебе не поможет, – он продолжает чертить дорожки пальцами по моей коже. Спускается по шее вниз. – Да и нет у тебя никого, не соседка же со скотного двора помчится спасать. Так что рассчитывай только на себя, моя милая.

Эрре упивается властью. Ощущением полного своего превосходства и моим беспомощным положением. Меня же трясти начинает. В глазах темно, в ушах шумит, в груди дурно. И стоит только мерзкому следователю прикоснуться своими скользкими губами к моим, как меня тут же выворачивает наизнанку.

Глава 28

– Ты что творишь, дурная баба? – вопит истошно испачканный следователь.

Дергаюсь от хлесткого удара по лицу, кожу в то же мгновение жечь начинает. Запах в комнатке стоит специфический. Подбородок Эрре блестит желтыми подтеками – из-за отсутствия пищи меня вывернуло желудочным соком. Отвратительная жижа капает на рубашку и жилет следователя. Моему платью тоже досталось, но гораздо меньше. Наверное хорошо, что я ничего не ела в последние часы, иначе картина могла быть еще плачевнее.

Чувствую во рту, помимо прочего, металлический привкус крови, появившийся после удара. Губу разбил? Автоматически прикладываю к щеке, которая огнем горит и пульсирует после удара, ладонь. Хмыкаю.

Знакомая ситуация. Ровно то же самое происходило между мной и мужем. Сперва он ждал, говорил, что все понимает, заваливал обещаниями… С течением времени мужское терпение таяло, пока окончательно не иссякло. И тогда в ход пошло рукоприкладство. А еще обвинения во всем меня – мол, довела. Все это мне уже знакомо, со всем этим сталкивалась.

И прямо сейчас приходит внезапная мысль, что император хотя бы был честен, когда приказывал от меня избавиться. Не обещал ничего и не искал себе оправданий. Нет, я ни в коем случае не обеляю его поступок – он был по-варварски жесток и даже страшен. Но во всяком случае честен.

– Бьете женщин, господин следователь? – хмыкаю я, так и не отрывая ладони от щеки. – И почему я не удивлена? К слову, это ли не признак мужской слабости?

– Не женщин, а подозреваемых, – холодно цедит Эрре. «Ну-ну!» – так и хочется хмыкнуть, но я предпочитаю молчать. Знаю, что никакие слова не помогут. – Я предоставлял тебе шанс облегчить свою участь, женщина, но ты не оценила и не воспользовалась. Теперь пеняй на себя. И не думай, что сможешь найти в застенках защитника. Очень скоро от твоей красоты ничего не останется – это место и не таких перемалывало.

«И все равно, лучше здесь, чем с вами» – именно это всем сердцем хочется произнести. Выплюнуть слова прямо в следовательскую рожу. Но у меня Лея. Не будь ее, я держалась бы до последнего. А так, что стоит гордость и душа, когда на кону твой ребенок? Ради дочери, ради того, чтобы вернуться к ней, я готова пойти на все. Даже, превозмочь дурноту и позволить мерзкому следователю сделать с моим телом абсолютно все.

И я уже готова броситься в ноги Эрре и начать возле них ползать, обещая исправиться и умоляя передумать, как вдруг нас оглушает чьим-то нечеловеческим ревом. Сжимаюсь на месте от страха. Кожу по всему телу словно мелкими иголками прошивает.

– Что это? – не удерживаюсь от вопроса. Голос севший, едва дребезжит, но Эрре все равно разбирает слова.

– Сейчас разберемся, – бросает, но не то чтобы уверенно. Поднимается из-за стола.

И в этот самый момент с грохотом и очередным ревом потолок комнатки куда-то исчезает. Его словно сдергивают с места. Камни, доски, песок начинают сыпаться нам на головы. Вместе с ними в помещение проникает запах гари. Кое-как прикрываю макушку руками – благо мне сковали их спереди, а не за спиной. Падаю на колени и пытаюсь заползи под стол. Следователь ловит за ногу, оттаскивает и сам юркает в единственное условно безопасное местечко.

Взгляд выхватывает огромную когтистую лапу, что методично расковыривает потолок. «У них тут есть динозавры?» – приходит ошалелая мысль. Слишком уж конечность похожа на те, которые у нас пририсовывали древним ящерам.

«Если ти-рекс, то нам точно хана. Хлипкий стол следователя не спасет» – я трясусь и сворачиваюсь в клубок, все еще прикрывая голову руками. Ошметки потолка падают на спину, но серьезных увечий не наносят – да и кто в здравом уме будет бояться камушков, когда вот-вот грозит стать обедом для чудища?

И я ожидала чего угодно, но только не того, что когтистая лапа, расковыряв достаточно большую дыру, подхватит меня за талию и резко дернет ввысь.

– А-а-а-а-а-а! – ору я, срывая горло. Не хочу становиться обедом! На фоне происходящего уже и следователь кажется совсем безобидным. Ну, подумаешь, свой язык хотел мне в рот засунуть – так ничего страшного! А может это даже и приятно… Уж всяко приятнее такого вот полета.

Я ору изо всех сил. Выворачивая легкие наизнанку, оглашая окрестности, которые становятся все дальше и дальше от меня. Вместе с когтистой лапой, удерживающей меня за пояс, я взмываю все выше и выше в воздух. Как женщина Кинг-Конга, как уж там ее звали?

«Все это нереально, все это не со мной…» – твержу в себе. Потому что поверить в происходящее никак не получается. Порывы ветра бьют в лицо, из глаз текут слезы – то ли от этих самых порывов, то ли от жуткого страха, вымораживающего все внутренности. Подол платья хлопает на ветру.

И вот это тот самый момент, когда за активацию собственного дара я отдала бы практически все! Ну, где же ты? Самое время меня перенести куда-нибудь! Ведь спаслась же я в ледяных водах моря, куда меня скинули люди императора. Так почему сейчас нет?

Осмеливаюсь поднять взгляд наверх, и еще более истошный крик застывает у меня в горле.

Глава 29

Черная, как сама ночь, чешуя отливает золотом. Брюхо, которое я в данный момент разглядываю, покрыто более мелкой, светлой и на вид мягкой. Но как только переходит на лапы, бока и крылья, чешуя становится примерно размером с мою ладонь. Огромные крылья, чей размах закрывает мне весь небосвод лениво взмахивают, унося эту махину, а заодно и меня, в неизвестность. И, конечно же, жуткая вытянутая морда с торчащим частоколом загнутых внутрь сабель вместо зубов.