18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ксения Родникова – Между явью и снами (страница 5)

18

А я?

Ох, он прав. Я, правда, стала вести себя, как глупая капризная девочка. Видели бы меня сейчас подруги, рассыпались бы в звездную пыль со стыда. Они ведь знают меня совсем другой: рассудительной, мудрой и чуткой. А не тем недоразумением, которое вылезло откуда-то из глубин моего бессознательного и взяло на себя контроль над моей личностью.

Я проговорила про себя: «Уйди, маленькая Элина – взрослая Элина, возвращайся, ты мне очень нужна».

– Северный Ветер – проводник снов из Безвременья в Мир Яви, – вслух читал Господин Тень. Снова эти мурашки! Но теперь их стало больше. О, боже, да за что мне все это? – Когда сны исполняют предназначение, то им дается время попрощаться с близкими. Если сон королевских кровей, устраивают бал-маскарад, который символизирует призрачность наших ролей во всех жизнях, прошлых и будущих, и необходимость менять их из раза в раз, словно маски. По традиции Северный Ветер находит тех, кому скоро суждено сбыться, даже несмотря на их изменившийся облик, что означает: какую бы роль ты не играл, суть твоя неизменна. Сны рассыпаются в звездную пыль, из которой и были сотворены у истоков Безвременья. Но не исчезает она бесследно – Северный Ветер собирает ее в сосуд и относит в Мир Яви. К тому, кому сон предназначен Безвременьем.

Господин Тень осторожно закрыл книгу и вернул на место.

– Знаю я этого типа. Этот Северный Ветер… Доставучий, зараза, хоть и славный малый . Вы с ним познакомитесь на нашей с тобой свадьбе, – последнее он добавил как бы невзначай и повернулся к окну. Под фонарем жужжал рой снежинок. А луна казалась особенно одинокой. – Я бы подарил ее тебе, – вдруг сказал он.

Я вздрогнула.

Господин Тень очень старался казаться уверенным, но дрожащий голос выдал то напряжение, что он пытался спрятать – как руки в карманы своего чёрного пальто. И теперь до меня ясно стало доходить: то, что происходит вокруг последние пару суток – все-таки не шутка и не розыгрыш.

Господин Тень не врал, не изображал, когда давал понять, что я ему дорога – так оно и было на самом деле. И это нормально, что мне пока тяжело разобраться в своих чувствах – ведь он помнил меня, а я его – едва ли.

Он – эхо моего давнего прошлого.

Кажется, я могла ему доверять. Правда, могла. И стоило мне это понять – как с души свалился тяжелый камень, что не позволял мне проявлять к жениху искреннее дружелюбие и теплоту.

Я осторожно встала рядом. Взяла его за рукав и спросила, не сводя взгляда с его взволнованных глаз:

– Почему ты так торопишься со свадьбой, Господин Тень? Почему не даешь мне чуть больше времени прийти в себя? Мои родители вот-вот сбудутся. Вовсю идут приготовления к Маскараду. Мне больно их отпускать и на то, чтобы прийти в себя, нужно больше времени. Ты терпеливо ждал меня двадцать один год – и вдруг… Здесь что-то не так. Скажи, Господин Тень, если мы с тобой не поженимся как можно скорее, случится что-то плохое?

Господин Тень тяжело вздохнул и сел на подоконник.

Хорошо, что я не убрала плед и подушки, когда изучала мифы Безвременья в прошлый раз. Да, помню, как лежала тут и смотрела на снег, радуясь, что я у родителей в гостях и все почти как детстве.

– Ты верно все поняла, моя дорогая Элина. Об этом я и хотел с тобой поговорить, – он нервно ковырял ногти. Как-то неожиданно видеть было такое от Первородного Духа, но в то же время эта привычка казалось мне такой знакомой… Я еле подавила в себе желание его обнять. Все же пока наши отношения нельзя назвать близкими, и именно поэтому я многое не могла себе позволить.

– Я слушаю, Господин Тень.

Сейчас-то всё и откроется.

Даже библиотечная пыль замирает.

– Сирена. Все дело в ней. Видишь ли, Элина, так получилось, что я виноват в ее расставании с возлюбленным. Я косвенно повлиял на изменение его отношения к ней. Он предпочел сбежать в другую Вселенную, только бы Сирену больше не видеть. И она прокляла меня, будучи в таком гневе, что страшно теперь вспоминать.

Он взял мои ладони в свои:

– Элина, как ты поняла, мы уже знакомы с тобой. Притом – с прошлых жизней. Я очень сильно люблю тебя. Только дело вот в том, что если ты полюбишь меня до того, как станешь моей женой – я умру. Да, вот такой вот подарок от старой моей подруги. Поэтому, пожалуйста – не отвечай мне взаимностью. Пока.

Договорив, он поцеловал костяшки моих пальцев, а я – растаяла.

– Если я все же умру, навсегда я стану твоей тенью, – говорил он мне. – Я буду оберегать тебя, где бы ты ни находилась. Только, пожалуйста, моя дорогая Элина – ты пока что не люби меня. Пока что. Сам не верю, что прошу тебя об этом.

Я просто кивнула. Что мне на это было сказать? Ведь слышала в его дыхании боль, которую никаким добрым словом не унять.

Ситуация тяжелая. Как выпутываться – не малейшего понятия.

Комок тревоги подступил к горлу. Я начала задыхаться. Господин Тень заметил это и прижал меня к груди.

Я не услышала его сердца стук.

Ох, Эрик. Ты мне совсем не помог в нашем гениальном плане не позволить проклятью Сирены сбыться.

За что ты так с собой?

Медленно отстранилась от тебя, и мне это так тяжело далось, словно ножом с себя кожу содрала. Мы знакомы не всего-ничего, точно нет.

Все правда – про прошлую жизнь.

Я чувствовала это, правда, чувствовала. И мне едва удалось затуманить образ в голове: как прижимаюсь губами к его губам, и ничего вокруг не имеет значения – в его объятьях так тепло и безопасно, и больше ни о чем не нужно беспокоиться. Все само собой будет хорошо…

Но это еще не любовь. Не самоотверженное желание стать другому опорой и быть вместе в болезни и в здравии – как у него ко мне.

И, в нашем случае, это даже к лучшему.

Сирена наслала на него – на нас – жестокое проклятье.

– Хорошо, Эрик, – наконец сказала я, отступая к двери. – Я постараюсь особо не думать о тебе до самого свадьбы и любой ценой избегать нашей встречи. Ты ведь об этом меня просишь?

– Все так, Элина. Большое спасибо, – Господин Тень с грустью улыбнулся и окинул взглядом книжную полку: – Ты не против, если я побуду здесь еще немного? Мне так интересно все то, что тобой любимо. Я чувствую, ты провела здесь много времени и неравнодушна к этому месту.

Комок в горле.

– Конечно, Эрик. Все двери в этом замке теперь для тебя открыты.

Эрик улыбнулся по-настоящему.

Воспоминание шестое: про разрушение

Бегу, не зная куда.

Молчание. Твое молчание.

Вечное. Необъяснимое. Необъятное.

Ты посмотришь когда-нибудь в мою сторону еще хоть раз?

Или так и никогда не простишь за то, что я с тобой сделала, сама того не желая?

Возможно, будет проще навсегда о тебе забыть? Не мучиться от чувства вины больше никогда-никогда.

Я всегда это выбирала.

6

Слезы и горький комок в горле вернули меня в настоящее. Не стоило больше проваливаться в эти… воспоминания?.. или небытие?..

Мне нужно спешить. Я должна успеть поговорить с родителями до бала. А после – присоединиться к подругам, Иде и Ае на полночную службу в Храме. Мы будем молиться и приносить в дар нашу святую веру Северному Ветру.

Мы встретились в отцовском кабинете. Мама и папа ворковали у окна. Я вздрогнула, узнав в этой картине нас с Господином Тень.

Я всегда восхищалась тем, как мама и папа держались друг за друга. Они даже сбывались вместе – прекрасные любимые родители, что подарили мне счастливое детство. Настоящая мечта ребенка. Я не должна была показывать им своих слез, потому что это большое счастье. Знала: будет тяжело, но их образы – папа по левое плечо, мама по правое – станут поддержкой навек. Они сами всегда мне так говорили. Наверное, готовили ко дню разлуки.

И поступали абсолютно верно.

От мамы пахло жасмином. Я прижалась к ее груди и услышала стук любимого сердца. Скоро его не станет.

Папа говорил что-то, но я его не слышала. Ах, папа-папа, хватит молоть чепуху в такой дивный час.

Хотелось запомнить вас, мои дорогие. Каждое мгновение, проведенное с вами в последние дни.

Хотелось помнить твою родинку в уголке левого глаза и то, как собирались на лбу морщинки, когда ты смеялась, мама.

Хотелось помнить бездонную синеву твоих глаз и сияние твоей души, когда ты хвалил меня за какую-то ерунду, папа.

Хотелось сохранить любовь к вам – безусловную, всеобъемлющую – поместить в банку, закрыть крепко-накрепко крышкой и никогда оттуда не выпускать. Любоваться. Моя любовь к вам, наверное, порхала бы в этой банке голубыми бабочками с хрупкими красивыми крылышками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.