Ксения Матюшина – Осколки утренней тишины (страница 4)
Это не для них.
Слишком много ответственности, слишком много ожиданий.
Они не верят в неё.
Но почему тогда этот разговор оставляет неприятный осадок?
Ломка без дозы
Она решает, что всё.
Ей надоело.
Надоело это бесконечное натягивание нервов, эти разговоры, которые жгут изнутри, эти взгляды, в которых слишком много ненависти и слишком мало здравого смысла.
– Давай просто разойдёмся, – говорит она ровным голосом.
Он пожимает плечами.
– Давай.
И всё.
Без сцен, без выяснений, без пафосных фраз.
Она уходит, он остаётся.
Она не пишет. Он не звонит.
Проходит день. Второй. Третий.
Сначала кажется, что это правильно.
Что, может быть, теперь она станет легче.
Может быть, он наконец-то выдохнет.
Но вместо этого – пустота.
Нечем забить паузы между мыслями.
Некому бросить колкость за утренним кофе.
Никто не скажет «ты идиот» таким тёплым тоном.
И вот, спустя неделю, они сталкиваются.
В каком-то баре. Или в супермаркете. Или просто на улице, среди безликой толпы.
Она хмурится.
Он ухмыляется.
– О, привет. Ты всё ещё живёшь без меня?
– Да, представляешь? И даже дышу.
– Дышишь? Ну ты, конечно, стойкая. Я вот, например, вообще умирать начал.
Она закатывает глаза.
– Не начинай.
Но в голосе нет ни злости, ни раздражения.
Потому что они оба знают: этот разговор мог бы не случиться, если бы кто-то из них действительно хотел уйти.
Она делает шаг назад.
Он делает шаг вперёд.
– И что теперь? – спрашивает она.
Он смотрит на неё, закуривает, усмехается.
– Теперь всё сначала.
Привязанность или проклятие?
– Ты когда-нибудь задумывалась, что мы – болезнь друг для друга? – спрашивает он, глядя в потолок.
Она молчит. Лежит рядом, слушает, как он жует табак, хотя обещал бросить.
– Может, мы просто подсели друг на друга, как на дрянь? – продолжает он. – Не любовь, не симпатия, а чистая зависимость.
Она поворачивает голову, лениво смотрит на него:
– Так бывает, что без дряни ещё хуже.
Он усмехается.
– Да, но рано или поздно от неё либо лечатся, либо умирают.
Ей не нравится этот разговор.
Потому что она тоже задумывалась об этом.
И ответ ей не понравился.
– Ты боишься меня потерять? – вдруг спрашивает она, щурясь.
Он молчит.
Она улыбается.
– Значит, боишься.
– Да пошла ты, – бурчит он, прикрывая глаза.
Но на следующий день он вдруг оставляет её вещи у себя, как будто ей некуда их девать.
А она вдруг начинает покупать ему те сигареты, которые он любит, хотя сама терпеть не может их запах.
Потому что зависимость, как и любовь, работает по одинаковым законам.
Просто никто не хочет говорить это вслух.
– Давай… остановимся.
Она произносит это спокойно, почти буднично, как будто говорит о погоде или о том, что пора бы заварить чай.
Он смотрит на неё с лёгким недоумением, но быстро тушит эмоции. Взгляд становится пустым, голос – лениво-ироничным:
– Остановимся? Это ты про что? Остановку сердца? Остановку дыхания? Или мы – это уже автобусный маршрут, и пора высаживать пассажиров?
Она вздыхает. Конечно, он отреагирует именно так. Конечно, будет цепляться за слова, выкручивать их, превращать в абсурд.
– Перерыв, – поясняет она, не поддаваясь на провокацию.