Ксения Лестова – Разыграть чувства (страница 26)

Лукасу удалось увернуться от одной лианы, а вторая, ухватив его за ногу, резко дернулась вверх, поднимая его над землей. Но высоко поднять мужчину ей не удалось, потому что Когинс-младший, продолжая сжимать в руке кинжал, несколькими точными движениями, смог разрубить растение пополам. Сердце неприятно кольнуло, когда я увидела отрубленную лиану, которая упала на землю, несколько раз извернулась, как бьющаяся в предсмертных судорогах змея, и затихла, на глазах превращаясь в сухую палку. Когинс же упал на землю, но долго на ней не пролежал, почти сразу же вскочив на ноги и снова отскакивая в сторону от оставшейся лианы.

Очередная молния осветила погрузившийся во мрак лес, и я четко увидела, как в руках Лукаса материализуется водная плеть, собираясь из мельчайших капелек воды, которые сейчас были буквально повсюду. Взмах рукой и плеть окутывает лиану. Резкий рывок, и Когинс вырывает мое творение из земли. Сердце еще раз неприятно кольнуло. Неужели я теперь всегда буду так реагировать?

Еще один взмах вырвал с корнем и первую лиану, которая до этого была обрублена пополам. А у моих рук образовались две небольшие ямки, в которых еще недавно лианы пускали свои корни. Сейчас же магически созданные растения лежали безжизненными сухими палками на некотором отдалении от меня.

— Ну что, — тяжело дыша, произнес Лукас, подходя ко мне, — поняла, какая в тебе спала сила или надо все же объяснить?

— Думаю, не стоит, — слегка дрожащим голосом произнесла я.

— Встать сможешь?

— Попробую…

И я действительно попробовала… Три раза пробовала, только каждый раз дальше карачек встать не получалось. Видимо, Лукасу надоело смотреть на мои жалкие потуги, и он с мученическим вздохом все же взял меня на руки. А я на этот раз не возражала. Потому что понимала, что обратно на своих двоих просто не дойду. А если у меня и получится доползти до стен монастыря, то вид у меня будет довольно непрезентабельный.

— А ты разве не устал? — удивленно спросила, заметив, что дыхание мужчины слишком уж быстро выровнялось и он уверенно идет на выход из леса.

Сколько силы он затратил? Ведь и Жужику бы стало понятно, что подобная водная плеть забирает довольно много сил. Как магических, так и физических.

— Нет.

— Что и резерв сильно не пострадал?

— Нет.

— А ножки не подрагивают? — да, я издеваюсь, но он так невозмутимо и безэмоционально отвечает на мои вопросы, что я снова стала раздражаться.

— Нет.

— И ручки?

— Нет! — рявкнул мужчина.

— Ну слава богине, — выдохнула я, — ты еще способен на проявление эмоций.

— Поверь мне на слово, Мари, — его лицо оказалось на неприлично близком расстоянии от моего, — вот что-что, а проявление эмоций всегда мне под силу. Тебе достаточно только попросить.

А у меня от такой наглости чуть челюсть не отвисла. Благо я вовремя успела мысленно приказать ей оставаться на месте.

— А не слишком ли ты…

Договорить я не успела, так как меня опять поцеловали.

Я, недолго думая, укусила мужчину за губу. Тот, зашипев, отстранился и грозно посмотрел мне в глаза. Я, может, и испытала бы угрызения совести, но…

— Мы вернемся к этому разговору позже, — невозмутимо произнес Лукас и прибавил шаг.

— Пока мы идем, хотела спросить кое-что…

— Сколько же у тебя вопросов, — тяжелый вздох. Настолько притворный, что у меня не было сомнений — притворяется. — И конкретно сейчас иду только я.

— Ты страшил меня ритуалом, а на деле все оказалось не так и страшно. Почему? — Я проигнорировала издевку.

— Потому что, Мари, сегодняшнюю ночь ты проведешь в горячке. Сила вырвалась, но твое тело ее еще не приняло. Так что не тешь себя иллюзиями, что все закончилось.

— То есть это еще не конец?

— Увы.

— А почему этот ритуал могут проводить только мужчины? И что случилось бы со мной, не будь поблизости мага?

— Ну если бы ты оказалась одна в глухом лесу, то скорее всего тебя бы ждало выгорание. Правда это только в том случае, если бы ты в таком состоянии провела примерно два дня. А так, думаю, что матушка Илиина предприняла бы хоть какие-то действия, чтобы вызвать мага из ближайшего города или поселения. А почему мужчины… Понимаешь, не все женщины соглашаются на пробуждение силы через поцелуй. Правда есть такие, кто предпочитают столь гуманный способ тому, который выбрала ты. У мужчин резерв больше и при «выпивании» магии, тот, кто проводит ритуал, почти не пострадает. А вот если его будет проводить женщина, то она рискует сама остаться без силы.

— А у мужчин пробуждение как происходит? — полюбопытствовала я.

Лукас хмыкнул и многозначительно посмотрел на меня. Мои щеки опалило жаром, и я отвернулась от мужчины, делая вид, что внимательно изучаю ближайшие кусты.

— У мужчин, — голос Когинса стал бархатистым, обволакивающим, — пробуждение силы происходит во время первого…

— Не хочу знать! — я замотала головой, отгоняя воспоминания, которые так неожиданно снова встали перед глазами.

Мы вышли из леса и попали под проливной дождь. Сразу же захотелось вернуться обратно, под прикрытие листвы высоких вековых деревьев. Матушка Илиина стояла у большого дуба, который рос неподалеку от ворот монастыря. Увидев нас, женщина быстро направилась в сторону каменной стены и снова стала проводить манипуляции руками. Лукас подошел к настоятельнице и стал ждать, когда она закончит. Ее одежды были насквозь мокрыми, но, казалось, это ей нисколько не мешает. В общем как и Лукасу. Тот вообще, по-моему, чувствовал себя лучше всех и вся. Ну да, он же маг Воды, что ему сделает теплый летний дождь?

— Все прошло успешно? — спросила Илиина, проходя через ворота.

Мы двинулись следом.

— Не совсем, — произнес Лукас и с укором снова посмотрел на меня.

Это что это получается, я еще и виновата? Недовольно засопев, собиралась рассказать матушке обо всем, что произошло в лесу, но лейтенант сильнее сжал меня в своих объятиях, а из моей груди вырвался только жалобный писк.

— Что вы имеете в виду? — не оборачиваясь, стала расспрашивать матушка.

— Только то, что сегодня ночью я буду находиться рядом с сестрой Марианной. Сила высвободилась, но тело еще не приняло ее. Мне нужно проконтролировать заключительный процесс.

— Наедине? — пожилая женщина все же остановилась, не дойдя до общежития каких-то пары десятков метров.

— Разумеется, — спокойствию Лукаса можно было позавидовать.

— Я не хочу оставаться с ним наедине! — я завозилась на руках мужчины и попыталась вырваться.

Очередной писк был подтверждением того, что выпускать меня не собираются.

Видно было, что Илиина сомневается. Ей определенно не хотелось оставлять меня наедине с мужчиной. И уж тем более ей не хотелось оставлять меня с Лукасом.

— Простите, сестра Марианна, но лейтенант прав. Я не могу вмешиваться в процесс пробуждения силы. Но мы будем поблизости. Вам нечего опасаться.

Нечего опасаться?! И это говорит настоятельница женского монастыря, которая в курсе событий трехлетней давности?

— Отпустите меня, лейтенант! — я повысила голос и еще сильнее затрепыхалась на руках Когинса-младшего.

— Вы слишком слабы, — до противного спокойный голос мужчины резал слух. — Я донесу вас до вашей комнаты.

— Я сама в состоянии дойти, — зашипела и зло посмотрела в глаза ненавистного выскочки.

— Не думаю, — так же спокойно произнес Лукас. — Но если вы хотите проверить свои силы, пожалуйста.

— Лейтенант Когинс, не надо! — вмешалась в нашу перепалку матушка Илиина.

Но он не стал ее слушать. Осторожно отпустил меня, помогая устоять на ногах, которые сейчас были как будто ватными, и отошел на пару шагов в сторону. Я же, лишенная опоры, пошатнулась, сделала лишь одно неуверенное движение ногой и тут же стала заваливаться, рискуя как следует приложиться многострадальным телом об землю.

Когинс успел как раз вовремя. Снова подхватив меня на руки, обогнул настоятельницу и направился в сторону общежития. Уже находясь у самого входа, обернулся, ожидая спешащую за нами женщину.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

В комнату меня вносили в торжественном молчании. К матушке Илиине присоединились еще три монахини, в числе которых была и Магрэс. Она обеспокоенно смотрела на меня, а я не имела ни малейшей возможности с ней поговорить. А так хотелось поделиться с наставницей всем, что сейчас буквально бушевало в моей груди! Но Лукас даже не позволил монахиням войти в комнату. Посадив меня на старый скрипучий стул, он сразу же прошел к двери и захлопнул ее прямо перед носом Илиины. Та даже возмутиться не успела.

И вот мы снова остались один на один.

— Тебе необходимо привести себя в порядок, — критично осмотрев меня с ног до головы, сказал Когинс.

— И как мне это сделать, если уборные и купальня на улице?

— Я принесу горячей воды, ты же и не вздумай вставать с места, пока я не приду.

— А чего ты раскомандовался? Кто ты вообще такой, чтобы указывать мне, что и как делать?

— Мари, тебе не кажется, что сейчас не самое удачное время, чтобы задавать подобные вопросы?