Ксения Лестова – Погонялово "Дурак" (страница 6)
Стукнула кулаком по несчастной подушке и отлепила от нее лицо. Шмыгнула носом. Не хватало еще плакать из-за этого…. Он же сюда не на совсем приехал? Побудет неделю, ну, может, две и вернется обратно в Москву. У него там гонки, институт, в котором нужно восстановиться, толпа жаждущих его теплых и горячих объятий девушек.
Надо успокоиться и ложиться спать. Вставать рано, а я тут опять страдать начинаю. Ни к чему хорошему это не приведет. Или мне нравится себя так изощренно мучить? Представлять его в объятиях другой. Наверное, это было связано с тем, что я знала наверняка – он зря время не теряет. Верность? Он не знает, что это такое. Любовь… в нее тоже не верит. Чего уж, единственные, к кому он привязан, это родители и Светка. Для других в его сердце места нет. Мимолетный интерес, вызванный желанием удовлетворить естественные потребности, которые часто ударяют этому парню в голову, вот и все.
Макс
Твою мать, какого х***я я согласился на эту авантюру? Смотреть на постоянно грызущихся родителей было не очень приятно. Еще и Хомячок со своей депрессией заставила внутри все перевернуться от презрения… к себе. Она так похудела и осунулась, что мне захотелось сгрести ее в охапку и увезти к себе и хорошенько откормить. Помнится, ей нравилась моя стряпня… Взгляд девчонки так и горел от восторга, когда ела хорошо прожаренную свинину и отварной картофель. Но что произошло теперь? Почему она стала относиться к себе еще хуже?
Пока сестра всеми силами старалась смягчить гнев подруги, я флиртовал с вызывающе разодетой девчонкой, которой, судя по всему, пришелся по вкусу кошелек моих родителей. Мать всегда одевалась стильно и покупала себе все самое дорогое и эксклюзивное. По ней сразу было видно, сколько зарабатывает отец. Который, кстати сказать, был одет не менее дорого, чем она сама. Чего я хотел добиться очередными показушными переглядками с размалеванной куклой на ходулях? Ревности от Машки! Я хотел разбудить в ней огонь, который пылал в ней год назад. Да и при родителях было нельзя показывать свою слабость. Неизвестно как отреагируют предки, завидев, как их сын первым делом кидается обниматься с той, которая не вписывалась в круг общения нашего «высокородного семейства», как иногда надменно замечала мать. Батя был намного проще и даже публично выказывал радость по поводу того, что Маша и Света до сих пор являются лучшими подругами.
В глазах красотки читался неподдельный интерес. Я мог поспорить на что угодно, что она вот-вот не выдержит и подойдет к нашей шумной компании. Как жаль, что в мои планы больше не входило кувырканье в постели с одной из девушек, которая бы считалась очередной моей победой на любовном поприще. Собственно, я решил отказаться от родительской квартиры не потому, что хотел водить к себе всех и вся. Дело в том, что выбранный мной отель находился на соседней улице с той, на которой проживал Хомячок. И если в поезде я еще сомневался по поводу столь скоро принятого решения, то сейчас был уверен - поступил правильно. Нам с Машей надо поговорить. И сделать это лучше без свидетелей. Выяснить отношения, расспросить о родных, учебе и личной жизни.
Насколько я понял из рассказов сестры, Хомяков-старший вышел из комы и довольно успешно прошел реабилитацию. Но из-за своего недуга он теперь не мог достаточно обеспечивать семью, и все его заботы по этому поводу Мария взвалила на свои хрупкие плечи. Кем она могла устроиться работать, да и еще продолжить учиться на дневном отделении? Уборщицей… Платят мало, а работаешь на износ. Сам видел, когда мы жили вместе. Вот только за проживание ей не надо было платить. И за продукты, частично. Тут не то, что похудеешь, а вообще загнешься. Теперь я это хорошо понимал и стремился сделать все, чтобы вернуть своего прежнего Хомячка себе.
Я подколол ее насчет худобы, чтобы вызвать на эмоции. Заставить взорваться, как обычно. Не прокатило. Пришлось напомнить ей о нашей страсти… Снова мимо. Я видел, как Хомякова волновалась, когда ждала свою подругу, как загорелся и сразу потух взгляд при виде меня. Как она яростно отчитывала Светку, видимо, из-за того, что я тоже приехал… Эта несносная девчонка вновь пыталась убежать. Вновь нацепила толстую броню сарказма и излучала собой полнейший пофигизм, копируя меня самого. Теперь вопрос только в том, кто из нас первым сдуется? Хм, может идея с ревностью была плохой? Снова выставил себя в ее глаза полной сволочью.
- И что это было? – недовольно вопросил отец, когда сестра и Хомяк скрылись из виду. – Максим, мне кажется, я о тебе чего-то не знаю.
В итоге я совсем ее допек, и Маша решила свалить от нас домой. Чего, спрашивается, приезжала? Я бы ее и так нашел. Нах***я надо было вместо работы и учебы тащиться на вокзал вместе с моими предками? Я же знаю, что она с матерью совсем не ладят... Наверняка до чертиков устала от подобного режима – лицо, вон, совсем бледное стало.
Как я в тот момент был на нее зол. Совсем обалдела со своей исполнительностью? Спрашивается, на заочку не дано перейти? И работала бы нормально и на меня… то есть на себя время бы оставалось.
- Жизнь – странная штука, – неопределенно выдал, мысленно находясь уже на улице, с девчонками. Черт, и что теперь делать? Ну, почему Светка настояла на том, чтобы Хомячок приехала?! Я же так сразу… При родных… - Мы не ладим с ней еще со школы.
- Потом поговорим, - сквозь зубы процедил папа. – Сейчас не самое лучшее время для воспитания из тебя человека.
Не понял, он что снова пытается нас свести? Мной всегда занималась мать, а он находился в стороне. И теперь отец смеет указывать мне, что делать? Ну уж нет, такой номер не пройдет.
- Сынок, а почему ты не хочешь остановиться у нас? – встряла в разговор моя сердобольная мать. Она всегда со мной носилась, как курица с яйцом. Избаловала (это я понял только в армии), оградила от нежелательных знакомств и долго не хотела отпускать в Москву. Про мою страсть к скорости она ничего не знала. Надеюсь, и сейчас остается в неведении…
Отец недобро на нее посмотрел и сделал вид, что не знаком со своей пока еще женой. Странные… Раньше он над ней трясся, пылинки сдувал, все прощал, а она борзела все больше и больше. Не мне судить, но кажется, они реально любили друг друга. По-своему.
- Я привык жить один, ма, - нарушая гнетущее молчание, ответил ей. – У вас сейчас не лучшие времена настали, так что перекантуюсь в отеле. Тем более, что я ненадолго.
Да, я надеялся, что Хомячок долго не сможет мне противостоять. Единственное, что омрачало мое положение – это то, что Маша, скорее всего, не захочет уезжать из Питера. У нее тут работа, учеба, больной отец… Да, пожалуй, стоит хорошенько поразмыслить над тем, как бы так все устроить, чтобы и ее завоевать, и реализовать свои планы на будущее. В культурной столице ведь наверняка есть свои школы автоспорта. А что делать с универом… Мне оставалось доучиться всего год. Но Бессонова, пад***а, все испортила. Ненавижу… Какого х***я она решила, что может лезть в мою жизнь? Да еще и таким скотским образом. Мало я ее обломал тогда, год назад. Надо было на видео все снять и реально поглумиться – выставить на какой-нибудь порно-сайт и понаблюдать, сколько к ней клиентов прискачет. Но отец все сделал лучше и качественнее.
- Ты не должен так говорить, Максим, - всплеснула руками мать. – Вы со Светой для нас дороже всего на свете.
- Поэтому не ломай комедию, и поехали домой, - на удивление поддержал ее родитель. Хм, с чего бы? – Ты для чего сюда приехал? Не девок же по углам клеить?
Это был явный камень в мой огород. Да уж, спасибо. Еще и глянул в сторону куклы барби, о которой, признаюсь, уже успел забыть. Без надобности, потому что. Машка ушла, и выбешивать мне больше было некого.
Сегодня я открыл счет. Один-ноль в мою пользу. Хомякова сдалась первой. Гордая, строптивая, обиженная и верящее в любовь. Пиз***ц на мою голову. Как же все сложно. Девчонке бы понравилось, если бы я упал сейчас перед ней на колени, подарил кольцо и позвал замуж. Но я не такой. Растечься перед кем-то ванильной лужицей, стать сахарной ватой или розовой половой тряпкой со стразами и рюшами – не про меня. Вообще не понимал, где такие парни водятся. Если про них пишут целые любовные романы, значит, их где-то кто-то видел. Чтобы эти уникумы еще при этом не выглядели слабыми и безвольными подкаблучниками. Ну, или кидаловом, которое для достижения собственной цели идет на все.
- Нет, не для этого, - раздраженно повел плечами. – Но я уже не маленький, и мне требуется больше личного пространства.
С этими словами посмотрел на мать. Она замерла и приоткрыла рот, размышляя, что бы мне такого ответить. Да наглый и с виду может быть еще и неблагодарный. Для них с батей. Потому что перестал плясать под их дудку. Потому что уехал, наломал дров, не закончил универ и угодил в армию. Еще и посмел сунуть свой нос на автотрек, а не в бизнес-центр. К черту. Когда-то папа тоже грезил попасть на лиман. Только вот это был долгий, муторный, сомнительный путь. А вот профессия менеджера была тут, под боком. И потом второе высшее… В общем, когда познакомился с мамой, вопрос гонок отпал сам собой. С виду они гармоничная, состоятельная пара. Отец постоянно пропадает на работе. Как говорится, “поперло”. Повышения, командировки, деньги, своя фирма… С одной стороны, да, он реализовал себя, а с другой – них***ра. Сто двадцать на спидометре и по городу… Это до сих пор преследует его каждый чертов день.