Ксения Лестова – Отбор жены в экстремальных условиях (страница 10)

Со стороны конюшни послышался чей-то неистовый кашель. Верно, служащий при таверне конюх простудился. У меня же на миг появилось желание хорошенько придушить сестру. Как ей вообще в голову пришло сказать такое при всех? И кто после этого невоспитанная, а?!

— М-да, печально, — поддакнула ей наша старшенькая. — И, правда, зачем ты с нами во дворец едешь?

— А вот этот вопрос задавайте не мне, а нашему батюшке, — сделав невозмутимый вид, пожала плечами.

— Жаклин! — всплеснула руками няня. — Веди себя прилично на людях!

Вместо ответа демонстративно прошла к карете и, без чьей бы то ни было помощи, забралась в салон. Так я хотела показать, что не намерена больше продолжать затеянный спор, и хочу как можно скорее двинуться в путь.

— Все по местам! — услышала приказ Ригарда.

Пока мои домашние не успели присоединиться ко мне, прикрыла глаза и постаралась принять положение уставшей от всех забот молодой леди. Так, по крайней мере, я могла избежать доброй половины проникновенной речи, которую была способна озвучить наша с сестрами нянюшка. И да, оправдываться перед Франческой и Ирией я была не намерена. Просто не видела особого смысла распинаться перед теми, кому неведомо чувство сострадания по отношению к низшим по уровню жизни людям. Интересно, а будь наши провожатые принцами соседних королевств, они бы также себя вели? Сомневаюсь…

— Жаклин, просыпайся, — проворковала мне на ухо старшенькая. — Пока ты поднималась по ступенькам, тот рыжий слуга на тебя так смотрел…

— Да ну тебя! — мигом распахнув глаза, возмутилась я. — Скажешь тоже…

Щеки предательски опалил румянец, однако на мое счастье сей досадный момент сестры и няня не заметили. Уж очень мало света попадало в карету через ее маленькие окна. А я как раз сидела в тени, так что за сохранение своих эмоций в тайне я могла быть спокойна.

— Девушки! — встряла со своими нравоучениями Анель. — Сколько можно повторять, что такие, как этот мальчишка, вам не пара и даже не ровня!

— Я полностью с вами согласна, няня, — тут же начала подлизываться к женщине Франческа. — Даже и не думала смотреть в его сторону, уж поверьте. Мы все-таки едем к принцу…

— А я вообще ни на кого с роду не смотрела, — пробормотала себе под нос, снова закрывая глаза. — Мне неинтересны мужчины. Искренне не понимаю, зачем папа распорядился и насчет меня тоже.

— Чтобы ты не стала старой девой, глупая, — вмешалась Ириа.

Но я уже ни на кого не реагировала. Каждый раз одно и то же. Однако, признаться, девочки не так уж и сильно доставали меня. В особые моменты мы помогали друг другу и защищали от тех, кто хотел обидеть. К примеру, вчера, когда на нас напали разбойники. Франческа даже попыталась руководить приставленной к нам стражей, а старшенькая и вовсе призвала на помощь магию Земли. Конечно, в моей голове уже зрел план спасения, но забота сестер искренне меня тронула. Так было всегда. Внешне на людях мы можем ссориться и подшучивать друг над другом, но в решающий момент сплачиваемся и стоим до конца.

Судя по звукам на улице, мы еще какое-то время стояли, ожидая, пока повар из таверны завернет нам поесть на обед, ужин и завтрак следующего дня. Как-никак в лесу магазинов нет, а следовательно, питаться почти что сутки нам будет просто-напросто нечем.

Ближе к полудню пошел мелкий дождь. Все небо заволокло серыми тучами. Сестры клевали носом, и, честно признаться, я была готова к ним присоединиться. Бедные стражники… Они наверняка скоро промокнут до нитки. И если бы на горизонте хотя бы издали мелькало солнце, быть может, мне имел бы смысл попробовать разогнать капающую с облаков влагу. Но просвета не наблюдалось, и я была вынуждена бездействовать.

В свое время, пару раз в детстве к нам приезжала моя двоюродная тетка по маминой линии. Добрейший души человек… Не помню имени, зато, как сейчас вижу перед мысленным взором ее светящийся нежностью взгляд. У меня отложилось в памяти, что эта леди являлась довольно уважаемой и почитаемой в обществе даже несмотря на частое пренебрежение этикетом. Она была воспитана, скромна и сдержанна, но позволяла себе вольно общаться с прислугой, устраивать прогулки верхом на лошади и подолгу возиться с ребятней (то есть с нами) вместо того, чтобы взвалить их общество на няню. Наверное, она произвела на меня неизгладимое впечатление своим визитом. Однако поняла я это только недавно, когда начала случайно разбирать семейные портреты, изображенные умелым художником на таких маленьких холстах, что при желании их можно было бы поместить в карман юбки женского платья. Почему-то именно с той женщины хотелось брать пример. Я никогда не спрашивала, почему тетя больше не навещала нас и даже не задумывалась об этом. Как ни странно, но мне подсознательно (еще с детства) хотелось сохранить вокруг ее персоны ореол некой таинственности и загадочности.

— Скорее бы привал, — послышался где-то рядом тяжелый вздох Кайла. — И за что Эште сегодня нам послала такую погоду? И так настроение с утра ни к черту, а тут еще дождь.

— У тебя на протяжении всей поездки настроение ни к черту, — хмыкнули голосом Чарльза чуть подальше.

— Мог бы и промолчать, — беззлобно огрызнулся рыжеволосый слуга. — Лучше спешься и наколдуй нам навес.

— Как?! — по-видимому, маг сильно удивился такому предложению.

— Ну, там лианы, ветки… — принялся фантазировать лакей. — Вызови из земли растительность и заставь ее принять вид навеса или шалаша.

— Но-но-но! — возмутился мужчина. — Я тебе не всемогущий, чтобы такие вещи проделывать.

— А жаль.

— М-да уж…

— Какое счастье, что все это скоро закончится.

О чем они говорили дальше, уже расслышать не могла, потому что собеседники отстали от кареты, справедливо рассудив, что ругаться в присутствии дам (пускай и находящихся в карете) не стоит. Няня на удивление не храпела, так что они, скорее всего, решили, что мы не спим и бдим. Что ж, мне все равно.

— Он зря одет… — тяжело вздохнула сквозь сон няня. — Теперь раздет… М-м-м, какой красивый силуэт. Ар!

Ну, вот опять и снова! О, богиня, какой стыд!

— Любовь моя, я вся горю, — тихонько, но страстно во сне же пропела Анель. — Я всю себя тебе дарю. Ум-м-м… Хр-р-р…

— Что-что? — кажется Ириа проснулась от ее стонов.

— Мы уже приехали? — не открывая глаз, поморщилась Франческа.

— Няня! — громко воскликнула я. — Проснитесь же!

— А? Что? — женщина встрепенулась и тут же начала поправлять выбившиеся из прически волосы, которые были собраны одной замысловатой и (по моему мнению) очень красивой заколкой. — Кто здесь?

— Мы все здесь, — уже намного тише проговорила я. — Вы разговаривали во сне.

— Я?

— Да, вы. И уже не в первый раз.

— Какая досада… — совершенно искренне расстроилась Анель.

— Так мы еще никуда не приехали? — встряла в беседу наша средненькая, которая уже успела окончательно проснуться.

— Нет, не приехали, — хмуро ответила за меня старшая.

Я мазнула взглядом по окну, за которым уже вовсю светило солнце. Как странно, мне казалось, что туче не было конца и края.

— Няня, как вы себя чувствуете? — на всякий случай уточнила у женщины, так как подозревала, что из-за резкой смены погоды у нее наверняка скоро разыграется мигрень.

— Спасибо за заботу, Жаклин, — задумчиво откликнулась та, — но я хорошо себя чувствую.

Женщина тряхнула головой, и мой взгляд вновь приковался к заколке — серебряной шпильке с бледно-голубым пионом из соответствующего цвета кварца на конце. Из-под седых волос выбивался маленький участок украшения, и потому я смогла рассмотреть два тонких зубца, которые прекрасно удерживали непослушные локоны женщины в незамысловатой прическе.

— Нравится? — заметив мой интерес, проговорила Анель и продемонстрировала мне и сестрам свое, судя по всему новое приобретение. — Я купила его вчера утром на базаре. Представляете, настоящие камни и серебро мне обошлись всего в пятнадцать медяков.

— А когда вы успели сходить на базар? — Франческа прищурилась и пытливо начала рассматривать лицо женщины.

— Я же говорю, что вчера утром, — откликнулась та. — Пока вы все трое спали, быстренько сбегала в город. Хотела посмотреть там славящийся на всю округу травяной чай от простуды, но не смогла его найти, представляете?

Я прекрасно помнила, что Анель всю прошлую ночь спала со мной в одной комнате. Значит ли это, что она просто-напросто не хочет распространяться по данной теме?

Хм, а вот сестры ей слепо верят. Но как быть мне? Выдать себя и свою бессонницу, но прижать женщину «к стене» или же смолчать?

— Интересно, откуда на базаре взялась такая дорогая вещь? — сделав вид, что оцениваю вещицу, проговорила я. — Не иначе, как краденое сбывали.

— Не может такого быть! — всплеснула пухленькими руками няня. — Скорее всего, торговец банально не разбирается в украшениях. Вот и принял дорогую вещь, за дешевку. По его лицу сразу было видно, что человек недостаточно образован, чтобы должным образом содержать свою лавку.

— Если он не разбирается в драгоценных камнях, наверное, он должен был заприметить необычную форму цветка, который высечен из кварца, — подала голос Франческа.

— Правда, — поддержала сестру Ириа. — Тут и без специальных знаний понятно, что вещица стоит немалых денег. А раз так, то ваш торговец обязан был отнести заколку к оценщику.