Ксения Лестова – От судьбы не убежишь (страница 26)
Николай Носков «Я тебя люблю»
Доррен эйр Котторн
Сосредоточившись на управлении «Драконом» я старался изо всех сил не думать о Юлии. Вот ведь несносная девчонка! И от кого она узнала… Проработав до глубокой ночи, я не собирался идти в свою каюту. Внутри появилось не приятное чувство… Вроде моя каюта, а вроде уже чужая. Есть не хотелось. Да и навряд ли я засну этой ночью. Поставив корабль на автопилот, отпустил команду, а сам, сев в капитанское кресло, стал смотреть на далекие звезды. Еще три дня и я дома. Конечно, предложить Юлии работу на корабле было в некоем роде глупостью. Но я не мог ее отпустить. Пускай маячит где‑нибудь поблизости. Просто так отступать я не собирался. Неужели она думает, что я оставлю ее в покое? Глупая девчонка.
А с чего она вдруг заинтересовалась Черной планетой? Наверное, смирилась с мыслью, что останется там жить. Глупая. Выбрала самую древнюю книжку с какими‑то мифами и легендами. Со свадьбой тогда, конечно, я погорячился. Капитан Доррен эйр Котторн женится — фу, какая глупость. Наивная. Накормила всю команду обедом, считая себя виноватой в чем‑то, тоже мне мать милосердия. Вечно везде высовывается, лезет куда‑то. Только за сегодняшний день она убегала от Гера, упустила своего каура и устроила из капитанской каюты столовую.
Незаметно для себя я заснул.
Пробуждение было резким и ужасно болезненным. Первое, что я увидел это глаза Крона. Он оскалился в жуткой ухмылке и прокрутил в моей груди нож. Черт, неужели я так заработался, что пропустил момент нападения? Схватив его руку в том месте, где он сжимал лезвие, я резко толкнул его ногой в живот и он отлетел на бортовой компьютер. Я встал с кресла и, зажимая рану, навис над лежащим на полу телом. Он потерял сознание. Ощущение боли пропало, его заменила дикая ярость. Подождав, пока Крон, придет в себя я схватил его за грудки и вздернул вверх.
— Какого демона! — зарычал я.
— Капитан! Не надо! Мне приказали! — залепетал наемник.
— Кто! — зарычал я.
За моей спиной раздались торопливые шаги. Отбросив тело Крона от себя, я отдал указание отвести его в клетку. Только после этого я понял, что истекаю кровью. Проклятье. Разорвав на себе форменную рубашку на месте ранения, я осмотрел повреждения. Плохо. Очень плохо. Вокруг меня суетилась команда, кто‑то что‑то говорил, но я уже не слышал. Сделав пару шагов в направлении к выходу, я пошатнулся и перед глазами заплясали круги. Неужели лезвие было отравлено. Черт. Меня приняла в свои объятья темнота. Прощай, Ю…
" Я был в забытьи. Кругом растеклась тьма. Я примирился с предстоящей участью. Конец уже близок. Неожиданно, тишину нарушил знакомый голос.
— Нет! Не оставляй меня! — где‑то вдалеке кричала Юлия. По ее щекам текли слезы, это чувствовалось по ее интонации. — Я кому говорю! Не смей! Ты обязан выжить. Ты мне нужен.
Странная. Я ее оттолкнул, а она страдать решила. И, главное, сама не осознает, что своими словами, слезами не дает мне окончательно умереть. Все кончено, моя девочка, я умираю. Не убивайся так по мне. Просто отпусти.
— Я люблю тебя больше всего на свете! — тихо произнесла Юля.
Девочка моя, ну что ты? Зачем? Ты не давала мне покоя при жизни. Сейчас, ты не дала мне умереть…»
Приходил в себя постепенно… Сначала ко мне вернулась память, я вспомнил и нападение, и ранение, и Юлию… Интересно, кому это я дорогу перешел? Потихоньку я стал чувствовать собственное тело. Хорошо, нож не задел жизненно важные органы. Попробуем пошевелиться… Ух! Не сто — о-ило. Все тело жутко болит. Тут до меня донеслись чьи‑то голоса.
— Он пришел в себя! — раздался голос доктора Арнауса. — Юлия!
— Как он, доктор? — голос Юли разлился бальзамом в моей груди. Бедная, она, наверняка, сильно переживает. Даже с закрытыми глазами я чувствую любовь в ее голосе. Любовь?
И тут меня накрыло. Передо мной пронеслись воспоминания той сцены на капитанском мостике. Какой же я идиот! Я тогда не просто оттолкнул, но и еще наплевал ей в душу. И самое противное во всем этом то, что тогда я солгал и ей и себе. Как же ей тяжело видеть, что весь экипаж корабля считает ее моей наложницей… А я сделал вид, что так и должно быть. Не должно. Нет. Я сам ее не считаю наложницей. Более того, думаю, что и слово «любовница» не подходит к описанию ее роли в моей жизни. Жизни. Неожиданно. Умирая, я произнес ее имя, а очнувшись, она же была первой, кого вспомнил. Любимая, желанная… Наверное, я бы хотел себе в жены именно ее. И никого больше. Сможет ли она простить меня? За всю ту боль, которую я причинил ей…
От нахлынувших эмоций я вздрогнул, отчего, впоследствии, наступил сильный приступ боли. Из груди непроизвольно вырвался стон.
— Тихо… — я почувствовал нежное прикосновение Юлиной руки, — все в порядке.
— Прости меня… — прошептал я.
— А?
Аккуратно, чтобы не превысить болевой порог, я дотянулся до Юлиной руки.
— Юль… Прости, — я посмотрел ей прямо в глаза и понял, что люблю. Не знаю когда, почему… Просто люблю.
— Я на тебя не сержусь, — пробормотала она. — Ты меня сильно обидел. Сама не понимаю, но почему‑то я не чувствую злобы и прощаю…
— Юль… А, если я выживу, ты выйдешь за меня?
— Куда выйду?
— Замуж, глупенькая.
— Ты серьезно? — я почувствовал дрожь в ее руке. — Зачем тебе я в качестве жены?
— В качестве моей самой любимой и единственной, — мне с трудом давались эти слова, кажется, я ни ражу в жизни еще такого не говорил. — Я сейчас понял, что моя дальнейшая жизнь без тебя бессмысленна.
— Рен, я… — в ее глазах показались слезы.
— Я пойму, если ты скажешь «нет». Ты достойна лучшего. Я ужасен, жесток и почти труп. Я козел, сволочь, идиот и мерзавец. Я наемник…
— Я согласна, — прошептала Юля.
Она склонилась ко мне и нежно поцеловала. От ее прикосновений где‑то внутри становилось тепло и радостно. Впервые в жизни я задумался о будущем, о нашем совместном будущем… Наверное, я стану первым счастливым человеком на Черной планете.
Где‑то далеко в коридоре послышался лай, который становился все громче и громче. Наконец, на пороге моей палаты появился и сам каур. Игнорируя обеспокоенную хозяйку, он запрыгнул прямо ко мне на койку. Должен признать, Спайк сделал это очень аккуратно, не причинив никакой боли. Не долго думая, эта блохастая псина стала меня всего вылизывать. На Юлю он никак не реагировал, как будто ее тут и не было. Фу — у, ну и гадость эти его слюни… Знает, гад, что я пошевелиться не могу, вот и намывает. Закончив свое мокрое дело, Мистер Спайк лег прямо мне на грудь. Странно, я думал, сейчас из глаз искры посыплются… Юля думала также.
— Мистер Спайк, живо слезь! — закричала она на каура. — Слезай, кому говорю!
— Юль, все в порядке. Мне не больно.
— Какой умный питомец у вас, мисс Юлия! — раздался в дверях голос доктора. — Вы не знали? Кауры очень хорошие лекари, кроме того, ваш бесхвостый друг обладает нехилой интуицией. Представляете, он почувствовал, что вы, капитан, очнулись и прибежал сюда аж из кухни!
— Бедный повар, — промямлила Юля, с опаской поглядывая на меня. Я не удержался и расхохотался.
— Ты чего? Тебе ведь нельзя!
— Видать слюна вашего питомца уже подействовала, — пояснил доктор. — Я прав, капитан Доррен? Вам уже не так больно?
Меня чуть не вывернуло наизнанку. Куда проникла слюна этой псины? В рану?! Мерзость, однако я осознал, что док прав. Боль действительно ушла. Насовсем.
— Я так и думал, — произнес Арнаус и повернулся к двери. — Если что, зовите.
Я дотронулся до раны — не больно, вроде. Мое состояние определенно улучшилось.
— Юль, а можешь принести мой планшет? Я разошлю команде приказ, чтобы допросили того гада.
— В этом нет необходимости, — произнесло мое чудо, — я сама с ним уже поговорила.
— То есть как?! — и в какой же, интересно, форме они говорили?
— Ревнуешь? — подмигнула. — Да мы его из клетки то не выпускали. Я от нее за пять шагов стояла.
— Это хорошо. Ну и что ты узнала?
— Информацию о том, кто за тобой гоняется. Этого наемника подослал, не поверишь, сам Урт.
— Интересно, в каком месте я перешел ему дорогу?
— Не, тут не то. Тут банальное мировое господство. Он хочет устранить тебя, чтобы самому стать великим, ужасным наемником, попутно прихватизировав Черную планету.
— Вот попал!
— Да — а, по нему психушка плачет, — согласилась Юля, — но, с другой стороны, если устранить этого Урта, то Гер освобождается от соглашения и…
— А ну‑ка брось! Если в этой борьбе с тобой что‑то случится, я не переживу!
— Взаимно. Правда я никуда и не собираюсь. Пока.
— Что?
— Эм — м-м… Просто, понимаешь, они теперь хотят убить нас обоих.
— Что?! Почему?
— Ну — у-у…
— Выкладывай! Не покусаю.
— Точно? Тебе может не понравиться. Пока ты был без сознания, я немного помогала команде.