Ксения Лестова – О, мой гад (страница 38)

— Ой, — пробормотала я, — Девочки, идемте!

И как она с такого расстояния расслышала то, что обсуждали магессы? Глупый вопрос, конечно, учитывая, что среди нас нет обделенных даром людей и нелюдей.

— Сколько лет учились, а все равно иногда забывают о хороших манерах, — неодобрительно покачала головой профессор Остенберт.

— Юные леди, рассаживайтесь скорее и готовьтесь, пока будет отвечать Джинни Райтс, — проговорила ректриса и хитро посмотрела на меня. — Готова?

— Стараниями господина Гоутора, — развела руками.

— Ей просто деваться было некуда, — рассмеялась профессор Хорвард.

Я старательно отвечала на все их вопросы. Должна признать, Вилмарт меня гонял намного больше. Ко мне не придирались, меня не пытались завалить или поддеть, разозлить. Но эти воспоминания относились лишь к куратору, который имел место быть до моего похищения. Что с этим мужчиной случилось после, одним богам известно. И даже пожелал удачи напоследок. Странный он все-таки.

— Формула…

— Почему вы взяли именно эту тему?

— Как вам работалось в агентстве? Чему вас там научили?

Не трудно догадаться, что это меня уже спрашивала дотошная наша леди Патрисия Остенберт. После ее лекций мне обычно требовалась убойная доза крепкого травяного чая, дабы успокоить свои и так расшатанные нервы.

— Что такого неповторимого в вашем решении проблемы?

— Почему вы думаете, что к вашему мнению прислушались?

Ну, и еще много чего по расчетам, техномагии и моей компетентности в поднятой теме. В итоге моя защита больше походила на допрос, нежели на доклад. Не успела я в красках расписать, что да как, они… Короче, я уже снова повторяюсь.

— Я думаю, эта магесса достойна высшего балла, — в конце концов выдвинула свое предположение Вальтера Роуз.

— Поддерживаю, — хором ответили профессоры Хорвард и Найтс.

— А куда деваться? — решила выделиться и тут Патрисия. — Не валить же ее на финишной прямой?

— Всегда вы так, — осуждающе покачала головой ректриса. — Ну, разве не достойна Джинни Райтс получить диплом с отличием?

— Достойна, — тяжело вздохнула та под цепкими взорами трех пар глаз собственных коллег по стихии. — Да будет так.

Как проходил экзамен дальше, не ведаю. Когда мне выдали бланк с оценкой, пришлось быстро покинуть аудиторию. Не могу сказать, что мне очень хотелось остаться. Душа стремилась петь, сердце рвалось из груди, а ноги тем временем несли меня обратно в каморку. Все, через несколько дней торжественное вручение. Ничего страшного не случится, если я приду на это мероприятие прямиком из дома. И потому сейчас уже можно паковать чемоданы, чтобы завтра или быть может даже сегодня, после обеда освободить комнату. Поймаю какую-нибудь карету у ворот, а там, надеюсь, доберусь до дома живой и невредимой.

— А ну, стоять! — окликнули меня на лестнице голосом амурочки. — Тебе письмо от любимого!

— От кого? — переспросила я, оборачиваясь и видя перед собой до крайности довольную и от того торжественную крылатую постальоншу.

— От нового твоего воздыхателя, — особо не стараясь говорить тише, проворковала моя собеседница. — Джинни, твой Ниэль, вчера думал о тебе, когда ложился в постель.

— Зачем? — кажется, у меня шок. — Чего ему от меня надо?

— Подари ему палитру любви, — вновь вернулась к белому стиху амура, — и получишь взамен страсть и ласку, которых еще не познала.

— Знаешь что? — я забрала из ее пухлых ручек конверт. — Оставь, пожалуйста, свои шуточки при себе.

В это время в коридорах было мало народа. Но даже при подобном раскладе мне не хотелось, чтобы такой вот странный разговор услышал хоть кто-то.

— Не хочу держать его мысли при себе, — заупрямилась маленькая женщина. — Ну же, открой его! Вот увидишь, что он тот еще шалунишка.

При этих словах у кудрявой случился неконтролируемый выброс энергии, вследствие чего вокруг пышного тельца закружилось множество красных и розовых сердечек. Но я не обратила на это никакого внимания, потому что была занята чтением следующих строк: «Вечером приду к тебе, так что окно оставь открытым. Надо поговорить».

— Ну уж нет, — хмуро проговорила я.

— Почему-у? — расстроенно протянула амурочка. — Сильный и властный маг Земли к тебе со всей своей широкой грудью, тьфу, душой… А ты его сразу же отвергаешь.

— Во-первых, я не знаю, что он задумал, — стала загибать пальцы. — Во вторых, мы с ним мало знакомы. А в-третьих, это против правил.

— Да когда эти правила кого-то останавливали? — фыркнула крылатая.

— Так, я к себе, — отрезала и, развернувшись, стала спускаться по лестнице на нужный мне этаж. — А ты можешь передать ему, что ничего не выйдет. Я собираюсь пораньше лечь спать и хорошенько отдохнуть.

— Так с ним и отдохнешь, — возмущенно засопела за моей спиной кудрявая.

— Я сказала, нет! — сквозь зубы процедила. — Он мне не настолько нравится, чтобы потерять голову и забыться с ним где-нибудь под ракитовым кустом.

— А было бы так романтично… — мечтательно вздохнула приставучая почтальонша. — Двое в одних простынях, пьют вино и едят виноград…

По-моему, ей самой не мешает устроить личную жизнь. А то слишком уж у нее бурная фантазия на тему любви.

Я уже подходила к своей комнатушке, а она все болтала о всяких амурных глупостях. В итоге для нее стало неожиданностью то, что я умудрилась быстро прошмыгнуть к себе и закрыть перед ее курносым носом дверь. При этом заперев на магический замок. Который тут же навесила еще и на окно. Мало ли, каким напористым и изобретательным окажется этот эльф? Вот что ему мешало прямо в письме описать причину своего столь неожиданного визита? А так… Прости, дорогой, но у меня другие планы. Хватит с меня этих…

— Я так и думал, что ты мне откажешь, — осуждающе произнесли со стороны моей кровати. — Райтс, ты за кого меня принимаешь?

— В данный момент за насильника, а что? — настороженно ответила, глядя в ясные голубые глаза ушастого блондина. — Могу я поинтересоваться, что тебе от меня нужно, Ниэль? И что ты тут забыл в такое раннее время?

Молодой маг сидел на моей постели, сняв обувь и по-хозяйски устроившись на ней в позе лотоса. В его глазах плясали смешинки. Видимо, я все-таки ошиблась в своих предположениях насчет него.

— Совсем с ума сошла от затворнического образа жизни? — хохотнул он. — Вообще-то я хотел уточнить у тебя, нашла ли ты уже место, где будешь работать после того, как защитишься?

— Я только что защитилась, — поправила его и помахала перед ним листком с оценкой. — А ты?

— Вчера, — эльф быстро соскочил с кровати и подошел ко мне. — Ну, так как насчет работы?

— Я еще не определилась, — развела руками. — А почему ты спрашиваешь?

Маг Земли замялся, не зная, по-видимому, что ответить.

— Мы тут с парнями и Кэс решили открыть свою частную лабораторию, — наконец, произнес он. — При одобрении Радонаса Четвертого, естественно.

— Я согласна, — широко улыбнулась, чувствуя, что жизнь налаживается. — А почему мне Кэс никогда об этом не рассказывала?

— Потому что придумали мы сию засею совсем недавно, — эхом откликнулся Ниэль. — И потому что я попросил. Хотел сообщить лично.

— Вечером? — мои брови взметнулись вверх.

— Это я описался… — не найдя лучшей отговорки, буркнул молодой мужчина. — Хотел про обед указать.

Затем он быстро чмокнул меня в щеку и, круто развернувшись, направился к окну. Я не стала его удерживать и пытаться разобраться в возникшей между нами недосказанности. И так поняла и даже живо себе представила «романтику» на закате дня. Кстати, а где амура? Что-то ее давно не слышно…

Я стояла посреди комнаты одна и все раздумывала над тем, как же мне теперь быть с одним лопоухим эльфом. Ведь ясно же, что теперь, после практически признания в любви, он станет совсем по-иному относиться ко мне. И в то же время я согласилась поучаствовать в их общей с ребятами задумке. Что ж, пусть будет так. Пока так. А по возвращении домой можно будет попросить ба погадать мне вновь…

И чего тянуть до завтрашнего дня, когда можно решить все сейчас? Ждать выпускного бала я точно не собираюсь, а находиться в этих стенах лишние сутки только лишь ради собственной безопасности не имеет смысла. Как говорится, чему быть — того не миновать. Тем более, что мои домашние скорее всего надеются, что я вернуть в день защиты.

Тяжело вздохнула и стала собирать вещи, чтобы выехать из комнаты, которая за четыре года обучения стала для меня родной. Неужели время так быстро пролетело, и я теперь квалифицированная магесса? Выпущенная на волю строгими преподавателями, уверенными в том, что дальше я вполне могу справиться самостоятельно. Определиться с работой, а там, возможно, получится снять небольшую квартиру и начать взрослую жизнь. Первое время, конечно, после рождения брата я вполне могла помогать маме по дому. А там… Отец всегда считал, что после окончания учебы, я должна уже самостоятельно встать на ноги. Не сказала бы, что бабуля его в этом поддерживала, да и мама не была в восторге от того, что ей придется расстаться со своим чадом и оно (то есть я) начнет жить отдельно от близких. Я же понимала, что доля правды в словах отца была.

Вещей у меня в Институте имелось не так чтобы много — большую часть успела перевезти еще до начала практики. Так что, собрав в сумку нынче ненавистные сапоги-ботинки-туфли на каблуках, отдельно сложила несколько платьев, брюки, несколько кофт и прошла в ванную комнату, собирать с полок пузырьки с кремами-шампунями-масками.