Ксения Лазорева – Сумерки Зеркал (СИ) (страница 49)

— Этот титул всегда принадлежал мне. Никто не вправе возвращать его мне! — прохрипел Тант. Он отмахнулся, когда один из его людей попытался помочь ему подняться.

— Может тогда обратишься прямо к королю с претензией на свои права?

— Вы обещали мне, что эта земля снова станет моей. Мы заключили договор.

— Не со мной, я был только посредником, — усмехнуться герцог. Его взгляд упал на высокое напольное зеркало в тяжелой резной раме черного дерева, стоявшее в дальнем углу. В этот момент около него шевельнулась тень.

"Я обещаю тебе, ты получишь то, чего желаешь, после того, как исполнишь свою часть сделки", — низкий голос принадлежал человеку, шагнувшего к ним. Тени все еще скрывали его лицо, а холодный свет пламени в шандалах придавал неестественный серебристо-синий оттенок его длинным, ниже пояса волосам. Затянутый в кожаный, застегнутый на все пуговицы плащ, перепоясанный широким, чеканным поясом, высокие черные сапоги, гость был одет как какой-нибудь лесник в горах Кентора, но и Тант и Модильяни быстро опустились на колени. Потому, что оба знали, что тот, кто стоял перед ними, держа руку на рукояти меча, какие носят в Шодокане, не был человеком даже близко.

Глава 26: Встречи в Севирато

Часть 1

Рейтан думал, что сможет сдержать эмоции, самыми слабыми из которых был восторг и трепет, но все равно был уверен, что выглядит деревенским простофилей. Каким, впрочем, и казался тем, кто жил в Севирато. Настоящий город, обнесенный каменной стеной, сложенной из розоватого ракушечника, привезенного за сотни миль с побережья. От главных ворот улицы расходились сразу в пяти направлениях, а те в свою очередь вдалеке еще на развилки. Людской поток тек в обоих направлениях, но в этот утренний час все же большая часть людей двигалась туда, куда и их группа.

В основном это были крестьяне с окрестных деревень, да женщины с кринками молока на головах. Каким-то чудом кувшины ловко держались на необычном сооружении из белого шарфа, повязанного в несколько слоев вокруг головы, свободный конец которого спускался через плечо. Здесь вообще практически все было принято носить на голове. У многих мужчин были надеты красные бесформенные колпаки с жестким дном, на котором они несли корзины с речной рыбой или инструментами, плетенные циновки были перекинуты через плечо. Возницы с сеном или камнями ленивыми покриками расчищали себе путь. Даже нищие, одетые в какое-то подобие халатов, неторопливо ползли к главной площади с храмом Зеркала. Храм естественно являлся центром города, возвышаясь над двухэтажными домами. Да его невозможно было не заметить, когда солнечные лучи отражались от закрепленного на высоком, устремленном к небу шпиле семиугольном зеркале. Сакра лишь упомянула, что давным-давно оно было восьмиугольным, как и то зеркало, что висит на цепи на шее у Создателя.

— Ну, что, рыбак, ты проиграл. Снова раскрыл рот, точно раззява деревенский. Лови!

— А… — рот Рейтан мигом залепило огромное яблоко, всунутое туда Алин. С трудом прожевав сочную мякоть, юноша сокрушенно пробормотал:

— Ты права, — сколько же еще он не видел в мире, а ведь это была только маленькая его часть.

— Эй, ты украл мои яблоки!

Рейтан вздрогнул и нехотя обернулся. Там, всего в двух шагах от него, стояла самая необъятная женщина, какую он когда-либо видел. Кулаки ее, каждый из которых был раза в два больше его, уперлись в бока, перевязанные красной шалью с бахромой. Скосив взгляд, на всякий случай Рейтан посмотрел, нет ли кого поблизости. Но эта иллюзия быстро развеялась, что означало, — предметом ее внимания был именно он. Алин покатывалась со смеху за его спиной. "Ну она у меня получит", — пообещал Рейтан, — "если сам останусь жив после такого".

— Ну что вы, госпожа, я только что купил его.

— Купил? — над его головой была занесена палка, какой обыкновенно погонщики подгоняют нерадивую скотину.

— Да.

— И где же?

— В той лавке, за углом.

— Там нет лавок, — улыбнулась торговка, и эта улыбка не предвещала ему скорого освобождения.

— Нет, точно там, я же говорю, — Рейтан указал пальцем за ее спину.

Неожиданно горка спелых слив, аккуратно сложенная на прилавке, осыпалась. Со смачными шлепками спелые фрукты попадали на мостовую. Алин проворно отскочила в сторону, занявшись демонстративным разгадыванием вывески на соседней лавке, где торговали циновками. Хозяин лавки, стоя на пороге, с усмешкой покачал головой.

— Гляди ка, Милли, они заодно. Эта девчонка так ловко развалила всю твою красоту.

— Что?! Ах ты…

Вот оно, мгновение, которого он ждал. Не тратя времени, Рейтан шмыгнул мимо торговки, схватив за руку Алин, все еще покатывающуюся со смеху, Вслед им, петляющим через толпу, неслись рассерженны крики.

— Ты что, совсем с ума сошла?! Только в город вошли. Ты и правда украла это.? — Рейтан с отвращением взглянул на все еще зажатое в руке яблоко.

— Видел бы ты выражение своего лица, — от смеха Алин согнулась пополам. Наконец, успокоившись, она утерла слезы, выступившие от смеха. — Рыбак, между прочим, если хочешь знать, в Генджилии существует воровская гильдия, с которой считаются даже правители страны.

— Да ну, врешь!

— Вовсе нет, — обиделась Алин.

Тут Рейтан понял, что они стоят посреди потока людей. И ни Сакры, ни того малого, который обещал довести их и лошадей до гостиницы. За спиной он услышал судорожный вскрик. Трудно было поверить, но принадлежал он Алин. Побледнев, она уставилась куда-то за него неподвижным взглядом.

— Эй, что с тобой?

— Сакра вон там, разговаривает с… — голос Алин осекся.

Рейтан повернул голову в том направлении. В той стороне, всего в двадцати шагах, улица выходила на небольшую площадь.

— Отлично, значит мы не потерялись, — Рейтан уже направился, было к Сакре.

— Нет! — прошептала девушка, отшатнувшись.

— Ты что? — но он говорил с пустым местом. Распластавшись по стенке, Алин шмыгнула в какую-то конюшню. Он бросился за ней.

— Эй, Алин, постой! Что с тобой? — Рейтану удалось нагнать девушку лишь за конюшней. Дрожа как осенний лист она попыталась спрятаться от него за опорным столом, что поддерживал крытую сеном крышу.

— Не привлекай внимание. Отойди от меня, подальше и не смотри в мою сторону. Он все еще там?

— Кто он? — недоумевающее Рейтан оглянулся по сторонам, но по-прежнему видел лишь Сакру, беседующую с высоким светловолосым мужчиной в необычном мундире, похожем на военный.

— Тише, — прошипела Алин, отодвигаясь вглубь постройки.

— Если ты имеешь в виду того мужчину, что разговаривает с Сакрой…

— Они говорят?! — почти всхлипнула девушка. — Я пропала! Что ему от нас нужно?

— По-правде говоря, насколько я видел, Сакра первая обратилась к нему и именно она о чем-то его расспрашивает.

— Лжешь. Госпожа Сакра не могла…

— Да на тебе лица нет, — покачал головой Рейтан. — Я не могу поверить, что ты действительно боишься его. Кто он, ты его знаешь?

— Не здесь, послушай Рейтан- целая секунда ушла у юноши на то, чтобы осознать услышанное. Чтобы Алин назвала его по имени, — видимо ей пришлось несладко. Рейтан пристальнее вгляделся в черты спокойного, уверенного лица незнакомца. На вид мужчине было лет тридцать, может чуть больше. Одет во что-то вроде мундира, который смотрелся на нем как придворный костюм, с такой подчеркнутой элегантностью и в то же время достоинством он его носил. Но цвет — голубой с золотом в добавок к маленькой золотистой шапочке на слегка кудрявых волосах разительно не сочетался с холодным пристальным взглядом глаз. И хотя легкая вежливая улыбка играла на его губах, она не касалась глаз.

— Встретимся позже, в таверне Ревиданто. И не позволяй никому, особенно ему, увидеть себя.

— Ох, кажется они идут сюда. Сакра видит меня.

Короткий вскрик умолк на полуслове, когда Алин забилась за стог сена позади меланхолично жующей его лошади.

— Алин, пришло время, — спокойно произнесла Сакра.

Когда в течение неопределенного времени за этим ничего не последовало, Сакра коснулась медальона двумя пальцами.

— Алин Садаам, исполняй свой долг, — слова стегнули словно бичом. Стоявший рядом с Сакрой мужчина даже не шевельнулся, но глаза его слегка расширились, когда он видел поднимающуюся из угла девушку. В светлых волосах застряли соломинки, а глаза были похожи на глаза загнанной лани. Но, собрав все силы, она не моргнув, твердо вскинула подбородок.

— Знания и силы тебе Максан.

— Максан, Максан Аэртрин!? Так это… вы, — Рейтан ошеломленно уставился на мужчину. — Так то были не просто рассказы. Ты его знала. Но почему ты не хотела с ним встречаться?

— Твой отец послал меня за тобой, — сказал мужчина.

— Я…я не могу вернуться сейчас. Мой долг… — для этой фразы Алин попыталась наскрести остатки достоинства.

— Твой долг призывает тебя вернуться в Отрогат. И ты поступишь согласно ему.

— Нет.

Рейтан со страхом и интересом смотрел за этим противостоянием воли, в котором Алин, даже зная, что сила заведомо не на ее стороне, не желала уступать.

— Перед тем, как я отправился в путь, твой отец добавил: "если будет упрямиться, связать как тюк и в таком виде доставить ко мне". Я так и сделаю, клянусь Зеркалом, — в голосе Максана послышался металл.

— Подожди.

Он в удивлении посмотрел на ладонь Сакры, легшую ему на запястье.

— Кажется, я понимаю, в чем тут дело. Но девушка не может пожертвовать одним долгом ради другого, это правда.