Ксения Ладунка – Три секунды до (страница 6)
Я киваю, потому что если что-то скажу, точно зареву. Том убирает руку, продолжает говорить, но я сконцентрирована только на том, чтобы не расплакаться.
Чуть позже мы заказываем китайскую еду. Том – вегетарианскую, ведь он не ест мясо, а я – рис с курицей и ананасами. Мне становится немного лучше, потому что мы болтаем, потом смотрим телевизор.
Недолго думая я спрашиваю:
– Слушай, Том, давай выпьем пива?
Не отрываясь от экрана, он говорит:
– Хочешь снова напиться?
– Нет, просто немного расслабиться.
– Ладно. Погоди секунду. – Он встает и отходит.
Я глубоко вдыхаю и радуюсь, что Том не послал меня. На телике включен какой-то очень стремный фильм. Том возвращается с двумя бутылками, которые мы тут же открываем.
С каждым глотком голова становится все легче и легче, а тревога отступает. Том тянется к журнальному столику, вытаскивая с нижней полочки сигареты. Я усмехаюсь.
– Так вот зачем нужна собственная квартира. Чтобы никто не запрещал курить прямо в ней.
Том смеется. Закуривает и протягивает мне пачку. Потом меняет положение и ложится головой на мои колени. Мы хихикаем, курим, смотрим в телик. Я заглядываю Тому в лицо, его глаза полуприкрыты. Он улыбается.
Сюжет фильма крутится вокруг мужика-сексоголика. Если бы я была трезва, мне бы стало неловко, но сейчас мне смешно. Главный герой постоянно с кем-то трахается. Все это перемежается тупыми шутками и тем, как он ходит на терапию.
– Он как ты, – говорю я и начинаю хохотать. Если честно, мне всегда очень сложно держать свой глупый язык за зубами.
– С чего вдруг?! – возмущается Том и смотрит на меня.
– Тоже рок-звезда!
– Он больной.
– Смотри, сколько у него секса.
– Ты думаешь, у меня столько же?
– Наверняка у тебя было много девушек, – стараюсь я вытянуть шутку, спасти положение, но, похоже, это бесполезно. Том затягивается в последний раз, приподнимается, тушит окурок в пепельнице. Я вдруг остро ощущаю необходимость вернуть его голову на свои колени.
– Совсем нет, ты правда такого мнения обо мне?
– Разве это плохо?
– Я еще год назад был женат, Белинда.
– И ты не изменял?
– Нет.
– А почему тогда вы развелись?
Том вздыхает, потирает переносицу.
– Много всего может быть кроме этого, ты ведь понимаешь.
– И как давно ты трахался? – без стыда спрашиваю я.
– Недавно, но это было ужасно.
– Да ну? Почему?
– Просто секс с проститутками не вставляет.
– Но почему с проститутками?
– Да будь это даже не они, мне нужна эмоциональная связь. Когда хочется просто слить сперму, это подойдет, но можно и просто подрочить.
Я смеюсь. Мне забавно, что он еще не потерял терпение и отвечает мне. Я продолжаю:
– Ты точно мужчина?
– Можешь проверить.
Я молчу. Том добавляет:
– А тебе нравится секс без чувств?
– Не знаю. У меня еще не было секса.
– Ясно.
– Что тебе ясно?
Он снова ложится на меня, и я выдыхаю.
– Каждому свое, на самом деле, – переводит он тему. – Ну а ты?..
– Что я?
– Сильно хочется, наверное?
– Очень, – стыдливо опускаю я глаза, поддерживая этот вечер откровений.
– Видишь, ты же не трахаешься с кем придется, даже несмотря на то что тебе очень хочется.
Я задумываюсь.
– И правда. Почему в жизни все так сложно?
Том заливается смехом, и неожиданно для себя самой я задаю вопрос:
– Слушай, а какая у тебя сейчас стадия?
– В смысле?
– Ну, знаешь… я про то самое. Маниакальная или депрессивная?
– А, ты об этом… ну, я пью таблетки. Так что сейчас все ровно, – он машет рукой, – иногда забываю, тогда начинаю ужасно злиться.
– Жестко.
Том смотрит на меня сонными глазами. Почему он кажется мне таким… красивым? Я вспоминаю:
– Знаешь, говорят, все гениальные люди страдают биполярным расстройством.
– Им много кто страдает, – пожимает плечами Том.
– Да, но… про скольких еще мы не знаем? Да никто даже не знает про тебя.
– Не хочу, чтобы весь мир был в курсе, что я психбольной.
Я закусываю губу.
– А еще говорят, в маниакальную фазу человек чувствует себя настоящим.
– Я бы описал по-другому, – задумывается Том.
– И становится чрезвычайно креативным. Все, что он делает, получается исключительным.