Ксения Кожина – Похищенная. Резонанс любви (страница 62)

Медленно покачала головой. Пусть лучше думает, что боюсь грызунов, чем о том, что в собственных мыслях я уже сдалась его напору.

Леандр вздохнул, как будто разгадал возникший страх и, убрав одну руку с талии, осторожно приподнял моё лицо за подбородок, вынуждая посмотреть в чёрные, словно сама бездна, глаза.

— Чего ты боишься, Снежана? Я же видел, как ты на меня смотрела. Да и сейчас смотришь, пока не вздрагиваешь, о чём-то вспоминая. Не веришь, что не я проворачивал все эти зверства с похищенными девушками? Считаешь, это я командовал нападением на семью? Или винишь себя, что влюбилась в монстра? Ну же, не молчи. Я не могу проникнуть к тебе в голову, как бы этого не хотел.

— Я не... — дёрнулась, освобождаясь из лёгкого плена и быстро отвернулась.

Не влюбилась, потому что нельзя произносить это вслух.

Не виню себя — за любовь не судят.

Не считаю монстром, и пусть вина, несомненно, присутствует, я никогда не смогу осудить.

Мысли в голове скакали бешеным зайцем. Бесконечные «не» крутились на языке, но не слетали, потому что сказать хоть что-то, означало бы признаться в своих чувствах. И наверное, Леандр это понимал, потому что, в отличие от меня, он не стал молчать:

— А я влюбился, — обескураживающе признался мужчина. — Ни единого шанса устоять не дала. Стойкая, холодная снаружи и такая ранимая внутри. Я любовался тобой, когда императрица таскала тебя за собой по сборищам дворцовых лицемеров. И даже когда ты плакала украдкой, возвращаясь в покои и считая, что больше не выдержишь — любовался. Смотрел издалека, не имея возможности подойти, обнять, успокоить, — сказал и обнял, без всякого подтекста, утешающе.

Похоже, на самом деле меня выучил и каким-то седьмым чувством понял, что на моих глазах от неожиданных слов выступили слёзы.

— Ненавидел себя за то, что попал в ловушку собственного творения, презирал из-за слабости и безвольности, но всё равно не мог отвести взгляда. Ты моё искушение, Снежана. Я считал родинки на твоём теле, чтобы отвлечься от непристойных мыслей, когда ты переодевалась, купалась или когда спала и у тебя приподнималась и без того короткая ночнушка.

Его голос охрип, сделался совсем тихим, но Леандр продолжил говорить:

— Я бы всё равно тебя украл, даже если бы дед не обнаружил никакой реакции между нашими энергиями. Смотрел, как он входит в ваш дом и строил планы, как буду уводить тебя из-под носа, сильнейшего из нас, если он не согласится помочь. Украл бы, даже будучи уверенным, что никогда не смогу стать тебе мужем. Был согласен быть любовником, братом, охранником и даже нянькой. Кем угодно, лишь бы рядом с тобой. Ты впустила в свою жизнь психа, больного тобой на всю голову неуравновешенного эпсилионца.

У меня мурашки замаршировали от столь пугающе-острого признания, а Леандр и не думал прекращать свои откровения, затрагивая все новые и новые струны в моей душе.

— Думал, верну Лу, снова стану думать холодной головой, уйду в сторону, позволив мальчишкам править, но стало только хуже — моя влюблённость переросла в одержимость. Я впервые за девяносто два года думаю не о новом опыте, а о том, как прекрасно ты смотришься на сбитых простынях. Немного времени — это всё, что я могу тебе предложить, моя любимая почти жена. И да, нравится тебе или нет, но защита вокруг острова отключена не будет. Она защищает не нас, а от меня.

Глава 37

Размах подготовки к моему похищению поражал. Не удивительно, что на ужин я собиралась как на войну.

После признания Леандра я трусливо сбежала, ничего не ответив, и только в отведённой мне комнате смогла перевести дыхание и передать через ИскИна своё согласие.

Было страшно.

И восхитительно.

И больно... потому что ответить сейчас согласием, принять чужие чувства, означало предать мужей, а к ним у меня чувства ничуть не меньше, чем к Леандру.

Я не могу объяснить, как женщина с Земли, выросшая совсем в другой морали, могла одинаково сильно полюбить четырёх разных мужчин, когда раньше и об одном почти не задумывалась. Можно объяснить это энергией, резонансами или легкомысленным поведением, но смысл от этого не изменится — отказаться от Леандра, значит вырвать кусок своего сердца, а это больно.

Замкнутый круг какой-то — ни принять, ни отказаться. Что бы я ни выбрала, всё равно причиню боль и как-то без разницы чья это боль — моя или моих любимых.

Именно поэтому я и сбежала, услышав столь искреннее и разрушающее изнутри признание. А потом в комнате осознала страшное — Леандр не отпустит. Никогда.

Если понадобится, будет держать меня на своём острове годами, разрушая крепость моего обещания своей осадой — медленно, но верно. Как вода точит камень, станет разрушать каждый кирпичик моей защиты, пока не добьётся своего.

Годы страданий для всех. И Леандр к этому готов, достаточно посмотреть вокруг, чтобы убедиться.

Комната была подготовлена для меня. Ни для какой-то безликой женщины, а именно для меня.

Леандр учёл всё, что мне так понравилось в дворцовых покоях: большой аквариум с рыбками — не такой, как стоял в гостиной, поменьше, но я таких пёстрых красавиц отродясь не видела; тёплые пастельные тона в оформлении; заполненная косметическими бутылочками ванная комната — только теми, что мне понравились; и видеорамка на столе с замершими моментами из дворца. Мы не снимались с мужьями специально, но почему-то самые счастливые мгновения оказались запечатлены. Вот уж действительно камеры во дворце на каждом шагу, и Леандр просмотрел их все. Про заполненный шкаф одеждой именно того кроя, что я предпочитала носить и говорить нечего. Безумный гений постарался воссоздать всё, чтобы я почувствовала себя дома.

Он что, всё то время, что вроде бы как пытался разобраться со своим творением, готовил гнёздышко, а когда закончил, отключил лжеЛеандра одной кнопкой?! Это даже не похищение подготовить, а намного больше.

Разве после увиденного могла остаться хоть одна крошка-мысль, что эпсилионец отпустит меня через неделю, ничего не добившись? Нет! Наоборот, я отчётливо поняла, что застряла на вечность. Леандру даже силой меня держать не понадобится, он просто окружит заботой, переиграв на всех фронтах.

Гениальный сукин сын! Придурок инопланетный! Да почему меня окружают только опытные интриганы?! Куда деваться от них бедной космической попаданке?

Тихо застонав, до лёгкой боли потянула за пряди волос. Не отрезвило.

Отмокание в ванной с пеной, любезно наполненной ботом-помощником, тоже ясность в мысли не принесло. Одно я знала наверняка: пока что буду держать оборону, а там звёзды подскажут правильный путь. Наверное.

Наряжаться я не собиралась, наоборот, выбрала самую простую широкую футболку с шортами, чтобы чувствовать себя уверенно и обычно. Вряд ли одеждой вообще можно отпугнуть Леандра, но надевать платье и делать укладку точно не стоит. Поэтому тугой хвост и никакой косметики.

Да! Пусть смотрит на меня обычную. Никакое это не свидание и даже не семейные посиделки. Это ужин в компании тюремщика. Вот так.

Господи, ну что за глупости у меня в голове?

— Леандр что-то натворил и ты идёшь его убивать? — Я вздрогнула, резко оборачиваясь и натыкаясь взглядом на голограмму Дастина. Муж смотрел хмуро и взволнованно. — Он тебя... тронул?

— Нет! Даже пальцем не коснулся, — поспешно открестилась от любого насилия. Не хватало ещё мужьям над выдуманными страхами страдать. — Откуда такие мысли? Или считаешь, что Леандр может...

— Ты не заметила, как приняла от меня вызов. Минут пять придирчиво рассматриваешь себя в зеркале и нервно поправляешь волосы каждые две минуты, — уже более спокойно заговорил Дастин, а потом прищурился и неожиданно «выстрелил»: — Свидание?

Я застыла, не зная, что сказать. Меня ещё никогда не ловили с поличным. Муж, не дождавшись ответа, продолжил:

— Леандр разблокировал выходы лаборатории.

— Не слышу в твоём голосе радости, — заметила осторожно.

— Потому что её нет. И радоваться совершенно нечему. То, что он нас выпустил, означает лишь одно — без его согласия мы тебя не вытащим. Я хотел напроситься к дяде на остров вторым пленником, но он блокирует все входящие вызовы.

Угу, пленником. Чтобы свечку над останками моей целомудренности держать.

Стыдно обсуждать с мужем своего... похитителя? Любовника? Мужа? В общем, не знаю кого, и вроде ещё ничего не натворила, но уже заранее стыдно.

— Мы тебя не уберегли. Снова, — подвёл итог Дастин, даже не зная, какие предательские мысли бродят в моей голове.

— Итан тоже так думает?

— Итан вообще пока не думает, — горько хмыкнул старший принц. — Как только услышал сигнал разблокировки дверей, так и полетел громить ваш остров. Но судя по тому, что он до сих пор стоит и ты не с нами, я оказался прав — Леандр подготовился основательно. Я немного за ним наблюдал, когда Нэйтан к нему сбегал — дядя даже к мелочам подготавливается основательно. Львиное упрямство быть первым и лучшим во всём. Брат тоже у него этого хватанул, но, слава Ситару, у Нэйтана выбили эту дурь, вовремя отступать брат научился, а вот Леандр — нет. У тебя есть доступ к местному ИскИну? Спроси, сколько остров сможет существовать автономно.

Не очень понимая, зачем и что нам это даст, я спросила и тут же получила вогнавший мужа в тоску ответ:

— Хранилища полностью заполнены, госпожа, — услужливо отозвался невидимый Люмен. — При стандартном расходе остров сможет поддерживать автономию в течение пяти лет. Но смею напомнить, что вокруг нас океан и леса, госпожа. В случае острой нужды, срок изоляции от внешнего мира может быть увеличен за счёт природных ресурсов. Вы любите морепродукты, госпожа? Желаете внести изменения в готовящийся ужин?