Ксения Кожина – Договор дороже крови (страница 8)
Я наконец-то смогла разместиться на противоположной по отношению к вампиру скамье и облегченно выдохнула. И тут же напрягалась, услышав последнюю фразу. В груди кольнуло. Неужто родителям что-то будет?
— И? — нетерпеливо поинтересовалась, потому что один интриган молчал, не желая продолжать разговор. — Каллист, не томи!
— Видишь ли, моя сладкая принцесса, раньше точек соприкосновения у нас с главой твоего славного города не было.
— Он пожелал мне что-то такое, что я бы никогда не захотела услышать? — тут же догадалась я.
— В точку! — Каллист подмигнул и неожиданно повел себя самым хамским образом.
Он мои ноги к себе на колени закинул и принялся быстро расшнуровывать мои туфли!
— Ми-ла-я, — пропел он, пресекая мою попытку вырваться. Погладил след от шнурка, вызвав мурашки по всему моему телу, и недовольно заметил: — Дороги размыло и до пристани мы будем добираться больше часа. Так что извини, но у меня нет желания в довесок к твоим сумкам еще и тебя на шею сажать.
— Что? — моргнула удивленно и озадаченная даже сопротивляться перестала.
— Ты ноги перетянула так, что они скоро синими будут! — рыкнул вампир на меня. Заметил, как я сжалась в испуге и миролюбиво попросил: — Давай свой договор. Должен же я знать, чем грозит мне твое общество.
— Почему сразу грозит?! — тут же возмутилась.
В голове запорхали мысли как бабочки. Как он отреагирует, когда увидит список требований? Я, конечно, пыталась смягчить формулировки, но все-таки я дочь ювелира, а не законника. Да и опыт составления документов у меня отсутствует. Да и кто, вообще, может доверить важные бумажки девушке, перешагнувший порог совершеннолетия только вчера?! Кстати, о возрасте.
— Каллист, а сколько тебе… — я замялась, но потом махнула и рукой и все же спросила, — лет?
Не девушка все-таки, чтобы оскорбиться таким вопросом.
Вампир улыбнулся одними уголками губ и, обхватив мои лодыжки, прежде чем я успела их убрать, вопросил:
— А сколько дашь?
Дернулась, потому что мурашки по телу уже не просто бежали, а танцевали одним им известный ритм. Да и ладони Каллиста, казалось, обжигали.
— Двадцать четыре или двадцать шесть, — закусила внутреннюю сторону щеки, приводя себя в чувства, и закончила фразу уже не таким жалобным голосом: — По человеческим меркам.
— Примерно так, — довольно промурлыкал он, отпуская одну мою ногу, чтобы освободившейся рукой схватить дамскую сумочку.
Мнимой свободой я тут же воспользовалась, только не поняла, как он узнал-то, что договор именно там?! Занервничала, увидев удивленно поползшую вверх мужскую бровь. Длинные пальцы скользили по синим строчкам на белоснежной бумаге, а мое сердце, похоже, решило перевыполнить суточную норму ударов.
— А по вампирским? — рискнула отвлечь Каллиста. Вдруг повезет и подпишет не глядя?
— Люди столько не живут, — отстраненно проговорил он. — Не мешай.
И я действительно не стала мешать, здраво рассудив, что можно нарваться и испортить вроде бы благое настроение мужчины. А там кто его знает, чем все может закончиться. Судя по прощальному слову мэра возвращаться в родной город, пока он на посту, мне не стоит.
Колеса дилижанса так и норовили соскользнуть за пределы размытой дороги. Если уж тут такая грязь, то, что творится на обочине даже представлять не хочется. Как и не хочется, чтобы туда вильнул дилижанс. Судя по доносящемуся до нас возмущенному ржанию лошади, ей намного больше нравилось в конюшне, нежели утренняя прогулка. Оставалось надеяться, что она не рискнет избавиться от навязанных спутников.
— Не нервничай, принцесса, — глухо произнес Каллист.
Вздрогнула. Наверное, мне понадобится много времени, чтобы привыкнуть к этому.
Дыхание мое он, что ли, слышит? Или учащенное сердцебиение? Подняла взгляд на вампира, и сделала это я зря. Каллист смотрел на меня пристально, не отрывая взгляда. Серые глаза с разгорающимся в глубине зрачка красным огоньком напугали так, что я едва могла дышать. Удлинившиеся клыки, которыми Каллист прикусил нижнюю губу, чтобы не наорать на меня, напомнили о нашем договоре. И я осторожненько так, забирая договор из сжатых в кулаки рук, поинтересовалась:
— Что-то не так?
— Не так, — очень тихо отозвался вампир.
Прижала к груди помятые листы. Вот гад! Я столько над ними корпела, а он!
— А… — начала я, но была перебита.
— Я все понимаю. И постоянное место жительства, и желание иметь наставника. Как и ежемесячную денежную выплату, жадненькая моя, — вкрадчиво начал он.
Не поняла. Это он из-за денег взбеленился? Да там сумма символическая! И писала я это до того, как ко мне пришла бабушка. К тому же:
— Только до того момента, как я устроюсь на работу!
— Да плевать! — рявкнул в ответ вампир. И уже не сдерживая ярости, прошипел:
— Что еще за доступ к телу только при полном согласии двух лиц? Каких еще лиц, Сафира?!
Сглотнула. Просто этот пункт договора очень пикантный. И если честно, я надеялась, что он не удостоится отдельного внимания. Я бы предпочла, чтобы вампир его, вообще, не заметил! Все же, писала это для собственной безопасности. Если в прошлый раз из-за укуса я потеряла связь с действительностью, то где гарантии, что наше дальнейшее будущее не будет иметь эротический уклон?
— Ну… — замялась, посмотрела в серые глаза и прижала договор к груди еще сильнее, уже не заботясь тем, что там у меня и как помнется.
Зрачок полностью сменил свой окрас. Ярко-красный огонек легко вытеснил черный цвет. Да что там черный! Он еще и расширился так, что серого цвета почти не осталось. И сейчас на меня смотрел взбешенный вампир с красными глазами и удлинившимися клыками. Интересно, Каллист сейчас хоть немного адекватен? Или мне стоило вместо договора сразу завещание писать?
— Я жду, Сафира! — напомнил о себе предмет моих совсем не радужных мыслей.
В горле пересохло окончательно. Пришлось собрать в кулак всю свою смелость.
— Ну, твои укусы… — предательски покраснела, но уверенно продолжила, — пробуждают некоторые желания.
— И поэтому ты решила привлечь двух свидетелей?! — прошипел вампир.
— Каких еще свидетелей? — искреннее удивилась. — Я имела в виду тебя и меня, если…
— Если? — он неожиданно успокоился и, прикрыв глаза, откинул голову назад.
Щеки и уши уже горели, а я сама остро пожалела, что не могу использовать магию по собственному усмотрению.
— Ты и так все понял! — бросила раздраженно.
Каллист открыл глаза, вернувшие нормальный цвет, кивнул и, стараясь сдержать улыбку, ответил:
— Понял, но мне безумно интересно услышать про нашу близость из твоих уст.
— Не будет никакой близости! — у меня глаз дернулся от его самоуверенности.
Нагло проигнорировав мою реплику, вампир вырвал из моих рук договор и отстраненно поинтересовался:
— Остальные… — быстро пересчитал листы, — семь листов тоже сама писала.
Кивнула и… В общем, желание убивать вспыхнуло с новой силой, ровно после слов:
— А могла ведь потратить это время с куда большей пользой.
— Это с какой? — Любопытно поинтересовалась. В голове вспыхнули картинки не самого скромного содержания.
— Сон, принцесса. Я имел в виду сон, — откликнулся и, не читая остальных пунктов, подписал договор.
Зря, в общем. Для вампира. Мне-то это на руку.
Быстро забрала листы и стараясь не слишком сверкать подозрительной улыбкой, проинформировала:
— А у тебя глаза больше не красные.
— Напугал? — Каллист тоже улыбнулся.
— Есть немного, — сказала не совсем правду. Сначала страшно было до жути, а сейчас ничего. Отпустило.
— Не бойся. Уж кому-кому, а тебе я вреда никогда не причиню.
— Потому что так написано в договоре? — наивно вопросила.
— Ага, — он хмыкнул, — аж целых двенадцать раз об этом написала.
Оставшуюся часть пути мы преодолели в молчании. Дилижанс оказался крепким и по дороге не развалился, кучер опытный, а лошадь… Лошадь успокоилась, только избавившись от пассажиров. Закралась у меня мысль, что нервничала она из-за присутствия вампира, но свои подозрения мне удалось подтвердить немного позже.