Ксения Кожина – Божественная подмена. Сделка (страница 10)

— Света! Для близких.

Ладони обожгло болью. Видимо, так сильно сжала руки в кулаки. Разжала, посмотрела на них и почувствовала, как перед глазами потемнело. На каждой ладони по четыре глубоких ранки, сделанные чем-то острым. Посмотрела на ногти и обомлела. Вместо моих коротких ухоженных ноготков, острые длинные когти, а кончики пальцев покрыты мелкими чешуйками. Я так и смотрела на них, глубоко дыша и пытаясь не скатиться в истерику. Пока пальцы не окутал дымок и всё се не вернулось в норму.

— Т-так и должно́ б-быть?

Тэкеши с минуту молчал. Я успела вконец испугаться.

— Не совсем, — он аккуратно подхватил меня под руку и потащил в сторону какого-то здания. — Когти да, они у всех. А вот чешуек я ни у кого не видел.

Гребанный апгрейд!

— Я становлюсь м-монстром? — голос и не думал переставать дрожать и заикаться.

— Нет, Света. Нет. Мы справимся, чтобы Великая не придумала. Наша раса и так смесь демонов и змей, так что вряд ли твоё преображение будет чем-то неизведанным. Посмотрим в библиотеке, у бабушки она большая, поднимем хроники. Может, раньше на Ассахаре ещё кто-то жил. Или это мы за годы жизни приобрели какие-то мутации, а ты, как только созданная, сможешь обращаться в первоначальный какой-то вид. Разберёмся, вместе. Ты и я. Вот так, да, ещё шажок.

Заговаривая мне зубы, Тэкеши завёл меня в ресторан, дотащил до отдельного столика, со всех сторон окружённого ширмой и усадил на диванчик. Правильно, в общем-то, сделал. Ноги не держали.

— Меню и заживляющую мазь, — услышала его голос как сквозь вату.

Глава 4

Пока Тэкеши обрабатывал мне ладони, в голове крутился один и тот же вопрос: за что мне всё это? Жила себе спокойно, никого не трогала, мухам крылышки не отрывала, лягушек не надувала, старушек через дорогу, в общем-то, тоже не переводила, но всё равно никаких проблем с работой, друзьями и законом не имела. Зато теперь он будет иметь проблемы со мной. Это я про закон. Ну какая из меня судия? Нет, я, конечно, за добро и справедливость, но Сейлор Мун из меня никудышная. У неё там хоть волшебная призма была, а у меня только когти и глаз. Один. Почему-то за глаз было обиднее всего. Я прекрасно помню, как у нас на Земле реагируют на косые или разноцветные глаза. Ну не свезло мне в жизни, подумаешь, замуж за козла хотела, но это не повод одаривать меня другим рогатым. Или всё дело в том, что говорят про употребление алкоголя? Ладно, на крыше я переборщила. Не стоило так нажираться. Но ведь Минздрав не предупреждает большими буквами внизу бутылки «ударил зелёным змеем по печени, получи настоящим по самое не могу». Хотя Тэкеши всё же хороший, пусть и со своими тараканами. Вон как ладошку аккуратно держит, приятно так, аж мурашки по спине пробегают. Или это оттого что хитрец успевает её слегка массировать?

— Спасибо, — поспешно спрятала руки за спину.

Даже смотреть не буду дрожат или нет, и так понятно, что лечение ранок дало не тот эффект. Мне показалось или Тэкеши правда отпустил ладони с сожалением? Так, Света, не о том думаешь. У тебя проблем куча, а до ночи ещё далеко.

— Ты хотел рассказать мне о клане.

— Конечно, — нагаасур даже обрадовался вопросу. Оно и понятно, я тоже не горю желанием возвращаться к теме моего преображения. — выберешь что-то?

Муж протянул меню. Обычное такое, бумажное. Без всяких волшебных искорок и чешуек на обложке. Эх, вроде мир другой, а принцип тот же. И проблемы те же. Названия блюд были длинные, плохо произносимые и это при том, что местный язык я каким-то чудом разбираю.

— Мясо, — решительно захлопнула бесполезное меню. — Хорошо прожаренное с хлебом и зеленью. И сок сладкий.

Тэкеши улыбнулся, махнул рукой за ширму и сделал заказ. Зубодробительные названия произнёс без запинки и даже не заглядывая в меню. И кто мне ещё про достаток что-то говорил? Я в ресторанах около дома названия блюд наизусть не знаю, хотя и бывала в некоторых из них.

— Это бабушкин ресторан, она любит здесь бывать, — произнёс, заметив мою приподнятую бровь. — Вернее, сейчас бабушкин. Раньше принадлежал её второму по счёту мужу.

И вот здесь началось самое интересное, мне подробно объяснили, чем владеет клан и лично Асами. Ну то есть сеть ресторанов, кондитерских, пара ювелирных магазинов, какой-то птичий замок — всё честно заработанное мужьями кэрры Хаяси и перешедшее в её пользование было личным. И так как передавать наследство мужскому полу в мире не принято (что нагаасур сможет заработать, с тем в мужья и возьмут), а дочерей у бабули нет, впрочем, как и внучек, то это должно отойти мне, если Асами не укажет иное в завещании. А вот сам клан разводит некоторые виды животных. Часть прибыли оседает в кармане лично главы, какой именно процент Тэкеши не знает, не интересовался, а остальное делится согласно проделанной работе. Вроде никто не жалуется. Мне даже любопытно стало, что за животных разводят, раз их на целый клан хватает. Муж на это только улыбнулся и пообещал как-нибудь свозить на одну из ферм. В моём понимании на фермах держат исключительно коров, а это, как известно, не только молоко со сметаной, но и грязь с запахом.

— Всё не так страшно, как ты представила, — Тэкеши рассмеялся. Видимо, лицо моё было слишком красноречивым.

— Богиня с ними, коров… С фермами. Мне и работы в совете за глаза будет. Расскажи лучше что-нибудь про себя. Можно даже из детства.

Ожидала, что муж снова улыбнётся, сверкнёт ямочкой на щеке, а он нахмурился и совсем уж невпопад проговорил:

— Знаешь, даже хорошо, что глава… — запнулся, — бывшая, передала тебе браслет при жизни.

Я выразительно приподняла бровь и замерла, ожидая продолжения.

— Хоть бабушка так и не смогла в своё время родить девочку, кэрра Хаяси с мужьями уж очень старалась в этом вопросе. Как ты должна понимать, у меня полно́ дядек и братьев. Женатых. И так как женщин несмотря на долголетие в мире мало, у каждой есть свой клан. Да что там! У нас даже аукционы есть. Ну то есть… — он заметно смутился, — самые достойные нагаасуры нашего мира могут купить себе… То есть…

Я скрестила руки на груди.

— Ладно, скажу как есть. Хоть и представляю твою реакцию. У нас есть договор с другим миром, не твоим. Раз в двадцать лет мы забираем из мира Ясури тридцать невидных дев. Это плата нам за выигранную войну. Девы, как и ты обычные люди. Не надо так на меня смотреть. Я никогда в этом не участвовал и не планировал. Да и участь у девушек неплоха. Пусть их покупают и у них нет возможности выбрать себе мужей самостоятельно, зато о каждой заботятся, одаривают, чем только можно и носят на руках. Просто у них нет своего клана и поэтому они возглавляют клан мужей и…

Почувствовала, как заскрипели зубы. Эти уро… нагаасуры не только мужей дарят, но и чужими бабами, то есть девами торгуют. И в этом мире я должна вроде как отвечать за закон!

— Ох, — муж сглотнул и тихо так: — А у тебя второй глаз трансформировался.

— Что?

Ладони, видимо, тоже. На столе образовались небольшие борозды. Качественно так скатерть продрала.

— Я попрошу зеркало.

Когти тут же окутало дымком и они исчезли, испугалась, что то же самое будет и с глазом, но, к счастью, глаза стали одинаковыми. Пусть и с вертикальными зрачками линзовидной формы. Зато смотрелось не так страшно. Можно сказать, креативненько. Я себя даже более нормальной почувствовала, пока разглядывала отражение в зеркале. Видимо, успела насмотреться на хвостатых и смириться.

— Ладно, я хочу узнать к чему ты мне про ваш рабовладельческий строй рассказываешь.

— Ты просто попала в похожую ситуацию. На Асахари женщина не может быть вне клана. Она либо его глава, либо в подчинении у главы. А так как муж у тебя пока только один и войти в другой клан ты не можешь…

— То Асами решила оставить тебя в клане и меня в том числе.

— Да, — муж выдохнул. — Мне кажется она даже рада, что ничего с кэррой Ногути не получилось. По крайней мере, когда я видел бабушку перед прогулкой, она выглядела довольной.

Знаю я, почему она была довольной. Ещё бы такую аферу провернула. И жену внука не отравила и обязательства перед богиней на чужие плечи скинула.

— Хотя рада такому раскладу только она.

«То есть ты, дорогой муж, не рад», — я даже кулаки под столом сжала, чтобы ничем себя не выдать. Неприятно быть навязанной. Тэкеши перемену моего настроения не заметил.

— Что было бы, если ты женился на нагаасурии, которую подобрала Асами?

— Я вошёл бы в род Ногути. Клан зелёных змей перестал бы существовать. В поместье вызвали бы посланника храма и браслет получила жена одного из братьев или дяди. Клан сменил бы название. Да и всё, наверное. Обычная практика. Именно так кланы и получают своё влияние.

— То есть завтра я буду кому-то костью поперёк горла, — остро захотелось свалить из этого мира.

— Всем. Каждая из жён моих родственников попыталась бы подкупить посланника храма, чтобы браслет главы отдали ей. У нас обширные земли, да и влияние благодаря бабушке сильное. А так ты уже глава клана и пока ты жива никто не посмеет прикоснуться к нему. Мне видеть не приходилось, но говорят он, — кивок на проблемную драгоценность, — в некотором роде живой. И именно им бабушка ставила подпись на все документы.

Я покрутила браслет в руке, но ничего похожего на печать не нашла.