Ксения Комал – Маскарад (страница 8)

Он развернулся и, весело насвистывая, начал быстро удаляться. Подруги смотрели ему вслед, не в силах собраться с мыслями. Появилось стойкое ощущение, что человек откровенно издевается, но поймать его на этом было бы сложно.

– И как нам реагировать? – медленно вопросила Ульяна. – Только мне показалось, что он вовсю глумится?

– Ещё как, – с тоской подтвердила Даша. – Но в университете он что-то забыл, ведь так? Может, и правда дела, которыми он не считает нужным делиться…

– Ладно, идём отсюда. Нам его ещё обедом кормить.

                                        ***

К еде Никита отнёсся с редким воодушевлением и, пока подруги молча наблюдали за тем, как он поглощает борщ, весело на них поглядывал. Очень хотелось треснуть негодяя половником, однако, памятуя о том, что до следующего утра он может и не дожить, Даша решила проявить благородство.

– Надеюсь, вы успели подготовить сносную легенду? Прошу заметить, я специально не стал пытать вас раньше и великодушно предоставил немного времени.

– Не успели, – вяло буркнула Ульяна. – Мы борщ варили.

– Тогда ладно, подожду до ужина. – Чувствовалось, что Никите хочется поговорить, но обсуждать с ним опасные темы никто не собирался. – Как у вас тут вообще? Не скучно?

– А вам? Уезжать не собираетесь?

– Я ещё не нарыбачился, – гадостно улыбнулся мужчина. – Вы уж простите моё любопытство, но чем здесь можно заниматься целыми днями?

– Дашка усадьбу ремонтирует, я ей помогаю, чего ещё надо?

– Может быть, общества? – ехидно предположил Никита, намекая на регулярные вторжения в его номер. – Я, кстати, щеколду купил, показать?

– Вряд ли она вас спасёт, – серьёзно покачала головой Даша, на минуту задумавшись о своём. Ульяна тут же пихнула её в бок.

– Если хотите помочь с ремонтом, начните с чего-нибудь более нужного. Дашка вон кашпо уже два года передвинуть не может, там мужская сила необходима.

Никита отложил ложку и с готовностью поднялся.

– Куда идти?

– Скидки не будет, – на всякий случай предупредила хозяйка усадьбы, не без радости указав направление.

Кашпо и правда были её перманентным кошмаром, от которого никак не удавалось избавиться. Сделаны они были из цельного камня, и сколько девушка ни пыталась, ей не удалось даже водрузить их на тележку. Конечно, у Никиты шансов тоже немного, но пусть хотя бы попробует.

Оценив масштаб катастрофы, мужчина тихо присвистнул и с возмущением уставился на Дашу – как будто это была её идея.

– Что, слабо́? – поддела девушка.

– Вовсе нет. Просто поражаюсь, как вы тут живёте одна.

– Я не одна. Всё время кто-то приезжает, и у меня появляется чудесная компания.

– То есть это постояльцы на вас пашут?

– То есть если вы не в состоянии передвинуть пару кашпо, так и скажите – нечего уводить разговор в сторону.

Никита тяжело вздохнул, но перечить не стал. Он действительно направился к каменным сооружениям, неизвестно каким образом занесённым внутрь оранжереи, и принялся аккуратно разбирать завалы.

– Куда их тащить-то?

– Расставьте по краям, чтобы красиво было.

Он с облегчением выдохнул.

– Я-то думал, заставите на верхний этаж нести.

– Ну, если хотите…

Понаблюдав за его терзаниями, Даша вдруг подумала, что третьего гостя может лишиться самым заурядным способом, и бросилась ему помогать. Сначала Никита гордо отнекивался, однако в итоге позволил девушке подержаться за каменный край, чем очень её успокоил. Как ни странно, дело было закончено довольно быстро: то ли жена эксплуатировала благоверного почище любой усадьбовладелицы, то ли он просто привык к тяжёлой физической работе – но вскоре кашпо стройными рядами стояли вдоль одной из стен.

– Что будете в них сажать?

– Надо подумать, – пожала плечами Даша. – Вы бы что посадили?

– Петунии, – огорошил Никита. – Белые, фиолетовые и розовые.

– В цветах разбираетесь? – искренне удивилась девушка, весьма далёкая от его интересов.

– Я в деревне бабушке помогал, – улыбнулся он. – Каждое лето как на каторгу. А сейчас жалею, что не могу.

– Ну тогда я, так и быть, предоставлю вам уникальную возможность вернуться в отрочество. Будем считать, что за эти ваши петунии отвечаете вы.

Мужчина приподнял брови, восхищаясь её наглостью, но с удовольствием кивнул.

– Завтра съезжу за землёй и семенами. А вы, когда подниметесь, отгрохаете благодарственную табличку, в которой укажете моё имя.

– Идёт, – фыркнула девушка, естественно, не собираясь делать ничего подобного. Впрочем, на то, что он займётся её оранжереей, она тоже особо не рассчитывала.

                                       ***

Следующим утром подруги продолжили поиски Алины. Действовали они ровно так же, как накануне, однако с остальными учебными заведениями выходило намного быстрее – видимо, сказывался опыт. Последняя неохваченная академия находилась почти в центре – между местной администрацией и площадью с несколькими фонтанами. На этот раз девушки уже ни на что не надеялись и вообще порядком приуныли, но довести сомнительное дело до конца считали своим долгом.

– Алибабаевой нет, – предсказуемо сообщила сотрудница академии – очень проникшаяся историей о потерянной сестре женщина средних лет. – Только Алибабаев, и он уже выпустился.

– Давайте его, – кисло попросила Ульяна.

– Но вы же ищете Алину.

– Может, она замуж вышла.

– И её супруг поменял фамилию? – прищурилась женщина. – Нет, это просто совпадение.

– А вдруг.

– Адреса не дам, – упёрлась дама, мигом лишившись всей любезности. – Идите в справочное бюро.

– Какое ещё бюро? – по-настоящему удивилась Даша. – Не бывает сейчас таких.

– Ничем не могу помочь, – отрезала женщина и демонстративно уткнулась в компьютер.

Выйдя в широкий шумный коридор, подруги устало опустились на стоявшую у стены банкетку и переглянулись.

– Скорее всего, действительно совпадение, – без энтузиазма сказала Ульяна. – Правда, фамилия редкая, это вполне может быть её брат или муж. Давай всё-таки попробуем.

– И как ты себе это представляешь? У нас ни адреса, ни телефона.

– Ну так добудем. – Девушка подошла к расписанию первокурсников и принялась что-то вычислять, сверяясь с часами.

– Решила посетить пару лекций?

– Просто подумала, что если наш Алибабаев выпустился несколько лет назад, его знакомые ещё вполне могут быть в академии.

– И вести занятия у первачей! – осенило Дашу. – Ну конечно! Те, кто тогда с ним учился, сейчас уже аспиранты, может даже кандидаты наук. До старшекурсников их вряд ли допустят, а вот заниматься с молодняком они вполне в состоянии. Скорее всего, ты права – хоть кто-то знающий Алибабаева должен был здесь остаться.

– Идём, – потянула её за руку Ульяна. – В пятнадцатой аудитории сейчас как раз заканчивается лекция у подготовительного отделения.

С трудом справившись с потоком обретших свободу старшеклассников, подруги просочились в помещение и остановились перед молодым человеком, который стирал формулы с доски. Одет он был в строгий серый костюм, глаза за круглыми стёклами очков излучали усталость и облегчение – видимо, просвещение подрастающего поколения давалось ему непросто.

– Здрасте, – поздоровалась Ульяна. – Мы ищем Алибабаева.

Лектор повернулся, обвёл девушек заинтересованным взглядом и без особого удивления уточнил:

– Алибабая? Сейчас номер дам.

Пока он рылся в своём портфеле в поисках телефона, Даша, ещё не веря в постигшую их удачу, осматривала аудиторию. Широкая, слишком большая доска, ряды деревянных скамеек и портреты великих на стенах – в такой она провела несколько вполне счастливых лет, даже не предполагая, что выбранная профессия не будет иметь к её работе никакого отношения.