Ксения Комал – Дом на глухой окраине (страница 18)

— Подождите! — Она смущенно отпустила его рукав и отвела глаза, подбирая слова. — А вы ведь с дедом дружили?

— Ну как дружили… Общались.

— А вы никогда не видели у него… шрамы? На ноге.

— Не припомню, — развел руками участковый. — То есть — что вообще видел его без штанов.

— Ну да…

— Что это ты вдруг?

— Так, ничего. Поняла, что плохо его знала.

— Ты это… — Сычев ободряюще сжал ее плечо. — Не забивай голову. Он был сложным человеком, и ты знаешь, как к нему относились, — это тоже не добавляло ему дружелюбия.

— Естественно.

— А у тебя — своя жизнь, и это правильно. Так и должно быть.

— Он обо мне говорил? — спросила Вика торопливо и с надрывом, которому сама удивилась.

— Раньше говорил. В последнее время — не знаю, мне как-то было не до него. — Участковый будто просил прощения, и Вика решила, что в большей степени он обращается к деду.

— И что говорил?

— Что ты вернешься и наведешь тут порядок, — улыбнулся Сычев. — Не могу сказать, что ты не пытаешься.

У Вики защипало в носу. Она резко отвернулась, не понимая, что ее вдруг проняло, а Сычев достал из кармана джинсов платок и протянул ей. Она благодарно кивнула, промокнула глаза и, только когда он убирал платок обратно в карман, заметила, что пуговица на его джинсах самая обычная — не из тех, что используют настоящие производители.

Кожа покрылась мурашками, сердце будто застыло, голова отказывалась соображать.

— Победа, ну что ты… Он прожил хорошую жизнь.

— Долгую.

— Конечно, долгую.

— А у некоторых такой роскоши нет.

— Видишь, я же говорю, твоему деду повезло.

Вика с опозданием поняла, что чересчур долго смотрит на его джинсы, и сделала вид, будто сейчас расплачется, чтобы лихорадочные перемещения ее взгляда не казались чем-то особенным.

— Ну что, полегчало?

— Да, спасибо. — Она поспешно вытерла глаза ладонью, не зная, куда теперь смотреть, и слишком быстро сказала: — Я пойду найду Льва.

— Вот и правильно, с родным человеком — всегда спокойнее.

Ей показалось или в его голосе прозвучала угроза?

— Ну, до свидания тогда. Может, больше и не увидимся, если наша машина уже на ходу.

— Дай-то бог, — усмехнулся Сычев и серьезнее добавил: — Не место тебе здесь, Победа. Вырвалась — ну и радуйся. Забудь это все.

Она кивнула, неловко махнула на прощание рукой и наконец решилась повернуться к нему спиной. Сделать это было непросто, каждым миллиметром своего тела она ощущала явную опасность, однако за предчувствиями ничего не последовало. Обернувшись через некоторое время, Вика увидела, как Сычев бодрым шагом идет к городу, и по его походке, по его осанке вовсе не казалось, что он чем-то озадачен.

Значит, не заметил. Или, скорее, не понял. Он же не знает, что она нашла пуговицу в лесу. Может, она — вообще не его. Или его, но в этом нет ничего необычного: он же там работал, да и Васю в тех местах сколько времени искали… Что угодно от одежды отвалится, пока будешь лазить по окрестным буреломам.

Вика шла вперед, старательно уговаривая себя не обращать внимания на такую ерунду, как пуговица, но было поздно: она уже что-то почувствовала или, по крайней мере, думала, что почувствовала.

За рощей виднелась небольшая группа людей, среди которых легко определялся Лев, а также — Илья и Кристина. Удивившись, что двое последних поднялись ради нее в такую рань, да еще в принципе откуда-то узнали о ее пропаже, Вика на время забыла об участковом и постаралась нацепить на лицо виноватую улыбку. Ни на кого эта улыбка должного впечатления не произвела, а Лев, заметив пропажу, с облегчением выдохнул, но тут же помрачнел.

— Слава богу, хоть одна нашлась, — сказал кто-то в толпе.

— Да в этом можно было не сумневаться, она ж, как дочь антихриста, бессмертна.

Вика громко фыркнула, но притворилась, что закашлялась, чтобы не вызывать к себе еще большую ненависть.

— Уважаемые сограждане, — начала она, — благодарю, что не бросили перед лицом смертельной опасности; ваше присутствие…

— Завязывай! — Требование Ильи относилось к его дочери, которая снимала речь выжившей на смартфон, но Вика сбилась и с осуждением покосилась на друга детства. — Ты же почти цела и невредима?

— Папа, а сейчас ты к кому…

— Все нормально, — сказала Вика, только сейчас вспомнив о многочисленных ссадинах и синяках. — Если коротко, я хотела найти Васю, но что-то пошло не так.

— Молодец, — донесся робкий голос из толпы, и она с изумлением отметила, что, кажется, становится своей.

— Где ж молодец, когда не нашла, еще и народ потревожила…

— Но ведь старалась.

— Ты посмотри на нее — краше в гроб кладут.

Последнее замечание Вике очень не понравилось, надо было как-то ретироваться.

— Милый, может, пойдем домой?

— А ты к кому обращаешься?.. — уточнила Кристина, но Илья вовремя пихнул ее локтем.

— Ты правда не пострадала? — нехотя спросил Лев. — Вдруг куда-то исчезла, я даже не понял…

— Ты все сделал правильно, а я — вполне жива и здорова. — Вика потянулась, чтобы его поцеловать, но Лев вдруг отпрянул, чем вызвал новые перешептывания среди собравшихся. Мгновение он размышлял, потом крепко взял ее за руку и потянул за собой.

— Идем.

Вика послушно двинулась за ним, однако была весьма озадачена, гадая, что это на него нашло, и даже повернулась к Илье, будто он мог что-то подсказать. Друг детства скорчил ей гримасу, значение которой было сложно определить, а Кристина с милой улыбкой помахала ей рукой, словно они только что завершили задушевные посиделки.

— Тачка сегодня будет готова, — сказал Лев, когда они подходили к дому.

— Отлично.

— Я слышу столько энтузиазма, — скривился он.

— Мне тут нужно кое-что закончить.

— Даже страшно предположить…

— Можешь ехать, раз надо на работу. У меня отпуск еще не закончился, задержусь на пару дней. — Вика говорила так уверенно и твердо, что сама себе удивлялась.

— И что потом? Мне опять искать тебя по лесам или будешь тихо сходить с ума в своем подвале?

— Лев…

— Меня это все достало! — рявкнул он. — Ты же была нормальной, даже слишком, как я теперь понимаю! Что с нами стало за считаные дни! Как это могло случиться?!

— Вот поэтому я не люблю поездки на природу, — тихо буркнула Вика и громче добавила: — Обещаю, скоро все вернется на круги своя.

Лев ничего не ответил, вошел в дом и захлопнул дверь у нее перед носом. Правда, запирать на замок не стал, и вскоре Вика смогла переодеться, вычесать из волос болотную грязь и даже протереться влажными салфетками, случайно обнаруженными на дне сумки. Результат был не очень, однако экспериментировать с душем больше не хотелось, а ванная находилась в ужасном состоянии и тоже к купанию не располагала.

Лев отключился прямо на диване (еще бы, после такой ночи), и оставалось лишь удивляться, почему ее саму не клонит в сон. Наскоро чем-то перекусив, Вика спустилась в подвал, подняла трубку проклятого телефона и не услышала ровным счетом ничего.

— Максим, ты там? — чувствуя себя полной дурой, спросила она. — Макс, это я, Вика. Только теперь взрослая.

Ответом ей была тишина, еще больше наводившая на мысли о помешательстве.

— Макс, ответь… Или перезвони, как сможешь… В общем, я буду ждать.