Ксения Кис – Странные сны, или что не так с драконами? (страница 33)
Когда я дошла до платьев, купленных Реем, я на миг засомневалась. А надо ли их брать? Рей тратил на них свои деньги, деньги семьи… И будет логично, если я их оставлю, но тогда у Рея останутся обо не воспоминания. И пока эффект влюбленности, который подарила нам метка, не пройдет, ему будет сложно. Нет, Рею ничего не должно напоминать обо мне!
Я собрала все вещи, окинула прощальным взглядом спальню и медленно вышла в коридор. Мне хотелось уйти как можно скорее, но я все равно невольно остановилась рядом с дверью, ведущей в комнату Рея.
— Я хочу, чтобы ты был самым счастливым драконом! — прошептала я, нежно гладя дверную поверхность, а потом резко отстранилась и поспешила вниз.
Слуги еще спали, поэтому дом был погружен в умиротворяющую тишину. Я быстро накинула пальто, обула зимнюю обувь, подошла к двери и уже хотела выйти навстречу осенней прохладе, но внезапно услышала голос за спиной:
— Элис, ты куда?
Я обернулась и увидела господина Арвина.
— Метка пропала, — только и смогла прошептать я, оголяя запястье.
— Ну и что? Это повод вот так вот сбегать? Рано утром? Не попрощавшись?
— Извините, — еле сдерживая слезы, прошептала я.
— Элис, что не так? Мы тебя не выгоняем! Останься, мы спокойно позавтракаем все вместе и решим, что делать дальше. Если ты хочешь домой, то тебя отвезет карета, или мы позовем твоих родителей. Но вам в любом случае надо поговорить с Реем, чтобы…
— Нет! — перебила я дракона. — Простите, но нам не о чем говорить с Реем. Я отыграла свою роль, и больше я вам ничего не должна. И да, мне действительно хочется домой.
— Тогда подожди, я вызову кучера…
— Не надо, пожалуйста! Я не хочу, чтобы меня впредь хоть что-то связывало с драконами. Извините, но домой я доберусь сама.
И я, наконец, выбежала на улицу, в последнюю минуту почувствовав на своей спине обжигающий взгляд. Рей тоже проснулся…
Я бежала по территории драконов сломя голову, боясь, что Рей захочет поговорить. А, может, надеясь.
Покинув территорию, я бросилась по дороге в сторону города, в ту часть, где можно было поймать карету, чтобы драконы точно ничего не заподозрили, но стоило мне скрыться за поворотом, как я позволила себе остановиться и отдышаться. Первый шаг сделан…
Я несколько минут оглядывала лес, чтобы понять, куда идти дальше. А может и правда взять карету, чтобы доехать до того места, где я ранее лунатила? А то идти с большим чемоданом не так-то легко…
Но кареты не нашлось, поэтому я все же побрела сначала по дороге, а потом по полю в сторону леса. Мои мысли были полны размышлений и легкой грусти, которую навевали как обстоятельства, так и осенняя природа. Почему-то голые ветки деревьев заставляли думать о быстротечности времени, о том, как быстро пролетели теплые дни, уступив место прохладным ветрам и серому небу. И о том, что я больше никогда не увижу ни зеленой листвы, ни красно-золотого ковра листьев. Даже вид белоснежных сугробов больше никогда не испортят мои следы.
Лес встретил меня в своей позднеосенней красе. Деревья, почти полностью обнаженные, тянулись вверх своими черными ветвями, пытаясь удержать остатки тепла. Листья под ногами были уже не такими яркими, как в начале осени, их цвета выцвели до блекло-желтых и коричневых оттенков. Воздух был свеж и прохладен, а вдалеке слышался крик одинокой вороны.
На этот раз я достаточно быстро нашла тот пень, о который недавно поранила голову, вот только никакой магии не произошло.
— Ну и что мне делать? — вслух спросила я, подняв голову к небу, но в ответ услышала только «кар» от какой-то назойливой вороны.
Я бессмысленно побрела вперед, таща за собой чемодан. А зачем я его, собственно, тащу? Может бросить? Нет, тут его могут найти, и тогда меня будут искать… Но меня и так будут искать… А, может, стоило отправить записку родителям? Так, мол и так, влюбилась, сбежала с возлюбленным, не ищите меня, я счастлива…
Я обернулась, чтобы посмотреть на еще видневшийся просвет среди деревьев и понять, что назад я не пойду. Надо было раньше думать… Но и чемодан бросать нельзя, а то правда найдут. А рядом с цветком… Туда никто посторонний не доберется, там пусть и останется.
Спустя полчаса мне стало казаться, что туда не доберусь даже я, потому что ушла я уже далеко, но ничего волшебного по-прежнему не происходило.
Чемодан громыхал и подпрыгивал на каждом корне и камне, словно пытаясь вырваться на свободу. Каждый шаг давался с трудом, но я упорно продолжала свой путь, оставляя за собой след из опавших листьев и недовольного ворчания. Время от времени я останавливалась, чтобы перевести дух и попытаться вытащить колесо чемодана из очередной ямы. Но это оказалось еще не самым страшным. В какой-то момент я угодила в болото, которое нагло стало затягивать мои башмаки, и я не придумала ничего лучше, чем просто выпрыгнуть из обуви и остаться босиком. Ну а что? Простуда меня сейчас пугала меньше всего. И когда мне уже стало казаться, что я никогда не найду этот несчастный цветок, мой взгляд уловил еле заметную тропинку, которую я много раз видела во сне, и по которой всегда шла босиком…
— Ты меня уверял, что мы у цели! Что нашли причину… — я зло обратился к отцу, как только он присоединился к нам за завтраком.
— Да, я так думал. Мы все так думали.
— Думали? А сейчас что? Сейчас у вас уже другое мнение?
— К сожалению, наша работа не принесла никаких результатов. Магия остается нестабильной.
— Так, значит? А может, ты мне вообще врал⁈ — я зло отставил тарелку, понимая, что мне все равно кусок в горло не полезет.
— В смысле? — нахмурился отец.
— Может, ты мне все врал, чтобы успокоить? Это же не для тебя норма: врать, недоговаривать…
— Ты так говоришь, будто я всегда тебе вру! Когда ты был маленький, и только чтобы ты не переживал! — отец тоже начал злиться.
— Я об этом и говорю! Может, ты и сейчас мне наврал, чтобы я не переживал! Чтобы я поверил, что магия скоро восстановится, и никто из драконов не погибнет. Особенно я в ряду первых.
— Рей, успокойся, пожалуйста. Я тебе не врал, ты ведь сам ездил со мной в пещеру с мексианскими источниками и видел прореху. И сам помогал ее заделывать.
— Да, только о результатах работы мне никто не спешит рассказывать.
— Ну, прореха заделана.
— А магия по-прежнему пропадает!
— Рей, успокойся.
— Успокоиться? Это только ты можешь так спокойно сидеть, зная, что твой сын скоро умрет… Может, ты и вовсе рад этому? Я ведь тебе всю жизнь мешал!
— Рей, что ты такое говоришь⁈
— А что, разве не так? Когда мать была еще жива, тебя почти не было дома. Тебе было все равно, что со мной тут творят и в каких жестких условиях воспитывают, стараясь сделать из меня универсального солдата. А потом… А потом ты даже не подумал, что хотя бы ради приличия нужно соблюсти траур, и привел домой Лейсан! И снова я слышал только упреки о том, что я не могу найти с ней общий язык! Ты даже не подумал, что маленькому мальчику это сложно! Что ребенку нужен отец! Что… Ты никогда не интересовался, о чем шептались у меня за спиной…
— Да, я не всегда был идеальным отцом! Но со временем у нас все наладилось. И я думал…
— Что ты думал? Что мы идеальная и любящая семья? Да мы непрекращали ругаться! До этого случая с магией мы почти не проводили время вместе! Ты даже не рассказал правду о том, что происходит, считая меня недостаточно взрослым. А когда я сам все узнал, ты еще и наорал на меня, что я преувеличиваю и все не так делаю. И как итог я случайно ставлю метку на Элис, и снова я виноват! Я виноват, что именно в тот момент ко мне вернулась магия! Я всегда у тебя во всем виноват!
Повисла пауза, во время которой я переводил дыхание, а отец явно подбирал слова. На самом деле, я понимал, что во многом сейчас не прав, но драконам сложно себя сдерживать. К тому же эффект от метки до сих пор сводил с ума.
— Когда хотя бы эффект метки пропадет? Ее уже два дня нет… — устало спросил я, потирая виски. Пока с нами жила Элис, мы почти не скандалили, а сейчас все вернулось в свое русло. Мы никогда не были идеальной семьей, и такие разговоры происходил у нас регулярно, просто по разным причинам. И только Лейсан всегда старалась сгладить все углы и усмирить пыл двух драконов, зачастую принимая на себя весь удар.
— Что еще за эффект метки? — нахмурился отец.
— Ну как, меня же тянуло к Элис, как к магниту. Метка пропала, когда пропадет это тупое чувство влюбленности?
— Рей, у метки нет такого эффекта. Даже у активированной… Чувства либо есть, либо их нет…
— Пап, поверь, я знаю, о чем говорю, — я устало откинулся на спинку стула. — Если сначала мы с Элис ненавидели друг друга, то потом как-то резко начали проявлять друг к другу симпатию, которая быстро росла. Я так понимаю, это произошло после того, как я отнес Элис в спальню на руках. Может телесный контакт, проживание под одной крышей, я не знаю. Но со временем мы как-будто влюбились.
— Рей, поверь, у метки нет такого эффекта! Я точно знаю!
— Откуда?
— У нас с твоей мамой была эта метка!
— Что? — я удивленно уставился на отца.
— Наши родители решили, что такой союз будет идеальным с точки зрения укрепления влияния семей. Нас, естественно, никто не спросил. Ну об этом ты и так знаешь. Тогда наши родители настояли на метке, надеясь, что она поможет нам влюбиться. Но нет. Чуда не произошло. Наши взаимоотношение с Розой никак не изменились. Что до активации метки, что после.