Ксения Кис – ПАК: попаданка, академия, котики (страница 2)

– Иди, я за тобой. А то тебя в очереди не было, другие могут не пропустить.

Все еще абсолютно не понимая, где я нахожусь и что происходит, я послушно подошла к шару и аккуратно до него дотронулась. Не прошло и мгновения, как он резко вспыхнул ярким зеленым светом и также резко погас.

– Имя? – спросил один из мужчин в мантии.

– Диана Геннадьевна Бряк.

Мужчина быстро что-то чирикнул и вопросительно посмотрел на меня.

– Чего замерла? Иди сюда! – послышался позади голос Ашера, и я послушно подошла к нему.

Мое место почти сразу занял Данте и тоже приложил к шару свои ладони. Секунда, и шар засветился красным.

– Да ладно?! – прошептал Ашер. – Ему конец…

– Мне конец, – испуганно произнес Данте, подходя к нам.

– Что случилось? – я еще больше перестала понимать, что происходят, хотя и не была уверена, что это возможно.

– Да какой из него огневик? Это же почти военная подготовка! – Вместо Данте пояснил Ашер.

– Красный свет означал… – начала догадываться  я.

– Что в нем течет магия огня!

– А у меня зеленый, это земля? – раскусила я правила этой странной игры.

– Ну да. У меня воздух.

– Везет, – протянул Данте. – Ты летать научишься. У каждой стихии есть свои плюсы. Воздушники летать учатся, водники тут самые крутые, у них стихия рядом. Магов земли, как всегда, никто не трогает, им проще всего учиться. Но почему мне достался огонь?!

– Зато маги огня самые сильные, – попытался подбодрить друга Ашер, но в его голосе было слишком много издевательских ноток.

– Да я ни один полигон не пройду! Меня отчислят!

– Зачем паниковать раньше времени? – вмешалась в разговор я. – И нельзя попросить сменить стихию?

После моего вопроса парни уставились на меня как на полоумную.

– Как тебя там зовут?

– Диана.

– Диана, ты в школе вообще училась? Как можно сменить стихию? Мы рождаемся, и при рождении нас звезда одаривает зачатками одной их четырех магий, если повезет, конечно. Вон, у кого-то шар даже не засветился. Так что какой одарили, той и пользуйся, – Ашер закатил глаза, видимо, спрашивая у той самой всемогущей звезды, откуда я на них такая свалилась. Если честно, я и сама хотела бы знать ответ на этот вопрос.

– Ладно, где твои вещи? Идемте заселяться и котов забирать.

– Котов? – я уже смирилась, что в этом странном месте все говорили о магии, но коты-то тут при чем?

– Да. Твой кот с твоими вещами остался?

– У меня нет вещей, только вот… – и я продемонстрировала ребятам чемоданчик с инструментами, который все это время не выпускала из рук.

– Мда, – вздохнул Ашер. – То есть кота ты решила здесь купить? Тут же цены бешеные… А богачкой, прости, ты не выглядишь.

– А зачем мне вообще кот? – проигнорировала намек на мою бедность я.

– Да в смысле? А знаешь, я устал отвечать на твои странные вопросы. Мы заселятся, ты как хочешь.

И парни подхватили свои вещи, которые валялись в сторонке под деревом, и направились в сторону дворца, а я поспешила следом.

Мы шли по широкой мощёной дорожке, которая вилась между невысокими цветущими кустарниками. Вокруг витал сладкий запах неизвестных цветов, а где-то далеко слышались крики птиц.

Перед замком начиналась лестница. Ее ступени были выложены разноцветным мрамором, а на перилах сидели настоящие коты – пушистые, гладкошерстные, полосатые и однотонные. Они лениво наблюдали за проходящими, иногда мяукая или перебегая с одной стороны лестницы на другую.

Сам дворец был огромен и причудлив: башни разной высоты взмывали к небу, крыши подсвечивались странным сиянием, а окна красовались витражами. На центральной двери висела массивная бронзовая ручка в форме кошачьей лапы.

Когда мы вошли внутрь, нас встретил просторный холл с высоким сводчатым потолком. Свет проникал сквозь витражи и играл на мозаичном полу.

В центре холла возвышалась круглая стойка, за которой сидела женщина в мантии. По залу сновали студенты – кто-то читал на ходу, кто-то спешил по винтовой лестнице, ведущей на верхние этажи. И да, тут снова бегали пусть и немногочисленные, но коты.

Из холла расходились коридоры – каждый был оформлен в своём стиле: один весь в зелени и лианах, другой напоминал морское дно с голубыми стенами и нарисованными рыбами. Третий украшали горы и порывы ветра, а четвертый буквально полыхал огнем.

При всем при этом в воздухе витал знакомый аромат свежей выпечки, создавая хоть какой-то знакомый уют.

Я ущипнула себя, все еще надеясь проснуться. Но странный сон упрямо не хотел покидать мое сознание.

Тем временем Ашер и Данте подошли к женщине за стойкой и назвали ей выпавшие им стихии.

– Пятнадцатый и семнадцатый кабинеты, – ответила им женщина ленивым голосом.

– Земля, – подошла я и ожидаемо услышала цифру шестнадцать.

Указатели на стенах не давали возможности заблудиться, поэтому бы быстро нашли нужные кабинеты, правда, у каждого из них стояли свои очереди.

Нам пришлось разойтись, и, только оказавшись отдельно от своих новых знакомых, я смогла спокойно, а что самое главное, вдумчиво разглядеть остальных «абитурентов».

Одетых они были не в привычные джинсы и футболки, а в более классические штаны и рубахи, из явно натуральных тканей. Хоть фасон и не сильно отличался от привычного, материалы и приглушенные расцветки все же вносили свои отличия. Большинство из них абитуриентов выглядели взволнованными, кто-то перешёптывался с друзьями, кто-то нервно теребил в руках какие-то документы. Странно, что никто не смотрел в телефон – да и были ли у них вообще телефоны? В руках у некоторых я заметила кожаные тетради, у других – пергаментные свитки, перевязанные бечёвкой. Девушка рядом аккуратно поправляла на плечах длинную косу, а парень впереди задумчиво рисовал что-то углём прямо на обложке своей тетради.

Вдруг в коридоре раздался тихий звон – словно кто-то ударил по стеклянному колокольчику. Очередь зашевелилась, и дверь в кабинет шестнадцать приоткрылась, выпуская девушку с черными волосами и серьёзным взглядом. Она оглядела собравшихся и, не сказав ни слова, быстро зашагала прочь.

Я глубоко вдохнула, чувствуя, как дрожат пальцы. Всё происходящее было слишком реально для сна – и слишком странно для яви. И это пора было заканчивать. За дверью явно должен был находить кто-то «взрослый», вот у него и спросим, что происходит.

Очередь продвигалась крайне медленно. Однако косые взгляды, которые я периодически бросала на Данте и Ашера, позволяли мне понять, что так скучно дела обстояли не только у меня. В кабинетах явно непросто до шариков дотрагивались.

Когда, наконец, подошла моя очередь, я была уже слишком уставшей и злой, поэтому хотела начать разбираться с порога, но стоило мне этот самый порог переступить, как весь мой боевой настрой испарился.

Мрачный пафосный кабинет утопал в полумраке: тяжелые бордовые шторы почти не пропускали дневной свет, а массивные дубовые панели стен были украшены позолоченными гербами и старинными портретами. Воздух был насыщен терпким ароматом дорогого табака и кожаных переплетов книг, выстроившихся на полках до самого потолка. В центре комнаты стоял огромный стол из темного дерева, на котором лежали аккуратные стопки бумаг и резная серебряная чернильница.

В глубине кабинета в высоком кресле с резной спинкой сидел он – мужчина, чья красота поражала своей холодной безупречностью. Его черты были резки и совершенны, как у статуи, а ледяной взгляд серых глаз пронзал насквозь. Он не улыбался, не делал лишних движений – только пальцы нетерпеливо постукивали по подлокотнику кресла.

– Подойдите ближе, – его голос прозвучал резко, властно и не терпел возражений. – И представьтесь.

– Бряк Диана Геннадьевна, – скорее проблеяла, чем произнесла я.

– Слишком странное имя для этого места, – задумчиво произнёс мужчина, изучая списки.

– Согласна, мне тоже кажется, что я здесь чужая. Если честно, я надеялась, что вы мне объясните, что происходит.

Пока мужчина изучал документы, я продолжала изучать его кабинет, внезапно заметив в самом углу на массивной подушке огромного черного кота.

– Чтобы я хоть что-то вам объяснил, мне нужна информация, и, если честно, я уже устал ее ждать, тратя на вас время, – раздраженно продолжил мужчина.

– Но… Что вы хотите узнать?

– Желательно самое важное. Желательно с самого начала.

– Я сидела на берегу моря, потом меня ослепил свет маяка, а открыла глаза я уже рядом с академией.

– Свет маяка ослепил просто так?

– Ну… Я нашла «боглаз» и посмотрела через него.

– Зачем?

– Ради забавы.

– Странные у вас забавы, – мужчина, наконец, поднял на меня взгляд и усмехнулся. – Играть с магическими предметами.