Ксения Кис – ПАК: попаданка, академия, котики (страница 10)

– Вы в ответе за тех, кого приручили? – не смогла промолчать я.

– Что? Ты что, сизень акведунский, чтобы тебя приручать? Просто если с тобой что-нибудь случится, меня будет мучить совесть, а это помешает учебе, – и Ашер многозначительно поднял палец вверх.

– А мне тебя просто будет жалко. С учебой у меня и так будут проблемы, – вздохнул Данте.

Вечер я потратила на то, чтобы починить хотя бы малую часть мебели. Благо набор инструментов имелся. Бак при этом лениво валялся на моей кровати и смотрел, чем его человеческий раб занимается.

Ну а на следующий день я встретила утро (да, обычно говорят, что утро встретило меня солнышком или другими радостями), но тут я встретила утро в новенькой форме, с аккуратной прической, даже с намеками на макияж, ведь несколько монет и на это дело были потрачены.

Я как чувствовала, что надо встать пораньше. Ведь учебный день начинался с торжественного ритуала по привязке фамильяров, а эта наглая рыжая морда мало того, что не хотела рано вставать (ну а что, полночи носиться он мог, а проснуться в шесть нет), так Бак еще и категорически отказывался заползать в переноску, а по правилам я должна была его принести именно в ней.

– Ну пожалуйста, – умоляла я, стоя на коленях и пытаясь вытащить кота из-под кровати. – Ты там сможешь доспать…

– Мяу! – видимо, Бак намекал, что доспать он может и здесь.

Тогда я решила сменить тактику:

– Я считаю до трех, и если ты не вылезешь, я пойду говорить, что не купила кота и поэтому ухожу из академии. Я-то себе работу найду, а вот ты вернешься на помойку и останешься без корма и без колбасы!

Слово "колбаса на кота действовала поистине магически, поэтому он все же вылез, но сделал это крайне недовольно.

Ритуал для первогодок стоял еще до завтрака, поэтому я сразу же направилась в главный зал, который мне с вечера показали ребята (после моего рассказа о том, как я забыла дорогу, они в меня вообще не верили).

В зале нас расставили по факультетам, и нашу колонну, разумеется, возглавлял Раймон фон Райт. При этом мужчина недовольно смотрел на всех присутствующих в целом, и на своих подопечных в частности. Даже добродушному ректору с сединой в бороде достался его ледяной взгляд.

– Мяу! – внезапно послышался недовольный звук из моей переноски. А с учетом того, что это "мяу" прозвучало в полной тишине, я получила долю всеобщего внимания.

– Мяу! – второй раз Бак напомнил о себе уже во время речи ректора.

На этот раз не все рискнули повернуться в мою сторону, но зато Раймон фон Райт не просто повернулся, но и направился в мою сторону.

– Будьте так любезны, угомоните своего кота! – совсем нелюбезным тоном сказал он.

– Как? Я с ним не так давно знакома! Он просто переживает…

– Мяу, – поддакнул кот, правда, не очень искренне.

– Это последнее предупреждение! – отчеканил декан и вернулся на свое место. А я не придумала ничего лучше, как запустить в переноску руку и сжать этой наглой морде пасть. Теперь переноска тряслась, дрыгалась и пыталась вырваться, зато из нее больше никто не мяукал.

Наконец, приветственная речь ректора закончилась, и нам рассказали, как будет проходить непосредственно сам ритуал связи меня и котика.

Ритуал, как выяснилось, был не таким уж и сложным – нужно было всего лишь поставить переноску с Баком на специальный алтарь, прочитать написанную на старинном пергаменте фразу и дождаться, пока кот одобрительно на тебя посмотрит.

Я, конечно, волновалась. Всё-таки это был мой первый ритуал, и я не была уверена, что мое прочтение заклинания Бака устроит. К тому же Бак смотрел на меня с таким выражением, будто собирался проклясть меня до седьмого колена – или хотя бы до следующего обеда.

– Мяу! – возмущённо сообщил кот, когда я осторожно поставила переноску на алтарь.

– Тихо, Бак! Сейчас всё будет хорошо… – прошептала я и попыталась изобразить уверенность, которую обычно изображают только очень неуверенные в себе люди. Благо алтарей было четыре, то есть четыре факультета проводили ритуалы одновременно (эльфы в фамильярах не нуждались). Поэтому ко мне было приковано внимание не всей академии, а лишь всех первогодок с факультета земли и нашего декана.

– Начинайте! – не очень-то дружелюбно и совсем неторжественно приказал он.

Я глубоко вдохнула и принялась читать странные фразы

На секунду повисла напряжённая тишина. Даже Раймон фон Райт замер в ожидании чуда… или катастрофы.

И вдруг… Бак величественно зевнул, повернулся хвостом к аудитории и улёгся спать прямо в переноске, но перед этим он на меня посмотрел! Победа! Кажется, все облегчённо выдохнули. Даже декан впервые за утро перестал смотреть так, будто ему только что наступили на ногу.

– Ритуал завершён! – объявил он. – Поздравляю, теперь вы официально связаны морально и юридически.

Последняя фраза говорилась всем, но меня каждый раз после нее коробило. Хорошо хоть в нашем мире не додумались так заканчивать торжественную речь при регистрации брака…

Далее я оттащила Бака в комнату, быстро позавтракала, своровав рыжему гаду колбасу (хотя и была уверена, что он не заслужил), но я же обещала…

Отнесла колбасу, взяла сумку с книгами и пошла грызть гранит магических наук… И знаете, что? Это оказалось очень сложно, но не потому что я глупая, а потому что криворукая! Я привыкла писать ручками, а тут были эти перья и чернильницы! Мне приходилось постоянно следить за наклоном пера, за тем, чтобы оно не пересохло, обмакивать его в чернильницу после каждого штриха. А еще – не забывать стряхивать лишние капли, иначе очередная клякса была неизбежна.

К счастью, первый день содержал много воды, мало конкретики и доносил до нас только вводную информацию, поэтому писала я мало. Надо будет в комнате потренироваться.

За обедом мы, естественно, обсудили с Данте и Ашером, как прошли первые пары. Оказалось, у всех все было примерно одинаково. Потом мы решили направиться изучать территорию академии. Вот только в коридоре нас ждал сюрприз: куча народу, столпившегося около доски для объявлений.

– И чего в первый день могли такого там вывесить? – удивленно обратился к нам Данте.

– Не знаю, но судя по тому, как все ругаются, это что-то не самое хорошее, – задумчиво заметил Ашер.

А я не любила играть в угадайку, поэтому просто начала протискиваться сквозь толпу, чтобы увидеть один единственный лист, подвешенный в самый центр доски. И знаете, что нам нем было написано кривым подчерком? График отключения горячей воды в академии!

ГЛАВА 4

– Итак, дорогие мои, сегодня вы попали на первую пару, которая станет базой в вашей учебе. Маги земли должны отлично разбираться в растениеводстве, ведь именно это питает вашу силу!

Я скептически посмотрела сначала на аудиторию, за прозрачным стеклом которой раскинулся целый сад со всевозможными растениями, а потом на профессора. Он был одет так, будто собирался не лекцию вести, а сниматься в рекламе удобрений: зеленый бархатный фрак, бабочка цвета свежей травы и – клянусь всеми навозными жуками! – тяжелые ботинки, из которых, кажется, уже начали прорастать какие-то ростки.

Профессор Травинсон, а именно так он представился, важно взмахнул рукой, чуть не зацепив горшок с подозрительно зубастым кактусом, и пафсосно продолжил:

– Земля – это не просто грязь у вас под ногами! Это источник жизни, кладезь энергии и… – он сделал паузу, чтобы мы прониклись величием момента, – …главный поставщик витаминов для магического организма!

Я тихо застонала. Я никогда не любила грядки, клумбы и прочие радости огородников. А тут мне обещали несколько лет общения с грядками… А нам точно нельзя с Данте поменяться стихиями?

Профессор между тем уже вовсю размахивал граблями (откуда он их только достал?), а его речь становилась все более вдохновенной:

– Несомненно, на наших парах будет много магии, но пока мы начнем с самых простых физических работ. Сегодня, например, мы познакомимся с основами: как правильно разговаривать с редиской и не обидеть лук во время прополки!

Я закатила глаза … Если кто-то и мог заставить меня возненавидеть ботанику еще больше, так это этот энтузиаст в ботинках-рассадниках. Хотя у этой пары был один несомненный плюс: на ней мы почти ничего не писали, в отличие от следующей…

– Я рад приветствовать новых магов земли на первом профессиональном уроке. Меня зовут профессор Остел, и я надеюсь, что мне не надо объяснять, что предмет под названием «магия земли» у вас будет самым важным на протяжении всего времени обучения.

Профессор Остел поправил бабочку и выпрямился, насколько позволяла его слегка перекошенная на один бок походка. Его лицо при этом буквально сияло энтузиазмом.

– Многие считают землю самой слабой из четырех стихий! – продолжил он, размахивая руками как дирижерскими палочками. – О, как они ошибаются! Земля не рвет и не сжигает, как огонь; не смывает всё на своем пути, как вода; не кружит в ураганах, как воздух. Земля созидает! Она терпелива, но её сила – в стойкости. Она не разрушает – она поддерживает жизнь. Именно поэтому магия земли – это магия созидания! Без земли не было бы ни растений, ни волшебных грибов, ни… – тут профессор подозрительно посмотрел на кого-то в первом ряду – …ни вас!

После этой фразы Остел сделал драматическую паузу и обвел аудиторию взглядом. Я попыталась незаметно спрятаться за соседом, но профессор оказался зорок, и мне пришлось конспектировать его пламенную речь.