Ксения Каретникова – Расклад на любовь (страница 12)

— Добрый день, Станислав Викторович, — вежливо поздоровался мужчина гнусавым, но при этом приятным голосом. Может, простыл человек, насморк у него?

— Добрый, — кивнул Стас, — привёз вам гадалку. Это Ляля, — представил он меня, а затем представил мне мужчину: — А это Милослав Антонович, наш портье.

— Весьма приятно, очарован, — ответил мужчина и поцеловал мою ладонь, слегка наклонившись и заведя вторую руку за спину.

— Я тоже. Вы актер? — предположила я, уловив какую-то особую и знакомую мне энергетику от пожилого мужчины.

— Грешен, — слегка удивленно кивнул Милослав, — было это давно, да и неправдой. Дилетант я, без должного образования, играл небольшие роли в местном театре.

— Коллега, — улыбнулась я.

— Неужели? — приподнял он густые, почти белые брови. — Так вы не настоящая гадалка?

— Одно другому не мешает, — подал голос Стас, и я невольно кивнула. А рука Океанова коснулась моей спины, толкая чуть вперед. — Нам бы отдохнуть с дороги, наши номера готовы?

— Конечно, — кивнул портье и торжественно распахнул перед нами двустворчатые двери.

Внутри замок выглядел даже эффектней, чем снаружи. Мрачность и таинственность повсюду, в основном их создавал серый камень, которым были отделаны стены, металл в деталях и унылая охра темного дерева. Также вытянутые арки не только окон, но и проёмов, холла и дверных. На потолке фигурная лепнина. Слева, сразу от входа, была лестница с вычурными перилами, ведущая не только на второй этаж, но и вниз. Подвал? Ну конечно, какой замок без подвала! Надеюсь, там хранят бочонки с вином.

Справа расположилась стойка администрации, умело замаскированная, если бы не две улыбчивые девушки, чьи головы появились словно из ниоткуда, в небольших оконцах деревянной стены, я бы и не поняла, что за функциональность заключалась в этой части помещения.

Девушки поздоровались, а Милослав, вдруг взяв меня под локоток, заговорил:

— На первом этаже кухня, столовая, гостиная с камином и ваша, Ляля, рабочая комната. На втором этаже номера для отдыхающих, — он повел меня к лестнице, я поднималась по ступеням, придерживая руками длинную юбку. Стас шел следом, а завершал наше восхождение парень, который привёз нас сюда. Он тащил на себе мои чемоданы, ведь Стас обошёлся лишь ручной кладью, которую он нес сам.

Наши номера с хозяином отела располагались в самом конце длинного коридора-балкона. Были они соседними. Стас в свой заходить не стал, мы вчетвером оказались лишь в моем.

Мебель — объемная, вычурная, в готическом стиле. Высокий массивный шкаф с распашными дверками, пара стульев с высокими спинками, сундук, обтянутый кожей и кровать внушительных размеров с балдахином. Ткани для декора с красивым набивным рисунком, сделанным серебряной нитью.

Мне захотелось ахнуть, ощущение того, что я переместилась на несколько веков назад, появилось и покидать меня не собиралось.

Я выглянула в арочное огромное окно, вид открывался специфический: вдоль стены ров, заполненный водой, за ним провал в земле, словно отель стоял на горе. Но почему только с этой стороны так? Ведь с лицевой стороны замка было иначе.

— Каратау означает "чёрные горы", — заявил вдруг Стас, подходя ко мне и тоже выглядывая в окно. — Здесь цепочка гор, некоторые со временем соединились так, что сравняли местный ландшафт. Но не везде, как видишь. Отель стоит на одной из таких гор. Я тебя еще прогуляю по округе, уверен, ты впечатлишься, места красивые, хоть и мрачные.

Стас легонько коснулся моей спины, как это было внизу, только на этот раз вперед не толкал, а неожиданно погладил.

Парень, что занёс мои чемоданы, ушел, а вот Милослав стоял посередине комнаты, сложив руки в замок на уровне паха.

— Что-нибудь желаете? — спросил он, заметив, что мы с Океановым на него смотрим.

Стас качнул головой, а затем спросил:

— Гости все приехали?

— Нет. Два номера еще пустуют. Но, по моим подсчётам, все должны прибыть к ужину. Все остальные сейчас на прогулке.

— А когда ужин? — спросила я, почувствовав голодный спазм в животе.

— Через час, — ответил портье и, сделав книксен, поспешил на выход.

Едва за ним захлопнулась дверь, Стас произнес:

— Оленёнок, я тебя очень прошу, никому, даже сотрудникам, не говори, что ты не настоящая гадалка.

Глава 19

Стас ушел, а я принялась разбирать чемоданы. Развесила одежду в шкаф, разложила кое-какую мелочь на комоде. Весь инвентарь, который мне нужен для "работы", я сложила в увесистую холщовую сумку, ей много лет, с ней бабушка любила ходить по магазинам. Плюхнулась рядом с сумкой на кровать и задумчиво огляделась.

Странное чувство появилось у меня в этом месте. Явно оно непростое. Пропитанное какой-то странной атмосферой. Накатывает равнодушное спокойствие, некая заторможенность и мыслей, и движений.

Я невольно начала перебирать бусины на шее, а внутренний голос вдруг прошептал:

— Место силы.

Да, кажется, так сказала мне Елунова.

Тряхнув головой, я резко встала и, прихватив ведьминский инвентарь, направилась к выходу.

Ключ торчал в замке, я закрыла дверь, сунула ключ в карман юбки и шагнула к лестнице. Задрав повыше юбку, я начала спуск.

У стойки администрации стоял Милослав, беседуя с одной из девушек. Заметив меня, он улыбнулся.

— Я бы хотела посмотреть на свое рабочее место, — попросила я. Портье кивнул и повел меня по первому этажу.

Мы прошли через каскад арочных сводов, миновали большую гостиную с камином, он был высотой до потолка с каменной кладкой, колпак украшен полками, на них размещались всевозможные предметы: кухонная утварь, посуда — это все, что я успела заметить. А еще заметила в гостиной Стаса, он разговаривал с кем-то по телефону. Сразу за гостиной оказалась дверь. Деревянная, резная. Милослав достал из кармана камзола ключ и протянул его мне:

— Прошу.

Ключ особо не отличался от того, которым я закрыла дверь своего номера. Явно искусственно состаренный. Я сунула его в замок и вскоре вошла в помещение.

Темное, довольно мрачное. Стены каменные, как в коридоре, большой стол, застеленный свисающей аж до пола красной, даже алой скатертью. Такого же цвета шторы на двух небольших окнах и даже сидушки и спинки у четырёх стульев. Из мебели был еще открытый стеллаж между окнами, пустой. На столе, на подставке, стоял большой круглый стеклянный шар и упаковка чайных свечей, черных. Я подошла к столу и положила на него свою сумку. Начала не спеша выкладывать вещи и предметы. Милослав, который зашёл следом, внимательно за мной наблюдал.

Когда мы шопились с Маринкой, зашли в небольшой магазинчик в центре города, торгующий всякими эзотерическими штуками. Там мы не только затарились, но и послушали целую лекцию у консультанта-фанатика. "Ведьмин алтарь, — сказал нам он, — обычно содержит символы четырех стихий. Огонь представлен свечой, Воздух — благовонием, Земля — пентаклем или солью, а Вода присутствует на алтаре в виде кубка или чаши". Вот я сейчас и пыталась воссоздать на столе ведьмин алтарь, и для него у меня было небольшое алтарное покрывало, больше напоминающее салфетку, с пектаклем посередине, чаша-курильница для благовоний, высокий кубок и вычурные подсвечники… Свечи, которые я нашла в коробке с прабабушкиными картами, тоже не забыла взять.

Стеклянный шар я тоже приобрела, только мой, в отличие от того, что стоял уже на столе, мог искрить молнией, разумеется, такой эффект создавался благодаря батарейкам, самым простым, пальчиковым.

Остальные предметы, такие, как пучки трав и баночки с маслами, я разложила на полках стеллажа.

— Вот теперь картинка полная, — констатировал портье, озираясь. — У меня даже мурашки побежали. А что это? — кивнул он на нож из цельного куска обсидиана.

— Это атам. Ритуальный нож с тупым лезвием. С помощью него ведьма "обрезает" энергетические привязки, старую информацию, воздействие черной магии, разрезает путы страха, сомнений, хронических неудач… — ответила я опять же словами консультанта из магазина. Милослав очарованно закивал, а я достала последнее из сумки — колоду карт.

— Вы специализируетесь на картах? — поинтересовался портье.

— На них.

— А мне можете погадать?

Я с сомнением посмотрела на мужчину, но он так просительно стрелял в меня глазами, что я согласилась. Открыла коробку с картами, села за стол и начала раскладывать карты на алтарной салфетке.

Милослав присел на стул напротив и в ожидании смотрел, что делали мои руки.

Открыла одну карту, вторую, третью… в голове туман, запахи, солёные и горькие, звуки — гул, как будто воет ветер. Но это все не мешало, а даже помогало мне говорить:

— Вы талантливый человек, за что не возьметесь, все у вас получается… и головой работать, и руками. Только вам быстро все надоедает. Он кивнул, улыбнулся, а я продолжила: — Одиночество, вы с ним давно. Но привыкнуть не смогли, хоть и сами себя на него обрекли. Прокляли буквально… Поэтому вы здесь. Хотите быть нужным…

Глава 20

— Хочу, — неожиданно ответил Милослав.

Посмотрела на него и не только увидела, но и почувствовала груз этого самого одиночества. Он тяжкой ношей лежал на хоть и худеньких, но широких плечах.

— А еще с этим местом вас связывает что-то. Давно было… — я продолжила раскладывать карты и называть то, что вижу: — Обрыв, женщина, полет… — сказала, и самой не по себе стало. Словно это я лечу с обрыва. Долго, вниз, но самое интересное — наслаждаясь полётом. Как будто я так и хотела.