Ксения Кабак – Время для мага. Лучшая фантастика 2020 (страница 64)
Большой зверь посмотрел на маленького и улыбнулся всей своей огромной пастью, продемонстрировав все свои не поддающиеся подсчету зубы. Глаза его излучали доброту. И все же Сволочь Порядочный невольно отпрянул и проговорил:
– От, сука, страшный…
Большому зверю это понравилось, и он так и стал себя именовать впредь – Сука Страшный. А Сволочь Порядочный, в свою очередь, увидев все эти зубы и пасть, навсегда зарекся кусаться и переключился на занятия мелкой магией, которая со временем приняла довольно большие размеры. А Сука Страшный за это время довольно сносно освоил игру на заплечной фисгармонии.
Так встретились Сука Страшный и Сволочь Порядочный, так они подружились, так образовался этот необычный творческий дуэт. И начали они кочевать с планеты на планету, с астероида на астероид с художественной программой, выдержанной в оригинальном жанре. Сука Страшный играл на заплечной фисгармонии, а Сволочь Порядочный показывал фокусы, и оба они пели песни на два голоса. Поскольку места они посещали в основном аграрные, крупных мегаполисов избегали, то и тематика у них была в основном сельскохозяйственная и весьма жизнеутверждающая:
Первое официально задокументированное упоминание об этом эстрадном дуэте относится ко временам еще только освоения Большого пояса астероидов. Там тогда попадалось много проходимцев, и все было очень строго. И вот на астероиде Анекдотный-205 Суку Страшного и Сволоча Порядочного арестовали за бродяжничество и тунеядство и посадили в участок. Конечно же, бродяжничество и тунеядство были всего лишь предлогом, на самом деле астероидные власти желали поживиться с бедных бродячих артистов, считая их несметно богатыми, но скрывающими свои достатки. В те времена так было на всех, едва только освоенных, астероидах Большого пояса.
Чтобы деятели искусств были посговорчивее, их посадили в одну камеру с известным на весь Большой пояс дебоширом и растлителем, рецидивистом Зыряном Стигматуллиным, арестованным накануне за то, что тот украл на базаре яблоко.
Сука Страшный сразу же брякнулся на нары и тут же мирно уснул, слегка похрапывая. А склонный к общительности Сволочь Порядочный урча пошел знакомиться. Зырян угрожающе навис над тщедушным существом.
– За что сидим? – грозно спросил рецидивист.
– Да так, – невинно хлопая ресницами, произнес Сволочь Порядочный. – Шутки шутим, песни поем, фокусы разные показываем…
– Какие такие фокусы? – еще более грозно спросил Зырян.
– Да разные случается…
– Ну, так колись!
– Ну, вот, к примеру… – начал Сволочь, – ты бы хотел, чтобы член твой доставал аж до полу?
Зырян зареготал так, что эхо поскакало по всем уголкам небольшой тюремной камеры.
– Конечно, хочу!
Сволочь локтем толкнул в бок своего спящего товарища. Тот вскочил на нарах и бешено завращал глазами, как умел только он.
– Сука, дружок, – кротко произнес Сволочь, – откуси ему ноги…
Информация о том, что произошло в камере после этого, не сохранилась ни в официальных источниках, ни в народной памяти, однако Зыряна Стигматуллина в Большом поясе астероидов с тех пор больше никто не видел…
Впрочем, многие утверждают, что это вовсе не официально задокументированное упоминание, а просто народное предание или, если еще проще, исторический анекдот. И не простой анекдот, а анекдот с очень большой бородой. Более того, некоторые вообще утверждают, что история эта никакого отношения к Суке Страшному и Сволочу Порядочному не имеет, что в ней были задействованы совсем другие персонажи, и все это случилось не во времена освоения Большого пояса астероидов, а гораздо раньше, во времена, когда цивилизация еще не покинула пределов Метрополии. Другие же считают, что это миф с его вечным возвращением, существующий в соответствии с культурологической теорией, появившейся в те же стародавние времена…
Впрочем, в таком случае эта история могла бы послужить эпиграфом к тому повествованию, что будет далее. А далее произошло следующее.
Сандал Звездогорович Сипульник вновь посмотрел на Суку Страшного и Сволоча Порядочного и задумчиво произнес:
– Когда эта планета будет моей, таких индивидуумов здесь не будет. А это случится очень скоро. Попомните мое слово!
Он обернулся, чтобы окинуть взглядом своих помощников, убедился в том, что они успешно сошли с трапа и чемоданы у них в руках, и скомандовал:
– За мной!
Сказав это, Сипульник покатился к зданию метеоритной администрации. Помощники с чемоданами послушно последовали за ним. Сука Страшный и Сволочь Порядочный молча переглянулись, пожали плечами и пошли в домик, который отвели им жители астероида, когда предложили остаться.
Сандал Звездогорович с помощниками и чемоданами зашел в здание астероидной администрации. Какое-то время было тихо. Только дубоковыль шелестел на фиолетовых холмах. Только стратозяблики пересвистывались в зарослях древовидного чертополоха. Пролетела жабоворонка, маленьким смерчиком взвихрилась пыль на проселочной дороге…
Потом из дверей метеоритной администрации вышел Сипульник, довольно потирая руки. За ним вышли его помощники. У каждого из них было уже только по одному чемодану.
– Да-а-а… – только и сказал Сандал Звездогорович.
– Да-да-а-а… – вторил шефу Первый помощник.
– Да-да-да-а-а… – поддержал их обоих Второй помощник.
Сипульник на миг вспомнил, что хотел уволить Второго помощника за то, что он много болтает, но о том, что все это уже было – и не однажды, и с ними, и не с ними, – он уже не вспомнил.
– За мной! – скомандовал Сипульник и покатился к Центральной площади астероида Успенский-966. Помощники с чемоданами последовали за ним.
А из дверей астероидной администрации торопливо вышли Председатель Правления и Главный Судья. У каждого в руках было по чемодану. По тому самому, что раньше были у помощников Сипульника. Председатель Правления и Главный Судья поспешили каждый к своей личной ракете. Корабли взмыли ввысь, покидая астероид Успенский-966. Как потом выяснилось, навсегда…
Сука Страшный и Сволочь Порядочный мирно отдыхали в своем скромном домике – каждый на своей коечке. И прислушивались к шуму, доносящемуся снаружи, с Центральной площади астероида Успенский-966.
А оттуда доносились громкие возгласы Сандала Звездогоровича Сипульника:
– Подходите! Подходите скорее! Подходите все! Всем положены компенсации!
Его помощников слышно не было. Все-таки они оба были немногословны, зря он хотел уволить одного из них. Впрочем, Сипульник все равно об этом забыл… Он думал только об астероиде Успенский-966.
– Ведь надурит же, – меланхолично сказал Сволочь Порядочный, глядя в потолок на фиолетового таракана, который гнался за зеленой четвероножкой.
– Надурит, к гадалке не ходи, – поддержал его так же меланхолично Сука Страшный, также глядя в потолок на зеленую четвероножку, которая, в свою очередь, гналась за фиолетовым тараканом в обратном направлении.
– Еще не знаю как, но надурит точно…
– Даже сомнений нет…
– Как говорили у меня на родине, на астероиде Чунга-Чанга-488, не возжелай банана, что растет на склоне вулкана.
– Мудрые слова.
Сука Страшный и Сволочь Порядочный еще немного полежали. Они слушали, как гул толпы сначала нарастал, нарастал, так, что со временем выкрики Сипульника стали даже тонуть в нем. В какой-то момент гул достиг своего пика и начал спадать. Вновь стали отчетливо слышны выкрики Сандала Звездогоровича:
– Ну, кто еще не получил компенсацию? Подходите скорее! И не забывайте расписываться в ведомости… Не забывайте… Так-так… Это для отчетности. Мир должен знать, что все жители астероида Успенский-966 получили компенсацию…
– Почему никто не спрашивает, за что эта компенсация? – задумчиво спросил Сука Страшный. – Это компенсация – чего?
– Видимо, потому что, когда у человека что-то забирают, он интересуется – за что, – так же задумчиво ответил Сволочь Порядочный. – А если дают, то воспринимает это как должное… Закон Вселенной…
Сука Страшный и Сволочь Порядочный полежали еще немного. Фиолетовый таракан и зеленая четвероножка попрятались по щелям. Гул толпы на Центральной площади астероида Успенский-966 стал еще тише.
– Пойдем посмотрим? – предложил Сука Страшный. – Чувствую, добром это не кончится…
– Пойдем, – поддержал его Сволочь Порядочный. – Кто, как не мы, сможет привнести толику добра в этот недобрый в общем-то мир…
И они пошли на Центральную площадь.
А площадь была полна радостных жителей астероида. Они бодро похлопывали друг друга по плечам и обсуждали, что они в первую очередь приобретут для своего хозяйства на полученные средства, а что – немного погодя.
– Ну а теперь, когда каждый получил свое, – торжественно произнес Сандал Звездогорович Сипульник, – прощайте, господа!
– До свидания, уважаемый, – раздались благодарные реплики из толпы.
– Нет, не до свидания, а именно прощайте, – уточнил Сипульник. – Чтоб я вас никого больше не видел на своем астероиде!
– Но это же наш астероид! – выкрикнул кто-то.
– Был ваш, стал мой. Вы только что его продали мне. Каждый свой пай. У меня есть все ваши подписи. Любой суд примет мою сторону.
– Мы пожалуемся Председателю Правления, – сказал кто-то.
– Мы пожалуемся Главному Судье, – сказал кто-то еще.
Сипульник презрительно хмыкнул: