Ксения Хиж – Твоя девчонка больше не придет (страница 2)

– Я не хочу есть, – говорю и иду в спальню, вырвавшись.

Он идет следом. И когда я падаю навзничь на кровать, опускается на меня сверху. Привычно ощущаю его ладонь на моей груди, которую он ловко под меня подсунул. Сжимает. Упершись о локти и колени, не наваливается на меня всем весом, а лишь нависает и горячо шепчет в шею что скучал.

Я чувствую, что его в джинсах закипает жизнь. Слышу звук расстёгивающейся ширинки. Он мнет мою задницу, пытаясь стянуть с меня брюки. И я с отвращением к себе понимаю, что тоже хочу его. Безропотно расслабляюсь и позволяю ему сделать это. Он входит в меня с довольным стоном, я и сама сладко выдыхаю и вгрызаюсь в подушку зубами.

Он кончает в меня, и сквозь его рычание я слышу, как пиликает его телефон. Раз, потом второй, третий. Еще и еще.

И я даже знаю кто это такой настойчивый. Такая.

Он идет в душ, на мое удивление, не беря с собой телефон. И я беру его первой. Но нет, это всего лишь спам.

Ночью я не сомкнула глаз. А уже на следующий день меня ждал сюрприз.

Из Рима вернулась моя сестра. Прикатила к нам в гости прямо из аэропорта. За бокалом вина она долго рассказывала о своем путешествии, о чартерных рейсах и всех неудобствах перелета. Я слушала в пол уха, а перед глазами стояла та моль.

Все порывалась с ней поделиться, но не находила сил. Слишком лично. И слишком позорно.

– Все-таки, классную вам квартиру предки подарили, – в очередной раз восхитилась она нашей трешкой в историческом центре города. Я скептически ухмыльнулась. Трешка как трешка, могла быть и лучше. Я всегда жила в достатке, так же, как и Тимур. Наши отцы партнеры по бизнесу, а мы знакомы с самого раннего детства. И кажется, что о том, что мы поженимся и будем семьей мы знали еще со школьной скамьи. Он мой друг. Он мой первый мужчина. Он моё всё.

Был. До вчерашнего дня. Семья для меня святое.

Мой отец богат, но я знаю и вижу, как он любит мою маму, даже спустя двадцать пять лет брака. Это редкое по нынешним временам качество, и я верила и надеялась, что Тим сможет быть на него похож.

Но видимо он из другого теста. Из говна он, а не теста!

– А ты чего такая хмурая? – сестра протянула руку и коснулась моего золотого браслета из последней коллекции Картье.

– Да нормально всё, – я улыбнулась. – Слушай, а ты бы простила измену?

Лика округлила карие глаза. Она копия мама – темненькая и кареглазая, не высокого роста. Я же копия отец – высокая, гордая, зеленоглазая.

– А к чему ты спрашиваешь такое? – она настороженно посмотрела на дверь. – Тим что тебе не верен?

Я фыркнула.

– Ну причем здесь Тим? У нас свадебное путешествие на носу, какие могут быть измены? Я просто спрашиваю. Интересно вдруг стало.

– Ну не знаю, – протянула она, скрутив пухлые губы в трубочку. – Если у него будет столько же бабок как у нашего отца, не уродское лицо и он будет по-умному ЭТО от меня скрывать, то простила бы. Все мужики такие, ты же знаешь.

– А наш папа?

– О! его не приплетай, пожалуйста, он у нас святой человек! А может просто делает все по-умному.

– Фу!

– Вот тебе и фу.

– То есть по любви ты замуж не пойдешь? Только за деньги?

– Ты же знаешь. Это тебе повезло и любовь, и бабки. Мне такого женишка папа не заготовил.

Я промолчала. Сестра всегда меня ревновала к родителям, я младшая меня больше любят – по ее мнению. Отсюда и бесконечная зависть. Но ведь это я окончила школу с золотой медалью. Я гордость и прилежная дочка родителей. А она оторва, постоянно в какие-то грязные истории вляпывается. А потом обиды.

Выдохнула.

– А как же гордость?

Лика громко рассмеялась.

– Косточка, хватит нести чушь.

Меня покоробило.

Кос, кося, косточка – как меня близкие только не называли. Их это умиляет. И только отец называет меня Констанция – так, как меня и зовут. Странное имя знаю. Необычное по нынешним временам. Но мою бабушку, мать отца звали так же. И я этим горжусь.

– Ладно, буду на тренировку собираться, – спохватилась я, рада предлогу сбежать от сестры. Та тоже засобиралась, водитель отца уже ждал ее у подъезда. Мы попрощались и я, сходив в душ, переоделась сразу в спортивное. Мятного цвета топ и такие же лосины идеально смотрелись на моей точеной фигуре. Мазнула губы гигиенической помадой. Они у меня от природы пухлые, так что никакого гиалурона! Собрала волосы в высокий хвост. В уши гвоздики с бриллиантами, бриллиант на шею в виде капельки на прозрачной нитке. Капля духов на шею и запястье. Долго искала ключи от машины, но все же нашла. Тим мне еще ни разу не позвонил.

Тренировка прошла по плану. Потом бассейн, сауна, душ. Хотела еще задержаться на массаже, но район, в котором находилась, не давал мне покоя. А все потому, что это как раз старые застройки вдоль злополучного парка, в котором вчера состоялось мое рандеву. И именно в эти дворы так торопилась та моль.

Жилых домов здесь было не много, сплошь двухэтажные бараки, да частный сектор. Решила немного прокатиться по этим улочкам, никогда раньше внимания на них не обращала. Отчего-то чувствовала, что обязательно ее увижу… и ведь насмешка судьбы – увидела…

Глава 2. Попалась птичка

КОНСТАНЦИЯ

За окном страшенный ливень. Моя машина виляет по лужам, словно в пьяном бреду. Ни черта не видно, дворники едва справляются. По обе стороны от меня бараки, гаражи и снова бараки. Никогда не замечала раньше, что мой не дешевый фитнес зал в такой дыре. С фасада он респектабелен и красив. Рядом торговый центр и рестораны, а за ними оказывается такое дерьмо.

Как хорошо, что я никогда не жила в подобных условиях. Как же все-таки мне повезло. Наверное, только оказавшись за зоной комфорта, начинаешь понимать и даже ценить все то, что у тебя есть. Я живу, не зная проблем, ни ипотек, ни кредитов – я не считаю деньги, которые трачу. В день могу и тысяч сорок спустить. У меня безлимит на карте, что выдал мне отец еще на совершеннолетие. Плюс я работаю в офисе его дочерней компании. Сама пробираюсь по карьерной лестнице, хоть мне и открыты все двери и делают поблажки. Все, кроме начальницы. Она дама с принципами. Ее даже мой отец уважает.

Я питаюсь исключительно в ресторанах. Иногда могу сама что-то приготовить, но это максимум легкий салат. Или Тим побалует своими блинами. У него прямо бзик на выпечке, любит он это дело.

Я одеваюсь в бренды. Я хожу к дорогому косметологу. Я увешана бриллиантами, словно елка.

Я должна быть счастливой. С тем, кого выбрало мое сердце!

И когда я уже решаю уезжать отсюда, резко выворачивая руль вправо, под мои колеса бросается какая-то тень. Я резко давлю на тормоз, стараясь не паниковать, раньше времени и даю себе несколько секунд чтобы прийти в себя.

Перекресток – громко сказано. Так, узкие дорожки в отдаленном частном секторе, в который я как-то забрела. Вокруг ни души. Дождь стеной. Ни черта не видно. Гром и молнии. В низких домах даже света нет, хотя на улице вдруг стало почти темно. Гетто, как оно есть.

Время замирает. Картина перед лицом как из фильма про апокалипсис. И я в этом дешевом триллере главный герой.

Истерично усмехаюсь себе под нос.

Но так и есть. Под моими колесами кто-то лежит.

Я чертыхаюсь, отстегиваю ремень безопасности и дрожащими вмиг руками открываю дверь. Снаружи ветер. Я в одно мгновение становлюсь мокрой до самых трусов. Приседаю. Под передними колесами тело. Не шевелится. Но колеса перед жертвой, а значит наехать или переехать не успела. Просто сбила бампером, но от этого не легче. Вся жизнь проносится перед глазами.

Господи, что же теперь будет!

– Эй! – подхожу и сажусь рядом с телом. Тяну за голубую кофту, за рукав. Рука тонкая и безжизненная. Тяну на себя так, чтобы голова что находится в луже чуть повернулась. Крови нет, и это обнадеживает. А когда заглядываю в безжизненное девичье лицо, обмираю.

Моль попалась в ловушку, – визжит противный голос в голове. Не знала, что моя натура имеет еще и такое Альтер эго. Удивлена. Но противный голосок внутри радуется.

Тяну ее на себя, хватаю за талию – и откуда только силы взялись, тащу к пассажирской двери и не без труда, но затаскиваю ее на сиденье. Захлопываю дверь, какое-то время еще стою и смотрю в окно на её размытое дождем отражение, а потом оббегаю машину и сажусь за руль.

Проверять есть ли пульс не стала. Нажала на газ и сорвалась с места.

Куда ехать, куда эту дрянь везти?!

В больницу?

Полицию?

Позвонить отцу?

А может выкинуть – никто же не вдел!?

Что с этой молью делать?!

Голова разрывалась от паники и этих вопросов. А потом вдруг пришло озарение. Я отвезу ее туда, где никто не найдет, ни одна живая душа. Если она окочурилась по моей вине, я ее там закопаю!

О господи, только не это!

Слезы полились потоком.

Только живи, дрянь, живи! Не порти мне жизнь окончательно!

А если жива….посмотрим.