Ксения Хадунова – Мой дорогой человек (страница 6)
В итоге вечером я встречала Ваню, уже не лежа в кровати с градусником под мышкой, а быстро перемещаясь на кухне. Удивительно, но за время готовки силы у меня прибавились. А градусник, когда я, спохватившись, все же решила измерить температуру, показал вполне допустимые тридцать шесть и восемь. Ура!
Поужинав и напившись чаю с черничным пирогом, который принес Ваня, мы переместились в комнату. Включили какой-то нашумевший фильм и уселись вдвоем на диване перед экраном. В какой-то момент я положила Ване голову на плечо, а он нежно обнял меня, гладя рукой по волосам…
Ну а дальше случилось то, что случилось. То, что обычно и происходит, когда парень и девушка нравятся друг другу. Фильм уже давно закончился, потом на повторе включился заново, на небе зажглись звезды, а мы все не могли оторваться друг от друга. И Ваня остался у меня ночевать. Уже тогда, когда он, наконец, заснул, я выбралась на балкон: распахнула окна и полной грудью вдохнула холодный воздух. Головокружительно свежий, пахнущий первыми цветами миндаля и наступающей весной. Весной, в которой я, наконец, буду по-настоящему любима.
Глава четвертая
С того дня мы с Ваней почти не расставались. Ну, разве что только утром, когда разбегались по работам. И то, благодарю ему я больше не добиралась до салона на автобусах и маршрутках – теперь меня подвозили прямо до дверей. Ваня еще не переехал ко мне окончательно, но все чаще оставался ночевать. Мы проводили много времени вместе – покупали продукты в магазинах, смеясь, готовили какие-то сумасшедшие ужины, смотрели кино и принимали ванну. Это были невероятные, прямо-таки безупречные отношения, словно идеальная картинка из Pinterest.
Первое время я еще ожидала какого-то подвоха – увлечения алкоголем, азартными играми, скандалы, разбросанные носки, наконец… Ох, как о многом в свое время рассказывали мне девчонки, жалуясь на своих парней и мужей… Но Ваня был совсем другим – даже нудную работу по дому он делал легко и спокойно. И с непременной улыбкой.
Девчонки в салоне не скрывали зависти. А те, у кого не было отношений, атаковали Маринку просьбами снова воспользоваться чудо-приложением и наладить их личную жизнь. Марина смеялась, загружала анкету, но дальше изучения фото потенциальных кавалеров ни у одной из девчонок дело не дошло. Периодически вслушиваясь в их разговоры и стенания, в душе я тихо ликовала, с каждым днем все больше осознавая, как мне повезло.
Но однажды… Однажды все закончилось. По всем законам жанра. Как-то раз дождливым апрельским вечером за пару часов до конца рабочего дня я решила набрать Ваню и поинтересоваться, заберет ли он меня сегодня. Он сбросил вызов. Потом еще раз и еще… Наконец, до меня дошло, что это не он. Что не может человек сбрасывать вызов с одинаковой периодичностью – после второго гудка. И что это – обычный черный список…
Вызвав такси и отпросившись у девчонок, наврав им про некстати возникшую головную боль, я помчалась домой. Открыла дверь своим ключом, вбежала в квартиру и растерянно огляделась. Пустота. Вани не было – но вместе с тем не было и его вещей, которые он регулярно оставлял у меня. В ванной комнате, в стаканчике на полочке, скучала в одиночестве моя зубная щетка, на сушилке на балконе не нашлось его футболок, а из шкафчика на кухне пропала баночка кофе – того, которое пил только он. Не знаю почему, но отсутствие кофе меня и добило… Я, как и была, в куртке и сапогах, плюхнулась на табуретку и зарыдала.
Наверное, еще пару дней после этого глупого и такого непонятного расставания я еще на что—то надеялась. Думала, что это просто кошмар: совсем скоро наступит утро, я проснусь и Ваня обязательно будет рядом. Возьмет меня за руку, сонно чмокнет в висок и, нашарив ногами тапочки под диваном, отправится на кухню варить кофе. А я, даже из-под одеяла учуяв его насыщенный аромат, отправлюсь следом. Мы будем завтракать, смеяться, планировать день и спорить о том, какой сериал начнем смотреть вечером. Все будет также чудесно, как раньше – совсем как в женских романах, которые с упоением читает моя мама. У нас будет семья, будут дети, совместные отпуска на заграничных пляжах с белым песком, пальмами и громким шелестом океанских волн. Нужно только немного подождать – и все обязательно наладится…
Не наладилось. Не знаю, какой идиоткой я тогда была. На что надеялась? Чего ждала? Взяв несколько дней паузы и уйдя на мнимый больничный, я целыми днями слонялась по квартире. Делать ничего не могла – все валилось из рук. Включала и выключала фильмы, пыталась готовить – и просто выбрасывала продукты, потому что умудрилась превратить в нечто безвкусное даже обычную яичницу. Впрочем, есть тогда вообще не хотелось, меня часто мутило и кружилась голова. Я списывала это на стресс и тихо радовалась тому, что и в самом деле могу целыми днями валяться в кровати, изображая из себя больную, и смотреть в потолок. В последнее время это стало моим излюбленным занятием.
Но все когда-нибудь кончается… Закончился и мой фальшивый больничный. Не скажу, что мне стало лучше, но в какой-то момент я, наконец, поняла и приняла все, что со мной случилось. Ваня ушел. В моей жизни его больше не будет. И нужно подниматься с кровати, кутаться в любимый шарф – и мчаться на работу. Потому что жизнь, как ни крути, продолжается. Да, без Вани, без наших прогулок, свиданий и смеха. Но она продолжается и ее нужно жить достойно, как я и жила ее всегда.
В салоне все было по-прежнему. Девчонки весело щебетали друг с другом и клиентками, гостьи преображались, улыбались и жарко благодарили за новые стрижки и окрашивания. А в город тем временем, наконец, пришла самая настоящая весна.
Еще в первый день, выйдя из подъезда, я поразилась тому, как изменился мир вокруг. Все вдруг удивительным образом зазеленело и зацвело. Воздух, пропитанный ароматами свежести, влажной земли и нарциссов, был невероятно вкусным. Наверное, именно так и пахнет свобода – свобода от себя, от обязательств, от дурных мыслей, висящих грузом на сердце. Выйдя из подъезда, я сделала глубокий вдох и зажмурилась. А, когда открыла глаза, увидела залитый солнцем двор, голубое небо, нежно-розовые цветы дикой яблони и поняла – вот оно, счастье. Рядом. Нужно только его увидеть.
До конца апреля жизнь бежала своим чередом. Я много работала и гуляла в одиночестве по городу, любуясь тем, как он просыпается и преображается после зимней спячки. Кормила вышагивающих по тротуару голубей и юрких воробушков, читала книжки, сидя на лавочке на бульваре, и училась замечать окружающую меня красоту. Эта весна была совсем другой, совершенно новой и невероятно важной для меня. Во всяком случае, тогда мне так казалось. Впрочем, уже совсем скоро выяснилось, что интуиция меня не подвела – этой весне и в самом деле суждено было стать новой и необычайно важной для меня.
В тот день я сидела на работе и, пользуясь возникшей паузой – клиенток было очень много – лопала салат «Цезарь», запивая его яблочным соком, и просматривала киноафишу на вечер. Хотела сводить маму на какой-нибудь новенький фильм… В какой—то момент я оторвалась от экрана компьютера и оглядела салон. Настя в этот момент весело болтала с очередной гостьей, щедро нанося краску ей на волосы. Внезапно я почувствовала, как резкий и въедливый запах буквально заполонил помещение.
– Насть, это что, какая—то новая краска? – закашлялась я. На глазах выступили слезы. Ну и вонь!
– Нет, а почему ты спросила? – с удивлением посмотрела она на меня. – Все как обычно. Мы с этим поставщиком уже четыре года работаем.
– Не знаю, но почему-то просто не могу ей дышать, – призналась я. И удивилась себе – обычно на краску я реагирую вполне спокойно, можно даже сказать, сдержанно.
– Странно, – Настя пожала плечами и вернулась к своему занятию. А я, еще немного посидев в салоне и подышав красителем, пулей помчалась в туалет. Меня трясло и выворачивало. Кружилась голова, кожа вмиг стала липкой и влажной, волосы взмокли. Да что же это такое? Еще не хватало заболеть! Неужели простыла, пока вчера гуляла вечером по городу? Но откуда тогда тошнота?
– Ириш, все нормально? – с беспокойством посмотрели на меня девчонки, когда я, наконец, бледная и взлохмаченная, выползла из туалета.
– Не очень, – прошептала я, пытаясь собрать себя в кучу. – Голова очень кружится. И тошнит.
– Да ты что! Отравилась что ли? Или от краски?
– Не знаю…
Я плюхнулась на свое место и впервые пожалела о том, что стул у меня не обычный, а крутящийся.
– Может, отпустить тебя домой? – осторожно предложила Люба. – До конца дня девчонки сами доработают, да и я помогу если что, у меня во второй половине дня только одна клиентка.
– Спасибо, – прошептала я, собираясь с силами и пытаясь подняться на ноги. – Я и в самом деле лучше поеду домой, отлежусь.
– Вызвать тебе такси? – обеспокоенно спросила Вероника.
– О нет, такси точно не надо, – в ужасе проговорила я, ощущая вновь подкатившую к горлу дурноту. – Я лучше пройдусь немного, подышу свежим воздухом. Приду в себя.
– Как скажешь. Выздоравливай!
– Спасибо, девчонки.
Кое-как встав, я натянула куртку, перекинула через плечо ремень ярко-красной сумочки, подаренной на 8 марта мамой… И в этот момент меня кто-то дернул за рукав. Я обернулась. Маринка.