Ксения Громова – Жена чудовища (страница 5)

— Да они, наверное, шпионки…

— Мы не шпионки! — воскликнула Паулина. Но этим парням было все равно, говорили мы правду или нет.

— Отведем к командиру…

— Он вознаградит…

— Ведем!

Я не знаю, что ими управляло. Зачем они это делали. Но через секунду нас скрутили и куда-то потащили. Я не вырывалась. Не кричала. Я просто оцепенела, когда почувствовала холодное лезвие у своего горла. Паулина же, бесстрашная или бессмертная, кричала и вырывалась. И даже пара оплеух не смогли успокоить ее.

Мы были возле здания мэрии. Скорее всего, командир именно здесь и остановился. Поэтому нас и приняли за шпионок. Но я верила, хоть и моя вера была и слаба, но я верила, что исход этого дня будет… не смертельным для нас. Ведь мы могли все объяснить! И нас отпустят… Мы простые девушки, самые обыкновенные…

Нас втащили в кабинет, где находился мужчина.

Командир. Точно он. Высокий, светловолосый и голубоглазый. Точно северянин. Он нахмурился и медленно обвел нас взглядом. А взгляд у него был тяжелый. Даже Паулина затихла. И вся бравада солдат куда-то исчезла.

Мужчина скрестил руки на груди и расслаблено прислонился бедром к столу, заваленный картами и карандашами.

— Это что такое? — тихо спросил мужчина, указательным пальцем показывая на меня и Паулину.

Парни переглянулись. Ну, что? Уже не такие смелые? Они действительно боялись своего командира. Значит, мне тоже нужно было бояться его. Если у него солдаты такие, даже страшно представить, какой он…

— Шпионки! Бродили вокруг здания, вот мы…

— Что вы? — спросил мужчина, приподняв брови в удивлении.

— Мы обезвредили их и решили привести к вам, чтобы вы решили, что с ними делать…

Несколько секунд мужчина молчал, а потом запрокинул голову и рассмеялся. Смех его был низким и немного хриплым.

Затем он оттолкнулся от стола и направился к нам. Пока он не казался агрессивным, а у меня уже сердце в пятки ушло. Я хотела жить. И желательно без боли.

Командир остановился перед Паулиной, затем перевел взгляд на меня.

Я чувствовала себя неуютно. Мне хотелось спрятаться. Сбежать. Лишь бы он не смотрел на меня.

— Эту определить в столовую, пусть готовит, — он указал пальцем на Паулину, но при этом смотрел на меня. — А эта… Пусть останется.

9 

Абрам

Он сразу понял, что эти солдаты были не его. Приспешники. Абрам это понял не только потому, что эти парни были в чужой форме, а потому, что его солдаты даже не посмели бы тронуть девушек. Ублюдки даже придумали складную историю: шпионки. Абрам даже не выдержал и рассмеялся. Шпионки? Да ему одного взгляда хватило, чтобы понять, что это чушь. И ложь. А Абрам не любил, когда ему лгали. Парни, сами того не понимая, приближали свое наказание. И только усугубляли свое положение.

Одна из девушек боялась, но пыталась храбриться. За это Абрам сразу же стал ее уважать. Но он также заметил взгляд, которым она осмотрела его. Оценивала. Присматривалась. Она была умна. Сразу поняла, что у него есть власть. Сразу осознала, кто здесь хозяин.

Абрам поморщился. Все уважение к ней стало исчезать. Абрам перевел взгляд на другую девушку. На первый взгляд она казалось совершенно обычной. Серой. Неприметной. Но почему так тяжело было оторвать от нее взгляд? Невысокая и до жути худая. В карих глазах были страх, голод и боль. Она была слишком бледна, а ее темные волосы спутались, обрамляли лицо.

Ничего особенного. Маленькая. Обиженная судьбой. Он видел таких. Сотни. Две сотни.

Абрам не был благотворительной организацией. Он не спасал, он не убивал.

Но он также делал, что хотел. А хотел он сейчас эту девчонку. Нет, он не собирался ее насиловать. У Абрама появилось неожиданное предложение. К ней. Он предложит. Ее дело согласиться… или отказаться.

Другую девушку увели. Абрам был уверен, что с ней все будет в порядке.

Дверь закрылась. И Абрам остался наедине с девчонкой, которая дрожала.

Керри

Я не понимала, что происходит. Он приказал всем уйти, и мы остались наедине. Я боялась его. Я не знала, что ожидать от него. Он стоял рядом, внимательно рассматривал меня. Изучал. А я едва держалась, чтобы не грохнуться в обморок. Руки дрожали, и я не знала, как скрыть это. Но и смысла не было. Он уже все заметил. Усмехнулся и потер подбородок.

— Чего дрожишь? — неожиданно спросил он. Мужчина засунул руки в карманы своих военных брюк, качнулся на каблуках. — М?

Я затрясла головой, но так и не смогла вымолвить ни слова.

— Не бойся, я не враг тебе.

Что-то я сомневалась. Он враг. Именно враг. Он пришел ко мне домой. Ворвался. Завоевал. Он убивал! И теперь говорит, что он не враг? Что я не должна бояться? А что мне остается делать? Страх давно стал спутником моей жизни.

— Голодна? — продолжал задавать вопросы командир. Я опять промолчала.

— Молчишь… Ну, молчи.

Командир прошел к столу, на котором стоял стационарных телефон. Я всего второй раз в жизни видела такой аппарат. Мужчина поднял трубку, быстро набрал номер и поднес трубку к уху.

— Принесите ужин в кабинет, — командир бросил взгляд на меня, — да, это тоже. Десять минут.

Мужчина положил трубку и развернулся ко мне.

— Садись за стол, — он кивнул на диванчик, возле которого стоял кофейный столик. Я же замерла. Не пошевелилась.

И ему это не понравилось. Он нахмурился, и голубые глаза потемнели.

— Я сказал, чтобы ты села. Быстро.

Я сама не поняла, что делаю, но вот я сижу на мягком диване, который манил облокотиться на него. Я, хоть и поспала, но все равно чувствовала себя уставшей. И я действительно была голодна. Но признаваться в этом я не собиралась.

Сложила ладони на коленях и опустила взгляд на свои синюшные пальцы. А еще я очень замерзла. И об этом он тоже не узнает.

Мужчина прислонился бедром к столу и уставился на меня. Мне было неудобно. Мне было некомфортно. Мне хотелось сбежать. Подальше от него, подальше от его пристального взгляда.

Я должна узнать, что ему нужно. Я должна заговорить. Подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Отпустите меня домой. Я не шпионка.

Он не знает, что дома у меня нет. Я понимала, что, возможно, здесь и с ним мне безопаснее. Но я просто хотела уйти.

— Сначала ты поешь, а потом мы поговорим, — твердо произнес мужчина.

Он не спрашивал. Он даже не утверждал. А просто ставил перед фактом.

Я ничего не ответила. Понимала, что спорить бесполезно.

Минут через пять молодая девушка принесла картофель и котлеты. И два пряника. Теплый чай. Но меня больше волновала она, эта девушка. Она не выглядела напуганной.

Девушка быстро расставила еду и быстро покинула помещение.

— Ешь, — снова приказ, и я послушно беру вилку.

Но я знала, что буду тянуть время.

Я не хотела говорить с ним.

10 

Керри

Командир не сводил с меня взгляда. Серьезного. Я бы даже сказала, строго взгляда. А мне кусок в горло не лез. Но я заставляла себя есть. Кто знает, что со мной будет дальше? О чем он собирался со мной говорить? Неизвестность пугала.

Как назло, я слишком быстро наелась. Отложила вилку и откинулась на спинку дивана.

Командир удовлетворенно кивнул. Но ничего не сказал. Он так и продолжал стоять возле стола.

Я не решалась заговорить первая. Я боялась его. И не зря. Он человек военный. Он убивал и отдавал приказы убивать. На его руках кровь. Он не пожалел тысячи человеческих жизней… Что ему я? Одной больше, одной меньше.

Я опустила голову и начала рассматривать свои короткие ногти. Тишина давила на меня, но, мне кажется, я привыкла к ней, поэтому и вздрогнула, когда командир, наконец-то, заговорил.