Ксения Громова – Невеста Дьявола (страница 5)

Теперь он больше не улыбался. Он напрягся. Почувствовал, что вступил на опасную зону. Даже мне хотелось сейчас спрятаться от Асада. Хоть он не повысил голос, не махал кулаками или оружием, но почему— то стало страшно. Наверное, дело было в его позе, интонации.

– Это? – глупо переспросил Главарь. Он переступил с ноги на ногу. Нервничал. Возможно, даже испугался. Конечно, это не гоняться за голой и беззащитной девчонкой по лесу. Тут уж посерьезнее враг будет.

Асад кивнул.

– Да, Муха, – кивнул еще раз. Для полноты картины, так сказать. Чтобы не возникало сомнений, что он шутит. – Я что сказал сделать?

– Отпустить… – тут же последовал ответ.

Асад хрипло рассмеялся и почесал густую шевелюру.

– И ты, как я смотрю, беспрекословно выполнил мой приказ? Отпустил девку… Побегать по лесу? Я все верно понял?

Парни, стоящие позади своего Главаря, стали обеспокоенно переглядываться. Теперь им тоже было страшно. Но я все еще не чувствовала себя не в безопасности.

Казалось, последние полчаса научили меня не расслабляться.

– Муха, ты давно ходишь по лезвию. И вот— вот рухнешь, – сказал Асад, доставая пачку сигарет из кармана брюк. Он медленно закурил и выдохнул дым. – Я уже столько косяков твоих проглотил. Сегодня ты ослушался в такой мелочи, а завтра? Вобьешь мне нож в спину? Смотри, Муха, жопа у тебя одна, но и ее лишишься, если еще раз ослушаешься меня. Усек?

– Усек… – мужчина побледнел, и я увидела, как дернулся его кадык.

– Тогда свободен, – Асад выбросил сигарету и затушил ее.

Мои преследовали медленно стали отступать. А Асад провожал их взглядом. Как только их след простыл, мужчина повернулся ко мне.

– Ну, и что с тобой делать? – Асад пристально изучал меня, а я все сильнее и сильнее обхватывала свое продрогшее тело руками. Пока он защищал меня, было совершенно все равно на тот факт, что я была полностью обнажена. Теперь же, когда внимание Асада было полностью сосредоточено на мне, я сгорала от стыда.

И что ответить ему? Не убивать? Не насиловать? Не причинять боль? За последние часы мои представления о жизни кардинально изменились. Поэтому промолчала. Лишь молча глотала горькие слезы. Внутри все медленно сгорало.

Мужчина еще несколько секунд рассматривал мое тело, и я зажмурилась. Зря. Очень зря… Ведь тогда бы я увидела тот блеск в черных глазах, и именно этот блеск заставил бы меня тут же бежать прочь.

Я услышала, как хлопнула дверца машины. Ну, вот и все. Сейчас он уедет. Бросит меня здесь одну. Не выдержала и заревела в голос, прижимая ладони к лицу.

– Не голоси, – мужской голос раздался слишком быстро, и я вздрогнула, но не успела отбежать, поскольку на мои плечи легла тяжелая мужская куртка. Меня тут же окружил незнакомый запах сигарет и парфюма. – А то всех волков созовешь.

Асад стоял запредельно близко ко мне. Но сейчас меня волновало совсем другое.

– Здесь водятся волки? – шепотом спросила я, будто боялась, что эти самые волки притаились и ждут, когда на меня можно напасть.

Асад усмехнулся и сжал мое плечо. От его прикосновения побежали мурашки по коже.

– Не бойся, я страшнее… – мужская ладонь медленно соскользнула вниз и сжала мои пальцы, – и кусаюсь больнее. А теперь пошли. Хватит жопу морозить.

Он повел меня к своему автомобилю. А я, послушная овечка, пошла за ним.

Меня усадили в теплый салон. И только тогда я окончательно осознала, насколько я замерзла. Зубы застучали, а кожа начала краснеть и покрылась мурашками. И мне совершенно стало плевать на Асада. Я, не стесняясь, подняла ноги и уперлась ступнями в кожаное сиденье. Возможно, я замарала его. Но мне было, повторюсь, совершенно плевать. Моя единственная цель в эту минуту – согреться. Я полностью укуталась в огромную мужскую куртку, оставив наружи только макушку и глаза. Все— таки я не должна расслабляться и следить за Асадом. Пусть он и спас меня… Но сомневаюсь, что он забыл о моей связи со смертью его брата…

Или у него совсем другое мнение на этот счет? Иначе, почему он так спокойно сидит рядом со мной? Почему не расспрашивает, что же произошло в том злосчастном номере? И почему вообще решил помогать? В доброту человеческой души я больше не верила. Уж извольте.

Асад включил печку, и я стала постепенно согреваться. И чем больше я согревалась, тем сильнее мне хотелось спать. Но я не позволяла своему телу расслабиться. Тайком щипала себя за бедро. И каждый раз я щипала себя все сильнее и сильнее.

– Хватит издеваться над собой, – оказалось, Асад все это время на меня смотрел, – поспи.

– Не буду, – буркнула себе под нос, плотнее кутаясь в куртку. Лишь бы не заметил лишнего кусочка моей наготы… Хотя… Уже видел. И не только он. И от этого становилось горько. Я не ханжа. Но не считала правильным ходить при посторонних мужчинах обнаженной. Я и при своем бывшем так не делала. Но смотреть на свое голое тело разрешала. И трогать, соответственно.

– Боишься? – насмешливо поинтересовался Асад, уверенно держась одной рукой за руль. Свободная ладонь спокойно лежала у него на колене. – Пока не стоит. Если бы я хотел причинить тебе боль, то давно бы уже сделал это. В отличие от Мухи, я не большой любитель игр. Предпочитаю делать все сразу. Не откладывая. Поняла?

Мужчина вновь бросил взгляд на меня.

– Поняла.

Оставшийся путь мы провели в молчании. Но я так и не решилась уснуть. Я внимательно следила за дорогой, пытаясь выкинуть воспоминания прошедшей ночи. Я молила Бога, чтобы больше никогда я через такое не проходила. Я благодарила Бога, что он спас меня. Спас с помощью Асада.

– Куда мы едем? – спросила я, когда заметила приближающиеся городские огни.

– В отель, – сухо ответил Асад, – так понимаю, документов у тебя при себе нет?

И только тут я поняла, что сумочки— то моей нет. А в ней документы, деньги и телефон. Понятное дело, что мне было совсем не до этого…

– О, Господи… – прошептала я, прижимая ладонь к дрожащим губам. – Что же мне теперь делать? Я же теперь не смогу вернуться домой…

И тихо заплакала. Ко мне вернулась моя боль. Я одна в чужой стране, без денег, документов и одежды. Есть только Асад, от которого, по сути, сейчас и зависела моя жизнь. «Успокойся,» – мысленно говорила себе. Нельзя плакать. Я только так расслабляла себя, мозг размяк, и я не могла думать трезво. А мне нужен чистый разум, чтобы справиться с навалившимися проблемами. Поэтому всхлипнула в последний раз и вытерла слезы, которые, как назло не хотели останавливаться.

– Ты ушла из отеля с сумкой? – спросил через какое— то время Асад, когда мы подъехали к высокому зданию. Это был отель, если судить по вывеске.

Я кивнула.

– Я поехала в аэропорт… – начала говорить я, но Асад остановил меня движением руки.

– Пока помолчи.

Он заглушил двигатель и вышел из автомобиля. Я попыталась отстегнуться, но у меня ничего не получилось.

– Черт! – выругалась под нос и снова чуть не расплакалась. Я даже не способна отстегнуть ремень, о чем тогда вообще говорить? Я беспомощна. Я не способна выживать в реальной взрослой жизни. Меня всю жизнь держали в доме с мягкими стенами, что теперь от любого удара жизни, даже слабого, я разрушалась на тысячу мелких кусков. И это плохо. У меня только два выхода: продолжить принимать эти удары, чтобы заработать броню, либо вернуться в свой замок…

Асад открыл дверь с моей стороны, а потом мужские ладони отбросили мои руки в сторону.

– Смотри, как легко это делается.

Он щелкнул, и ремень плавно сполз с меня.

– Иди сюда, – Асад легко подхватил меня на руки и понес в сторону отеля. Я напряглась, стараясь не прикасаться к нему лишний раз. Но его руки касались моих обнаженных ног. И я чувствовала, как он водил большим пальцем у меня под коленкой.

Я закрыла глаза. Не думай об этом. Не думай! Он внес меня внутрь, и я открыла глаза, а потом сразу же понес в сторону лифта.

– Я могу пойти сама… – предложила я, но Асад скептически оглядел мои ступни.

– Сомневаюсь. Я мало кого ношу на руках, так что радуйся, выпавшей возможности.

Глава 4

Я открыла глаза и увидела высокий белый потолок. Незнакомый потолок. Я тут же резко села, прижимая толстое одеяло к груди. Я была обнажена…

– Вот черт! – громко выругалась я, не до конца осознавая, что же со мной произошло. Пока воспоминания были скрыты пеленой. Не выдержала и ударила кулаком по постели.

– Я бы на твоем месте не вспоминал черта с утра, – неожиданно раздалось где— то сбоку, – а то явится еще…

Я замерла. Зажмурилась.

И все вспомнила. Как влипла в полную задницу, как убила человека, а потом приключения в лесу… Вспомнила Асада, который спас меня от ужасной участи… Но как я оказалась в номере? Вот этого уже не помнила. И что происходило в этих стенах, соответственно, – тоже. И этот факт убивал меня. Я никогда себе такого не позволяла (точнее, моя мать мне не позволяла).

Я прислушалась к своему организму, прижимая одеяло сильнее к своей груди. Я не была девственницей, но почему— то не сомневалась, если бы между мной и Асадом что— то было… Я бы это поняла. И вообще я уже сама не знала, что ожидать от себя.

Почувствовала шевеление за спиной, напряглась еще сильнее. Я боялась, что Асад решит, если между нами ничего не было ночью, то стоит исправить это сейчас. А после вчерашнего моего «рандеву» по лесу я бы точно не смогла пережить еще и это. Но мужчина всего лишь поднялся с постели и прошел в ванную.