Ксения Громова – Деспот (страница 5)

Передо мной стоял Баграт.

– Что вы себе позволяете? – грозно спросила я, чем вызвала улыбку у мужчины. Отступать было некуда, но сдаваться я не собиралась. Хоть у меня всего было два мужчины, я знала, как смотрят парни, когда хотят получить кое-что от тебя. И сейчас Баграт смотрел на меня именно так.

Теперь бессмысленно отрицать очевидное: он преследовал меня. Ведь это точно не может быть совпадением или глупой случайностью. Ах, простите-извините, но какие-то мистические силы затолкнули этого мужчину в туалет, именно в тот момент, когда я была там, и кто-то закрыл дверь на замок. Точнее, какие-то темные силы заставили Баграта закрыть дверь. Именно так, черт возьми, все и было.

Мужчина прислонился к раковине и засунул руки в карманы своих штанов. Он смотрел мне прямо в глаза. Что? Решил поиграть в гляделки? Не на ту напал! Я не собиралась просто так сдаваться. Он перешел все границы. И я не позволю ему зайти еще дальше. Чтобы он не задумал, он этого не получит. И точка. Без запятых и многоточий.

– Кажется, я задала вопрос, – тем же грозным тоном спросила я. Ситуация катастрофически мне не нравилась.

– Ты мне нравишься, – вдруг в длинных пальцах появилась маленькая карточка черного цвета, которая была тут же протянута мне и мной же проигнорирована. – Бери.

Я усмехнулась. Было тяжело играть беспристрастную женщину. Хотелось вцепиться в его нахальную морду и расцарапать ее.

– А вы мне нет, – я придерживалась нейтрального тона и специально обращалась к нему на «вы», как бы подчеркивая, что не стремлюсь к более близкому знакомству. – Видимо, вы не за ту меня приняли.

– А за кого я тебя принял? – спросил Баграт, прикусывая свою нижнюю губу, которая была непозволительно полной для мужчины. Его рот был красивым. Чего тут скрывать? Но даже его рот ему не поможет.

– За легкодоступную женщину…

Баграт цокнул языком, перебивая меня. Наглец!

– Как ты плохо о себе думаешь. Нам стоит поработать над твоей самооценкой.

Нам? Пошел к черту.

– Что вам нужно? – устало повторила я. Мне не хотелось больше продолжать этот бессмысленный разговор. Тем более в туалете самолета.

– Всего лишь… Ты.

Упертый баран.

– Что вы себе позволяете? Я замужем! И мой муж ждет меня!

– Да, я познакомился с этим трусом, если ты не заметила.

– Майкл не трус! Он замечательный мужчина.

– Да, я заметил. Еще скажи, что любишь его.

– Люблю, иначе бы не вышла за него замуж. Но вам, видимо, неизвестно, что это за чувство! – я говорила громко и порывисто, а под конец своей пылкой речи раскраснелась и стала чаще дышать.

А Баграт пару секунд смотрел на меня, а после громко рассмеялся, запрокинув голову.

Я почувствовала себя униженной.

– Вам смешно?

Кажется, Баграт осознал свою ошибку и тут же поднял раскрытые ладони вверх. Между указательным пальцем и средним была зажата та карточка.

– Послушай, девочка, я не принял тебя за шлюху. Ты красивая, достойная девушка. Иначе бы ты не привлекла мое внимание. Я не предлагаю тебе ничего страшного. Даже наоборот, – он подмигнул мне, – и я не собираюсь тебя принуждать. Просто возьми мою визитку. И если станет скучно со своим муженьком, ты можешь позвонить мне в любое время дня и ночи. Ну, что? Согласна?

Я молчала. И судя по его лицу, он думал, что смог убедить меня.

Меня злило, что он так пренебрежительно, с насмешкой говорил про моего мужа.

Он не имел на это право. Он не знал Майкла. Майкл не был трусом. Он любил меня и делал меня счастливой. И ни разу не позволял делать такие пошлые намеки в мою сторону. С ним я чувствовала себя спокойно. После непростых отношений с Давином, которые были похожи на быструю бурную реку, то теперь была тихая гавань с Майклом. И меня все устраивало. И ничего менять не собиралась. Я люблю своего мужа, мне нравится секс с ним, и я не собираюсь искать удовольствие на стороне. Я ценю и уважаю мужа. И себя тоже.

Я очаровательно улыбнулась Баграту и медленно сделала шаг к нему, протянула руку и взяла протянутую визитку. Заметила на тыльной стороне ладони тату. Это была птица в полете. А на фалангах были какие-то надписи. Разобрать не смогла.

Даже не стала читать, что написано на визитке, а просто отступила, а затем быстро смыла бумажку в унитаз. Победно хлопнув в ладоши, я повернулась к Баграту, надеясь, что увижу его расстроенное лицо. Или хотя бы удивленное. Но этот мужчина даже бровью не повел.

– Ладно, – пожал он плечами и вышел из туалета. И что это было?

Спустя несколько минут я последовала за ним. Подошла к нему и протянула его пиджак.

– Спасибо, – нейтрально проговорила я, и мужчина молча протянул руку: и я опять заметила тату на тыльной стороне, правда, уже правой ладони. Здесь были какие-то надписи. А на пальцах цифра два.

Интересно. Нет, ни капли не интересно.

Я опять кое-как протиснулась мимо его длинных ног. И села на свое место.

Через десять минут вышла стюардесса и сказала, чтобы все пристегнули ремни. За окном еще светило солнце. И я была этому рада, потому что, если честно, мне не терпелось осмотреть хотя бы улочки Востока.

Мы пристегнулись.

Вот и все.

Пять мучительных, долгих часов прошли. И в принципе без больших потерь. Правда, было немного страшно, что Баграта разозлил мой отказ, но он будто потерял к нам интерес. Когда мы поднялись со своих мест, чтобы выйти из самолета, Майкл протянул ему руку, чтобы пожать ее на прощание, но Баграт молча удалился.

– Странный он какой-то… – пробормотал муж, взяв меня за руку.

– Не обращай внимание. Он еще мне тогда показался мне странным.

Майкл нахмурился.

– Тогда?

– Майкл, ты не узнал его? Это же ему я наступила на ногу, когда мы брали билеты.

Муж почесал затылок и состроил удивленную гримасу.

– Да? Ничего себе… Ладно, все равно мы больше его не увидим. Пошли за багажом.

Я кивнула и направилась за мужем. Он прав. Я больше никогда не встречу Баграта, поэтому он не стоил моих мыслей.

Глава 8

Мы не виделись с мамой с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать. А теперь мне двадцать три. И за эти годы мы обе изменились. Мама немного набрала вес, но это только сделало ее лучше. Я бы даже сказала, мама стала привлекательнее. Ее белая, как моя, кожа покрылась золотистым загаром, а светлые волосы выцвели под жарким восточным солнцем, которое даже вечером припекало.

Мы всегда были с мамой вдвоем. Папу своего я не знаю и судьбой его никогда не интересовалась. Я знала, что он жив и знает о моем существовании. И в детстве я решила для себя: если я ему не интересна, то почему я должна интересоваться его судьбой? Так было легче. Разумеется, сначала я очень завидовала детям, особенно девочкам, у которых были отцы. Но с возрастом я просто смирилась с этим. Мама стала мне и мамой, и папой. И наши отношения были замечательными. Пока в моей жизни не появился Давин. Именно тогда все стало рушиться. Но я была глупа. Не слушала маму. И в итоге мы имеет то, что имеет.

Маму я увидела сразу. Она была одета в длинное платье в пол, ее плечи были открыты, а волосы не покрыты. Я оглянулась: как я поняла, местные девушки полностью скрывали свое тело, а вот иностранки имели право ходить, как их душе угодно. Если я правильно поняла, разумеется. Мне еще предстоит узнать Восток.

Мама заметила меня и махнула мне рукой. Она улыбалась. И казалась действительно счастливой. И я бы хотела, чтобы это было так.

– Арина! – мама зашагала ко мне, и через несколько секунд я оказалась в маминых объятьях. Последний раз мама обнимала меня, когда мне было семнадцать. Я чувствовала странно, но мне было приятно. Я обняла ее в ответ. Хотя было неловко.

– Я очень скучала… – шепнула мама мне на ухо и поцеловала в щеку, – спасибо, что приехала, для меня это очень важно…

На глаза вдруг набежали слезы. Все-таки мне не хватало ее. Очень. И я скучала по тем временам, когда мы были близки. Когда мы болтали за завтраком, поедая тонны тостов и выпивая литры апельсинового сока. Это были счастливые года.

– Я тоже скучала… – эти слова дались мне тяжело, но я старалась не плакать. Причин не было. Мы наконец встретились. Все будет хорошо.

Но пара слезинок все же скатились по щекам. Мама ласково мне улыбнулась и вытерла мои слезы.

– Не плачь, малыш. Мы все исправим.

Я тоже этого хотела. Но кое-что я была все же не в силах исправить. Мне казалось, что шкатулка, которая лежала в сумке, вот-вот прожжет ее. У меня уже чесались руки, так я хотела достать шкатулку. Остаться наедине и погрузиться в прошлое. Но еще не время.

Майкл стоял чуть поодаль и терпеливо ждал, когда мы поговорим.

Я махнула ему рукой, и муж подошел к нам и тут же обнял меня.

– Мама, познакомься, это Майкл, мой муж, – начала представлять их я, – а это моя мама. Нелли.

Мама обняла его. И они обменялись приветственными фразами.

А потом мама начала крутиться и тихо ругаться себе под нос: