Ксения Гранд – Калиго: лицо холода. Том 2 (страница 2)

Юноша подносит указательный палец ко рту и кивает в сторону Ивейн, веля Кэт ее разбудить. Он проталкивается сквозь щель к выходу из пещеры, когда замечает два приближающихся силуэта, и тут же подает сигнал девчонкам позади.

–…подевались? Ты уверен, что они где-то неподалеку? – доносится до них надтреснутый голос Элиота. – Откуда ты вообще знаешь, что они здесь были? Тут все склоны одинаковы.

– Тебе может и да, бестолочь, – выплевывает Ак, – но я вижу разницу. В местах, где проходил человек, остаются еле заметные впадинки, которые не так быстро стираются снегопадом. Особенно при такой глубине сугробов. Они проходили по этому спуску, зуб даю.

Ивейн так и прилипает щекой к скальной стене. Это они, эти двое снова их выследили! Но как такое возможно? Ведь они оказались на совсем другой высоте. Последний раз они виделись с Аком на затонувшем лайнере, а это было как минимум на тысячу метров ниже. Как же он так быстро оказался здесь? Словно перенесся по взмаху волшебной палочки. Может, он тоже попал в аномальную зону? Как бы там ни было, у блондинки очень плохое предчувствие на этот счет.

– Как видишь, – резко выдыхает Эл, судя по звукам, согревающий своим дыханием руки, – их здесь нет. Может, устроимся здесь, наконец, на ночлег? Темно ведь. Я уже пальцев не чувствую.

– Нет, слишком на виду.

– А если возле вон той скалы? Она защитит нас ночью от ветра.

Гудмен-младший шаркает ботинками и останавливается напротив расщелины. Его обветренное лицо поворачивается, тусклые глаза всматриваются в темноту щели, заставляя сердце Калеба остановиться. Один вздох, одно покашливание или неосторожное движение может стоить им всем жизни. Ему кажется, что блондин сейчас вытянет нож и бросится с зазубренным лезвием прямиком на них. Но вместо этого он лишь качает головой и с глубокомысленным видом поворачивается к обрыву.

– Это наветренная сторона горы, кретин. Лучше обойдем ее и разобьем лагерь в затишке, а уже завтра продолжим поиски. Чего ждешь? Пошевеливайся, пока ноги себе не отморозил.

Голоса звенят, отдаляются, пока и вовсе не растворяются в ночной тишине, позволив троице, наконец, перевести дыхание. Убедившись, что опасность полностью миновала, Калеб со спутницами возвращается в их временное пристанище, которое, судя по всему, прослужит им гораздо меньше, чем они рассчитывали. Похоже, утро не сможет привнести в их жизнь ясность, ведь с учетом новых обстоятельств откладывать поиск решений больше нельзя.

– Что за черт? – выдыхает Калеб, опираясь ладонями о стену. – Мы ведь вернулись на исходную высоту. Как эти кретины оказались здесь?

– Может, они попали в такую же аномальную зону, как мы и снова оказались наверху?

Предположение Кэт заставляет Ивейнджин напрячься. Она не знает, что творится на этой горе, какие невероятные места здесь находятся, но понимает, что вряд ли этому есть объяснение. Этим островом правит неведомая сила, которая помогла Аку с Элом подняться на вершину, но какая – Иви понятия не имеет. Единственный известный ей источник мощи находится в руках Владыки семи ветров, но… это было бы слишком путано и нелогично. Зачем Сирилланду помогать их врагам? Содействовать убийствам, потакать чужой злобе. Нет, он определенно не мог этого сделать, ведь он спас ее от ледяного тролля. Пожалуй, не стоит делать поспешных выводов.

– Что будем делать? – наконец выдыхает Кэйтин, опускаясь на спальник. Похоже, девушка не сильно удивлена скорой встрече с бывшим, или же просто давно смирилась с неизменным. Хотел бы Калеб хоть каплю ее самообладания.

– Как что? – подхватывается Иви. – Акли совсем рядом. Нужно уходить отсюда, пока можем, сейчас же!

Однако у Калеба свои мысли на этот счет.

– Не спеши поднимать тревогу. Мы только то и делаем, что бежим, вот только какой в этом толк? Акли все равно на шаг впереди. Каким-то непостижимым образом ему всегда удается нас выследить. Рано или поздно он добьется своего, и спокойно вернется домой, скинув всю вину на нас. Ты этого хочешь? Чтобы он вышел сухим из воды после всех кошмаров, которые сотворил?

Юноша поворачивается к Кэт, будто обращается исключительно к ней.

– Чтобы избежал наказания за гибель тех, кого вы знали? – переводит он взгляд на Иви. – Разве так вы хотите почтить их память?

– И что же ты предлагаешь? Дать ему отпор?

– Почему нет? Это не просто личное. Это вопрос выживания. Либо мы его, либо он нас. Впервые за все время мы знаем, где его искать, – по другую сторону скалы.

– Против кулаков громилы Эла усилия даже пятерых людей будут напрасны. К тому же не забывай, что у Ака… кхе-кхе… остался мой нож, – хватается за виски Кэт. Почему-то сама мысль о том, чтоб избавиться от того, кто отравляет ее и без того испорченную жизнь, наводит на нее не воодушевление, а тревогу.

– Кэт права, – судорожно выдыхает Ивейн. – Мы не можем до такого опуститься!

– У него есть оружие, и он не остановится, пока мы все не исчезнем. Он забил Аллестера до смерти у нас на глазах. Разве этого недостаточно для решительных действий?

– Но если мы избавимся от Акли, то будем не лучше него… Мы не можем… Ведь мы не такие…

Калеб устало потирает затылок. Тяжелый выдался вечер, и его продолжение ничуть не легче. Он должен бы сейчас греться у камина с чашкой горячего шоколада, а вместо этого строит планы по устранению главного конкурента «Ка энд Коу Интерпрайзис». Да здравствует внеурочная работа.

– Ладно, – спустя время качает головой он, – мы не будем нападать. Но давайте хотя бы добудем флешку. Тогда у нас будут доказательства его причастности к убийствам.

– Разве слов троих свидетелей мало?

– Для того, у кого из связей выстелена дорожка в ад, да. К тому же Элиот будет упорно доказывать его невиновность, а подделанная видеозапись лишь подкинет дров в инквизиторский костер, на котором нас всех сожгут без должного расследования. Зная Ака, он сможет выкрутиться даже с десятью трупами в рюкзаке за спиной. Кроме того, нет гарантий, что домой вернемся все мы.

– Спасибо, что веришь… кхе-кхе… в наши шансы на выживание, – фыркает Кэт, отворачиваясь к стене. С тех пор, как разговор коснулся Акли, она стала неимоверно раздражительной. Может, потому, что речь идет о ее бойфренде-каннибале? Или потому, что сама идея избавления от единственного источника доходов не входила в ее планы?

Взвесив все за и против, Ивейнджин уверенно кивает.

– Хорошо, да… Мы должны это сделать, хотя бы чтобы не дать ему осквернить память о Джаззи и Аллестере.

«Да и репутация тоже имеет значение, хоть и посмертная», – мелькает в голове у Калеба. Ему бы очень не хотелось, чтобы после его смерти его считали живодером.

– Я готова за это сражаться… Я… могу сделать лук из еловой ветки, установить силки или…

– Полегче, Китнис1, – останавливает ее жестом юноша. – Ценю твою готовность, но это займет слишком много времени. Ко всему прочему, у нас нет ножа, чтобы обтесать рукоять и наконечник стрелы. В этом случае Кэт права. Нападать на них в открытую – самоубийство. А значит, нам нужно их обхитрить.

– И как это сделать?

– А вот это мы и должны выяснить в ближайшие несколько часов.

Парень шагает вперед, сцепляя руки за спиной в замок. Все это время Кэт впитывала в себя волнение, словно губка. С каждым словом оно норовит вырваться наружу, несмотря на ее попытки успокоиться. Ее охватывает тревожное чувство, что все, чего она так долго, тяжело и унизительно добивалась все эти годы, вдруг может разрушиться, как карточный домик на ветру. А ведь она еще даже университет не окончила. Где ей брать деньги на оплату следующего учебного года? Как быть с квартирой? На что жить? Где брать еду? Ей требуется время, чтоб подавить давящее ощущение и наконец подать голос.

– Вы серьезно хотите пробраться в логово врага?

– Почему нет? – пожимает плечами Калеб. – Ак считает нас кучкой перепуганных зверьков и не ждет нападения, а значит, у нас есть шанс застать его врасплох. Когда нас бьют, мы отвечаем ударом на удар.

– Или же просто изворачиваемся, – ворчит Кэт. – Это называется «уклон».

– Правда? А я думал, это называется «слабость».

Кэйтин не знает, чего больше боится: что их замысел потерпит провал или что он сработает. Если что-либо пойдет не так, у Акли будет отличная возможность их убить. Но если все получится, она лишится гораздо большего, чем парочки университетских приятелей. Что, если придется защищаться? Или бежать, бросив одного из них? Сможет ли Кэт предать Ивейн и Калеба ради собственной защиты? Ответ на этот вопрос ей хорошо известен.

– Хорошо, – выпускает из сжавшихся легких воздух Кэт. – Допустим, мы найдем их стоянку. Что дальше? Как ты планируешь вытянуть флеш-карту у Ака из-под носа? Да еще и с Элиотом на страже?

– Нам нужен план отвлечения. Нужно расставить ловушку и выманить их из лагеря. Однако для того, чтобы она сработала, кому-то придется привлечь его внимание.

Калеб переводит взгляд на Кэт. На его лице загорается самодовольная ухмылка, которая ей определенно не нравится.

– Что? Нет! Я не стану наживкой!

– Тебе следует его только отвлечь и увести подальше, пока мы с Ивейн раздобудем флешку.

– Да, но почему я?

– Ивейн недостаточно проворная и вряд ли сможет быстро убежать в случае необходимости. Без обид, – переводит он взгляд на блондинку, – а мужская сила понадобится, если вражеская шайка вдруг вернется раньше времени. С камнем, палкой или копьем, но от меня в лагере явно будет куда больше толку, чем за его пределами. Так что, ты с нами?