Ксения Фролова – Культы Дорсета (страница 2)

Ехать на поезде ему предстояло около двенадцати часов и первые два из них Теобальд провёл, глядя в окно. Убегали куда-то назад плоские равнины, покрытые уже начинающей желтеть травой, убегали невысокие кучерявые кустарники и наполовину разваленные сельские домики, которые только предстоит восстановить. Теобальд так до конца и не поверил, что покинул монастырь, что уже завтра он вдохнёт тёплый воздух Дорсета, ещё не тронутый дыханием осени. Поэтому он не спешил читать вечернюю молитву и сосредоточенно щёлкал чётками, пытаясь унять воодушевление, пополам смешанное с неясным беспокойством.

Так его и застало утро в лице стюарта. Молодой человек в красной форме вежливо и потому крайне не продуктивно тряс заснувшего полусидя Теобальда, чтобы сообщить, что они прибыли на станцию «Русалочий ключ».

2 глава

Станция встретила Тео пустотой и тихим шелестом деревьев — кроме него в утреннем тумане на перрон сошёл только вооружённый чемоданчиком коммивояжёр, который тут же скрылся в неизвестном направлении. Минут пять монах, потягиваясь, озирался по сторонам, разглядывая кудрявые кусты и одноэтажное здание станции. Наконец, удостоверившись, что никто его с цветами прямо на перроне не встречает, он устремился к лесенке, ведущей с перрона вниз, к лавочкам перед кассами и дороге. Там-то его и застиг сначала истерический визг клаксона, а потом и тормозов.

— Сэр! — сонную утреннюю дымку прорезал неожиданно бодрый мужской голос, — вы же первым поездом приехали?

— Да, брат мой, — осторожно подтвердил Тео, стараясь не сильно глазеть на щёгольский красный «Оксфорд», за рулём которого сидел говорящий, — из самого Нортамберленда.

— Так это же вы!

При ближайшем рассмотрении водитель оказался парнишкой лет семнадцати на вид, аккуратно одетым, но в по моде сдвинутой на одну сторону плоской кепке.

— Отец Теобальд, мы вас ждали!

— Брат, — поправил его Тео, — только брат. Значит, вы служите у леди Галер?

— О да, — парень ничуть не смутился и тут же распахнул перед Теобальдом дверь напротив пассажирского сидения, — меня Гарри Гатлинг зовут, повезу вас до Саммерфилд-парка. Садитесь, брат.

Монах снял сумку и опустился на предложенное ему место. Водитель бережно захлопнул дверцу и вернулся за руль. Минуту спустя они уже неслись по дороге через постепенно пробуждающуюся деревню с удивительно милым названием «Русалочий ключ». Тео про себя гадал, почему так — в смысле, здесь где-то бьёт подземный источник и возле него живут русалки или полурыбы отобрали у кого-то ключ от замка? Оба варианта представлялись ему равно интересными, с поправкой на то, что лично он бы предпочёл не иметь дела с русалками. Уж больно капризные.

— Брат мой, и что же не так с поместьем? — наконец решил прервать молчание Теобальд. Он же здесь не на курорте, несмотря на загостившееся в Дорсете лето и аромат морской соли в воздухе. Судя по тому, что двигались они от северных границ вглубь графства, с каждой милей побережье будет всё ближе.

— Отличный дом, сэр… брат, лучший в Англии! Огромный, роскошный, три этажа и две башни. Леди Кассандра очень о нём, да и о нас, заботится.

— Я скорее имел в виду, что же не так с призраками. Они есть в каждом старом доме и обычно ладят с хозяевами.

— Ой, с Герцогом у нас нет проблем, он леди обожает, — Гарри поддал газу, отчего Тео вжало в сиденье на ближайшем резком повороте. Боже сохрани, кто его учил так водить!

— Я вам так скажу, по моему мнению на поместье порчу навели. У нас же тут культисты, да?

Они как раз пронеслись мимо таблички, на которой Тео успел разглядеть надпись «Остановите культы!».

И как церковь допустила, что оккультизм из модной забавы превратился в угрозу общественному порядку? По мнению отца Сайласа, которым он был не против поделиться со своими монахами, им следовало объявить того писаку, который вошёл в контакт с Иными богами, сумасшедшим, всех присягнувших аристократов рассовать на перевоспитание по монастырям, а их последователей отправить в колонии на уборку урожая. Вот тогда все бы образумились. Тео считал, что действовать надо тоньше, но кого же беспокоило мнение рядового, пусть и одарённого, монаха?

— С порчей я с божьей помощью справлюсь, — осторожно ответил Тео, — а что, давно это у вас?

— Да считай со смерти виконта и виконтессы. До войны ещё. Леди Кассандре четырнадцатый год шёл, говорят.

Стало быть, порча старая, пропитавшая дом за почти десять лет. Если, конечно, это действительно порча, а не чьи-то домыслы и неприятные стечения обстоятельств. В этом-то и беда суеверий — некоторые и войну готовы были объяснить не неразрешимыми противоречиями, а злым колдовством.

— Я там, конечно, не ночую, — Гарри заложил очередной лихой вираж, да такой, что Тео пришлось схватиться за сиденье, дабы не вылететь через окно прямо в осеннее утро.

— Ну, думаю, скоро всё наладится. Порчи и проклятья любят неухоженные дома и старых леди, а у вас, судя по всему, совсем другой дом. С божьей помощью всё поправим.

Водитель недоверчиво хмыкнул себе под нос и надолго замолчал, предоставляя Тео возможность насладиться видом.

Саммерфилд-парк, как и любое старое английское поместье, стоял на холме и тянулся к небу двумя башенками. Дом утопал в зелени — очевидно, сразу за ним начиналось не поле для гольфа или модная нынче лужайка, а самый настоящий сад. Поэтому поместье на мгновение показалось Тео похожим на рогатый череп, укрытый зелёной тряпицей. Наваждение быстро спало, но ощущение смутной тревоги относительно этого дома неприятно кольнуло монаха. Уверенности не прибавили и пара летящих к дому воронов.

Тишина стояла практически гробовая — только колёса шелестели по дороге, да посвистывал ветер в кронах деревьев. Гарри, по-видимому, погрузился в свои мысли и решил больше не докучать гостю в сутане вопросами и поучениями относительно жизненного уклада Саммерфилд-парка.

Заговорил он только выезжая на дорожку, ведущей к парадному крыльцу.

— Ну-с, если что, увидимся! Надеюсь, мне обратно вас везти ещё не скоро. А то отец Юлий через день уехал, хорошо хоть в город, а не на гору Афон.

— А это…

— Наш городской святой отец, викарий Юлий, очень строгий, — Гарри заглушил мотор, а Тео привычным движением закинул на плечо мешок, — смотрите, вам сейчас из холла налево, видите свет там?

Монах кивнул, подхватил чемоданчик со священными предметами и, нерешительно ступив на твёрдую землю после часа лихой тряски, отправился к массивным входным дверям.

Саммерфилд-парк смотрел на Тео недоверчиво и даже как-то подозрительно. Что хочет от него и его обитателей этот странный человек с военной выправкой, но почему-то в сутане священника? Должен ли Саммерфилд защитить свою хозяйку и поставить ему подножку? Дом не знал.

Тяжёлые двери перед Теобальдом открыл радушно улыбающийся дворецкий, призванный настойчивым стуком безнадёжно устаревшего молоточка. Монах вошёл в полутёмный холл и свернул в указанном направлении.

Он собрался было постучать в приоткрытую дверь в гостиную, из-под которой лился яркий свет, как вдруг она сама как по волшебству распахнулась. Тео даже зажмурился на мгновение. Пространство вокруг него наполнилось собачьим лаем, хихиканьем и шелестом юбок. Когда монах открыл глаза, то обнаружил перед собой лестницу, а на ней — девушку с венком из трав в руках. Прежде чем Теобальд успел её рассмотреть, в ноги ему кинулись три мохнатые диванные подушки, радостно похрюкивая и погавкивая.

— Луи, Моррис, Донна, ведите себя прилично, — строго окликнула пекинесов вторая леди, с суровым и неподвижным лицом. Тео поспешно выпрямился и постарался придать себе ничуть не растерянный вид. Властная девушка, по странному стечению обстоятельств одетая в мрачное платье экономки, казалась ему неприятно похожей на отца Сайласа. Не в плане внешности, а в смысле исходящей от неё давящей энергии.

— Добрый вечер, я…

— Вы брат Теобальд из Ордена, да, да ведь? Ой, подержите лестницу! Джейн, убери собачек, — девушка с венком лихо приколола его к портрету мужчины в латах и принялась спускаться вниз.

Так Тео впервые увидел леди Кассандру Галер.

Леди Саммерфилд-парка была невысокой, светловолосой и такой женственной, что даже не до конца огрубевший на войне Тео почувствовал себя огромным и неловким. Запоздало он спохватился и подал ей руку, за что удостоился широкой белозубой улыбки. Монаху отчего-то вспомнилась Елена Троянская. Та, наверное, тоже обладала улыбкой, из-за которой в недобрый год может начаться война.

— Джейн, пожалуйста, скажи миссис Дотс, что нам потребуется дополнительный прибор. Полин, дорогая, убери лестницу! Пойдёмте, брат Тео, покажу вам вашу комнату и кое-что интересненькое.

Теобальд проглотил какой-то невнятный звук, обозначающий, по всей видимости, безоговорочное согласие, и потрудился выдавить из себя нечто более осмысленное.

— Леди Галер, рад знакомству, — морок первого впечатления спал, и монах отметил для себя, что хозяйка дома, пожалуй что, наделена чересчур тяжёлой нижней челюстью и довольно странно одета для тёплого сентября юга Англии. Леди была в шерстяной рубашке с длинными туго застёгнутыми рукавами, перчатках и, что ещё удивительнее, в доходящей чуть не до пола цветастой юбке. Впрочем, не Тео рассуждать о нарядах и их соответствии ситуации, верно?