Ксения Фир – Фамильяр. Мифы Гримория (страница 10)

Моё внимание привлек чей – то силуэт, повеяло холодом и плохим предчувствием, Акил тоже это заметил, мы тяжело вздохнули и решили присмотреться. Неподалеку от нас стояла девочка, одна, на вид девочке было лет десять, странно, что родителей рядом не было, или кого – то из взрослых. Она стояла тихонечко так, словно ее и нет, смотрела на падающие снежинки, и улыбалась. Мы уже собирались заходить, стало достаточно прохладно, но было любопытно, почему она не уходит, и откуда она пришла, собственно ребенок, один на улице, пусть и в новогоднюю ночь, чтобы успокоить свою совесть, я решил подойти к ней.

– Привет маленькая Снегурочка – я улыбнулся ребенку.

– Привет – она посмотрела на меня большими синими глазками.

– Ты тут одна? – спросил осторожно у нее.

– Нет, я с мамой – она показала рукой в пустоту, я удивился.

– А где же она? – я даже призрака не увидел.

– Она рядом со мной всегда – девочка пожала плечами.

– Проводишь меня к ней? – как – то уж это настораживало, может девочка попала в беду.

– Да, конечно – и она повела меня куда – то, фамильяр крался за мной.

Мы шли молча, Акил постоянно принюхивался, и что – то выводил в воздухе руками, часто хмурился, когда мы пришли к маленькой часовне «Марьины слезы», я удивился, тут не учились в церковной школе, часовенка была старая, работала, но там всё было очень плачевно.

– Ты тут живешь или учишься – может просто сиротка и ее приютили.

– Тут моя мама живет, а я к ней прихожу – она показала не на дверь в часовню, а на ворота кладбища, где хоронят богослужителей, вот это поворот и кажется очень плохой.

– Она умерла? – ком в горле встал такое спрашивать.

– Нет! – она округлила и распахнула и без того большие глазки – Она тут живет и работает – девочка погремела калиткой – Мамаааа – вот тут у меня началась паника, на кладбище работал сторож, дедушка.

– А кем она работает? – нервы шалили, вот тебе и первые часы нового года, пусть женщина будет пожалуйста жива и работает.

– Сейчас увидите, маааам – она еще раз погремела калиткой, послышался шорох, потом шаги.

– Иду доченька – хм, голос живой вроде, смертью не пахнет.

Из-за ворот показалась женщина, я бы сказал очень даже молоденькая, на вид лет двадцать пять от силы, но скорее всего больше. Ее большие глаза были такими же, как и у ее дочери. Теплый взгляд, и мягкая улыбка говорили о нежности, но завидев нас, она как – то прищурилась и резко ее улыбка сошла на нет, кажется такая компания для дочки ей не нравилась.

– А вы кто такие? – холодный тон, словно резанул по ушам.

– Почему вы? Я тут один – Акил точно был спрятан в капюшоне – Я просто увидел девочку одну, думал она потерялась или сиротка, не оставлять же ребенка на улице, потом она сказала, что она с мамой, я решил проводить, все-таки опасно ребенку одному гулять. Вы простите за беспокойство, я всего лишь хотел помочь – я улыбнулся женщине и подмигнул ребенку, раз мама есть, то, наверное, мне можно идти.

– Ага, как же, один он, а про эту тварь мелкую решил тактично умолчать? – она указала на мой капюшон – Думаешь самый умный, я таких помощников знаешь где видала, в гробу – она сложила руки на груди.

– Вы, что Акила видите – я опешил, а мой фамильяр и вовсе спрятался глубже в капюшон.

– Оооо, да у вас смотрю привязка, ну и кто же ты? Ведьмак или так просто нарвался на такую живность – ее слова словно издевались.

– По слушайте, мы просто привели ребенка, нам ничего не нужно, а теперь всего вам доброго – я возмутился от такой неблагодарности, мало ли что конечно у нее произошло, но не надо всех равнять.

– Проваливайте – она завела ребенка и демонстративно сверлила нас глазами, пока мы не скрылись за поворотом.

До дома мы дошли быстро, бабушка и дед уже спали, а мы решили покушать и обсудить то, что услышали, вообще удивительно, что женщина видела Акила, до этого его никто не видел, если не сталкивался с чем – то похожим.

– Акил, ты не расстраивайся, она просто напугана, наверное – как – то неудобно было перед ним, обозвали.

– Нет косточка, она знала кто я, а это значит, что уже встречалась с такими, и видимо не самыми хорошими, мы же не сами выбираем сторону добра или зла, какой хозяин, такие и мы. Обычно чернокнижники добром даже не пахнут, но мой первый хозяин был исключением, как и ты Косточка. Обычно те, кто встречают темных потом очень их опасаются и уничтожают – он шмыгнул носиком.

– Ну, будем надеяться, что она умнее, и не полезет к нам, потому что я буду тебя защищать – я протянул ему любимые конфетки «Родные просторы».

– Спасибо Костя, я рад, что у меня есть теперь ты и ба с дедом – он закинул конфетку и стал сладко чавкать.

Вроде ему не одна сотня лет, а ребенок такой еще совсем, и тут я вспомнил, что приготовил ему подарок, нет не я один подумал о нем, ба связала ему маленькие свитер, дед сделал столик и стульчик, а я сшил ему игрушку. Я быстро сбегал и принес маленький сверток и протянул ему.

– Что там, Косточка? – он округлил свои глазки.

– Открывай, это тебе от меня и ба с дедом постарались – я улыбнулся.

Он очень торопливо начал раскрывать подарочный сверток, его тонкие пальчики дрожали от нетерпения. Когда Акил достал из цветной фольги свой подарок, то ахнул и посмотрел на меня.

– Акил? Тебе не понравилось? – неужели я сделал, что – то не, то?

– Костя! Ты сделал самый лучший подарок, но прежде, чем я его приму, то я должен тебя кое, о чем спросить – он внимательно посмотрел на меня.

– Спрашивай – я даже присел.

– «Знаешь ли ты, что, даря игрушку, сделанную своими руками, ты принимаешь меня в свою семью? И не просто, как товарища или сиротку, а как своего брата, что я становлюсь равный тебе, а ты мне, мы совместим наши силы и знания, словно близнецы, с тобой беда, со мной беда и наоборот? – он не сводил с меня взгляда, но я даже не стал думать над ответом.

– Если это так и есть, то да, я даже не мог мечтать о том, чтобы ты стал моим братом, чтобы мы были вместе, и могли помочь друг другу, и я не просто хочу подарить тебе эту игрушку, я буду счастлив подарить тебе семью – я протянул ему кусочек пирога, Акил обнял игрушку и умял пирог, словно он хомяк, а не фамильяр.

– Я принимаю твой подарок, Косточка – из его глаз покапали слезы, которые стали превращаться в мелкие камушки.

– Акил, что это? – я занервничал.

– Косточка, ты разбил камень в моем сердце, а это настоящие бриллианты, мы можем их отдать ба и деду. Только истинным сердцам открываются богатства нашей души, и только с любовью и нашей семье мы поможем обрести не только благосостояние, но и здоровье, а также успех, а ты, не зная всего этого, без корысти подарил мне то, чего не осмелился сделать даже мой первый хозяин, он был хорошим, только знал, что если свяжет нас, то я буду его слабым местом, а он моим. Спасибо тебе Костя – Акил подпрыгнул ко мне, и обнял.

– Акил, а если я умру, ты тоже умрешь? – плохой вопрос, но я вдруг вспомнил о том, что мне сказала смерть.

– Нет, но пустоту я почувствую в тысячи раз больнее, нежели бы умер, я знаю почему ты спросил, и поверь мне, я тоже думал. Что значат эти слова, и знаю одно, что нам стоит во всем разобраться, а сейчас я думаю, что пора идти спать. Не будем думать о плохом, ведь сегодня такой праздник – он сильнее обнял игрушку и перешел ко мне на руки. Мы отправились спать, Акил спал со своей новой игрушкой, и улыбался во сне, я мысленно поблагодарил небеса, за то, что я смог узнать такого, как он, и что мои ба и дед не оставили меня, а вырастили в любви и заботе. Сон сморил меня, и я провалился в свои сновидения, тьма отступил, я понимал, что это временно, но мне нужна была передышка, как глоток воздуха.

Глава 8. Аспид.

Проснулись мы все почти под вечер, правда ба встала раньше всех, она уже готовила, хотя еды было еще много. Мы посмеялись, что она раскормит нас на убой, и рассказали ба с дедом, что Акил теперь наша семья. Бабушка обняла его и сказала, что он давно уже стал для нее внуком, а дед сказал, что теперь на рыбалку будем ходить все вместе, это традиция. Акил был счастлив, потом мы решили с ним сходить на каток, ему конечно не покататься, но он любил смотреть, как это делаю я, прячась в моем капюшоне. Народу было не много, наверное, отмечают или спят. Я одел коньки, и мы стали мечтать, что выступаем на соревнованиях по конькобежному спорту, правда наше катание резко прервалось, так как мы увидели ту девчушку с ее мамой. Постояв в ступоре минут пять, мы решили не обращать на них внимания, хотя женщина меня немного раздражала, наверное, я не смог простить ее резких слов, а может и того, что она всех гребла под одну гребенку. Мы старались их не замечать, а вот женщина напротив очень даже не скрывая сверлила нас, я не выдержал, и подъехал к ней.

– Простите и здравствуйте, но вы хотите нам что – то сказать, или просто дырку прожечь – мой голос был с неким призрением.

– Да хочу, избавься от него, зачем тебе такая тварь, они же мерзкие и злобные – она выплевывала каждое слово.

– Мерзко себя вы сейчас ведете, и вы не знаете Акила совсем, то, что возможно с вами случилось, не значит того, что он к этому причастен – меня накрывало от злости, состояние безумия начало окутывать меня, но я боролся.

– Именно он нет, но ему подобные прислужники, они же как чума для людей – женщина сжала руки в кулаки.