Ксения Фави – Украденная стать матерью (страница 25)

- Не ври, ты еще не успел… Окончательно забить ей голову! Света! Ну мы же цивилизованные люди.

Мама устало машет рукой.

- Черт с тобой, Кравцов. Проходи.

Под тяжелым взглядом Руса сопровождающий папеньку молодой человек остается за дверью. Меня Атаманов легонько гладит по спине и подталкивает вслед за мамой и Кравцовым в гостиную. Пара шагов, он наклоняется к моему уху.

- Всё будет в порядке. Послушаем, что ему надо.

Мне этого не очень хочется. Однако нужно, наверное. Самое сейчас главное, что рядом Руслан. С ним спокойнее.

- Чаю не предложите? - папенька тем временем крякает и присаживается в кресло. Мягкий уголок в гостиной стоит справа, вдали от стола.

- Ну почему же? Мне не жалко кипятка! Только не тяни резину, Витя.

Отец потирает холеные руки. От всей его персоны веет аурой обеспеченности.

- Я предлагаю нам помириться.

Мама аж звякает кружкой на блюдце. Подходит и ставит чай на журнальный столик рядом с отцом.

- А мы разве ругались?..

- Не придирайся к словам! - отмахивается от ее удивления гость. - Полине я хочу дать общение, помощь и поддержку.

У мамы только открывается и закрывается рот.

- Она ни в чем не нуждается, - звучит тяжелый голос Руслана.

«Папа» морщится и трет ухо.

- Я просил не влезать? Девочка должна быть независима от возомнивших непонятно что самцов. Для нее будет подготовлено жилье в центре. Я позабочусь о хорошей службе. А лучше всего - отправлю ее за границу повысить квалификацию! Поля, у тебя начнется другая жизнь.

Подростком я мечтала о чем-то таком. Что вернется папа, и мир заиграет другими красками. А сейчас… Мне как будто вручили гостинец, который протух.

- Меня полностью устраивает моя жизнь. Хотелось бы и дальше жить ее спокойно.

Говорю, не поднимая глаз. Все-таки мне тяжело. Воцаряется минутная пауза.

- Полина, я тебя не тороплю, - теперь отец говорит проникновенно, - подумай. Как я уже говорил, я хочу сделать работу над ошибками. Спасибо за чай, Света. Теперь я могу уйти.

Мы с мамой не знаем, что и сказать. Кравцов аккуратно возвращает чашку на блюдце. Поднимается. Хоть он и мощный, но довольно хорошо владеет своим телом. Пружинистой походкой и с прямой спиной «папа» направляется к дверям.

- Я провожу тебя.

Виктор тут же оборачивается на Руса. Да и мы с мамой смотрим на него в изумлении. Может быть, я должна его остановить… Но он лучше меня знает, что делать.

- Хм, ну идем. До свидания, девочки.

Сказать бы ему, где он будет искать девочек. Но в голове только Руслан.

Они выходят, мама не запирает дверь. Я быстро иду к окну. Впиваюсь глазами в двор. Все трое, с охранником, выходят. «Папа» и Рус шагают направо, там старенький сквер. Больше я их не вижу.

Глава 11

Руслан

Кравцов не проронил ни слова, пока мы выходили. Боится сказать лишнее? Этот человек великолепно умеет носить маски.

Мы с ним уходим подальше от детской площадки и стоянки машин. Вдали стела, не знаю, в память чего. Пара обшарпанных лавок. Неровный асфальт, деревья и сумрак. Отличное место.

- И что ты устроил за цирк? - задаю вопрос.

Собеседник полной грудью вдыхает воздух от листьев.

- Какой цирк? Я хочу общаться с дочкой, Руслан. А вот ты что делаешь рядом с ней? В какую хочешь втянуть авантюру?

- Это касается только нас двоих.

Губы Виктора презрительно поджимаются, их уголки опускаются вниз. Он становится похожим на жабу.

- Говоря твоими словами, Атаманов, теперь меня касается вся жизнь Полины.

- Теперь ты о ней не будешь знать, я об этом позабочусь.

В ответ на мое твердое обещание Кравцов лишь сладко улыбается.

- Буду, если она захочет. Девочке необходим отец.

- Она уже не ребенок!

- В глазах родителей все мы дети.

Из меня вырывается стон с хрипом.

- Да прекрати лицемерить! - я прикрываю веки, чтобы не видеть его физиономию и спокойно вдохнуть. - Тебе не было до нее дела много лет. А потом ты долгие месяцы следил за ней, только чтобы она не подпортила тебе жизнь. На ее судьбу тебе было плевать!

Сам чувствую, насколько сильно горячусь. Это не в моих привычках. Но ничего не могу с собой поделать. И все же у меня не получается пробить скорлупу Кравцова.

- Следил за ней ты, начнем с этого, - единственное, с его лица стирается улыбка, - она в курсе? Думаю, нет.

- Тебе самому не выгодно говорить ей об этом.

Не то что бы я хочу обманывать эту девушку. Совсем не хочу. И я никогда не хотел и не делал ей зла. Но правда о том, почему и насколько сильно я ее знаю, может вызвать у нее отвращение ко мне и страх. А этого я не желаю куда больше.

- Хм… Я не делал ничего чудовищного. Всего лишь волновался за дочь. А вот ты подписался следить за ни в чем неповинным человеком.

Мне кажется, следующий мой вдох отзывается болью в легких.

- Тебе лучше других известно, что я не знал всей правды. Ты выставил ее взбалмошной истеричкой, сказал - она в опасности. А девушка просто жила своей жизнью! Ни с какими плохими людьми, как ты говорил, не общалась. Планы мести тебе не вынашивала.

- Всё это болтология, - капризно отмахивается Виктор, - по факту ты влез в каждый уголок ее жизни. Ей точно это не понравится.

Не хочу даже думать, что Полина почувствует. Но и скрывать вечно тоже не смогу.

- Я сам расскажу ей правду.

- Она тебя не поймет.

Язык у Кравцова подвешен, не зря он просочился в политику. Ощущение от разговора остается хуже некуда. Хотя если бы речь шла не о Поле… Черта с два бы меня так пробрало. Да я бы вообще не думал об этой истории! Разорвал бы контракт, учёл опыт.

- Это уже наши дела, - показывать слабину Вите я тоже не собираюсь, - а ты не лезь к ней и ее матери.

Виктор разворачивается. Я, впрочем, тоже не вижу смысла продолжать разговор. На обратном пути Кравцов все же отвечает мне через плечо.

- Я буду общаться с дочкой и с женщиной, которая мне ее подарила.

Не удерживаюсь от смеха.

- Прибереги эти фразы для предвыборной компании.

- Подготавливай лучше свою речь для Полины.

Мы остаемся каждый при своем. Понимаю, что Кравцов переиграл свой план. Если раньше он хотел быть в курсе каждого нюанса жизни взрослой дочери, притом держать ее подальше, то сейчас сам напрашивается на общение. Зачем ему это?

Подумать, что он вдруг одумался и говорит правду, я физически не могу. Слишком сильная меня переполняет ярость и… страх, что он станет ей ближе меня?.. Не знаю, я не силен в загадках человеческой психики. Но меня просто выворачивает наизнанку от мысли, что Поля ему поверит.

Но если он искренен, получается - я встаю между ней и отцом? Боги, мой мозг сейчас рванет.