Ксения Фави – Родной приемный сын миллиардера (страница 54)
Несколько секунд отец и младшая дочь обнимаются.
— И ты, Степанида, — говорит отец, когда Марианна возвращается на место.
— Я просила меня так не называ…
— Я никуда больше не уеду, — мы все замираем, — купил в области большой дом. Там будешь жить и ты, у меня под присмотром.
— Ты что придумал?! — мама визжит.
— К детям перестаешь лезть раз и навсегда, ни шагу без охраны. Я открываю благотворительный фонд, там ты будешь пахать как проклятая. Ездить по нуждающимся семьям, по детским домам. Проводить благотворительные мероприятия. Общаться с клиниками, в которые мы будем устраивать больных. Еще мы постараемся помогать животным. Приюты ты тоже будешь курировать.
Сестры хлопают глазами. Я тоже, признаюсь, впечатлен.
— Да я разведусь с тобой, Тугулов! Никто не смеет мной командовать! — мама подскакивает.
— Я все перевел на детей и тайные счета. Что ты получишь? Крохотную однушку, минимальное содержание. Медицинскую страховку уж так и быть, я тебе оставлю. В остальном ты вернешься к тому, от чего ушла. А еще на твою голову обрушится позор. Тебе перемоют кости знакомые. Так выбирай — унижение или видимое благополучие, но вместе с пахотой.
— Дети мне помогут!
Папа смеется.
— Зятья? Нет. Нелли, которую ты изводила? Тоже вряд ли. Или может быть, Тамир? Наш единственный сын, которому ты чуть не сломала жизнь. Никчемный, как ты его назвала перед чужими людьми? Госпожа Стелла, пришел конец твоему правлению. Теперь ты сама будешь служить людям.
— Тамир! Сынок, я же ради твоего блага! Мы — семья! Скажи отцу!
Мать бросается ко мне, впивается пальцами в предплечья. Освобождаюсь из ее рук.
— Мама, я говорил тебе, что знаю, кто моя семья. Это Яра и сын. К сестрам я тоже очень хорошо отношусь. С отцом, надеюсь, мы теперь будем видеться больше, — беру паузу, — а насчет тебя… Это наказание я считаю еще мягким. Но ради сестер, ради покоя своей жены я удержал себя в руках. С тобой же пусть возится папа. Это он когда-то на тебе женился.
Я вышел на улицу первым. Вздохнул и вдруг ощутил нелогичную легкость. Достал телефон и набрал смс.
"Любимая, еду домой".
Эпилог
Яра
Мой муж пережил очень трудный день в жизни. Но и крайне нужный. Это как операция — стресс для организма, но потом он лучше функционирует. Так и тут, Стеллу необходимо было вырезать из его жизни.
Именно из его, потому что дело не во мне. Не я, так была бы другая. Стоило бы ему влюбиться, как мать отравляла бы девушке жизнь.
Ее бы могла устроить такая марионетка, как Аурика. Да и то не факт, что Рика подчинялась бы Стелле все время. Если бы она перестала выполнять команды свекрови, тоже бы стала ее злейшим врагом. Выход здесь только один — полностью сепарироваться от такой матери. И хоть я сама мать, в этом Тамира поддерживаю.
К слову о материнстве… Одному утру в нашей семье суждено быть необычным.
Тугулов еще спит, а я сегодня поднялась ни свет, ни заря. Мне не терпелось.
Сынок попил молочка, еще уснул. Я же сделала одно дело и долго ходила из комнаты в комнату — по гостиной, в кухню, на балкон. Когда-то я поклялась себе, что подойду к такому решению очень ответственно. Что больше не пущу все на самотек. Но все так изменилось! Сейчас моя жизненная ситуация абсолютно другая.
И все же то, что произошло — далеко не ерунда. Я кусаю губы, тереблю шнурки от толстовки. Меня потряхивало, так что я прямо с утра влезла в свой любимый теплый костюмчик шоколадного цвета.
Ох, мне вообще сейчас хочется забраться под одеяло и не вылезать! Фу-ф… Так, пора.
Иду на кухню, беру металлический поднос с крышкой. Под ним мой утренний сюрприз для мужа. Горячий! Бодрящий! Надеюсь, ему понравится.
Иду в спальню, легонько позвякивая. Когда вхожу, Тамир уже открыл один глаз.
— Доброе утро! — любимая мной улыбка переходит в зевок.
Ничего, сейчас проснется.
— Доброе, — приподнимаю уголки губ, — у меня для тебя кое-что есть.
Тамир садится на кровати. Кидаю взгляд на его крепкое тело, с которого соскользнуло одеяло. Даю себе полюбоваться пару секунд и снова к делам.
— Завтрак? — муж говорит, казалось бы, очевидную вещь. — Мне приятно, но лучше бы ты поспала. Вчера ведь мучилась несварением. И да, сегодня я звоню в клинику!
— Угу, отличная мысль.
— Да? — Тамир вскидывает бровь на мое такое быстрое согласие.
— Разреши…
Я подхожу к кровати, опираюсь на одно колено. А на колени мужа, прикрытые одеялом, ставлю поднос. Тамир удивленно смотрит. Ведь поднос такой легкий.
— Мм?
— Угу, — киваю на крышку.
Любимый снимает ее… Прищуривается. Внимательно смотрит несколько секунд.
— Это устройство… То, о чем я думаю?
Он берет в руки белый продолговатый предмет из пластика. В середине его экранчик… с двумя полосками.
— Да, это современный тест на беременность, Тамир.
— И он? — на меня устремляются полные надежды глаза.
Мне даже смешно немного от его наивности. Темные омуты как у олененка.
— Положительный, конечно! — фыркаю. — Я бы не стала сообщать, что не беременна с таким пафосом!
Хихикаю.
А вот Тугулову не до смеха. Он словно каменеет с тестом в руках. Смотрит на него, не моргая.
— У нас… будет дочка?
Такой вывод я ожидала меньше всего. Даже улыбаться перестаю.
— Не знаю, — жму плечами и удобнее усаживаюсь на кровати, — ты именно девочку хочешь?
Тамир вновь глядит на тест, потом на меня.
— Но полоски же розовые?
Боже, я давно так не смеялась! Этот момент мог стать романтичным и трогательным. Вместо того будущая мамочка хрюкает от смеха.
Спишем поведение Тугулова на утро и эффект неожиданности. Ну и то, что этот взрослый успешный бизнесмен впервые видит тест. Да и в принципе детьми мало интересовался раньше.
— Тамир, это просто подтверждение! Пол мы узнаем потом.
Наконец, и супруг ржет. Ну вот, он снова с нами. Вышел из ступора.
Не знаю, сколько проходит, пока не раздается тихое…
— Я так счастлив.
Ох, вот и сентиментальный момент. Настроение тут же меняет градус, и я шмыгаю носом.
— Правда?
Меня вмиг сметают в объятья. Тамир укладывает меня сверху на свое крепкое тело. Поглаживает по спине.
Я кладу голову ему на грудь и слышу гулкий стук сердца.
— Как по-другому? — он отвечает вопросом на вопрос. — Теперь мы будем вместе с первого дня. Сейчас же поедем к врачу. У сестер вроде был хороший.