Ксения Фави – Родной приемный сын миллиардера (страница 5)

С какой целью она взяла Степашку, пока я валялась в больнице? Уж не от бабушкиных чувств. Хотела забрать его насовсем? Вполне вероятно. А потом что-то пошло не так?

Ладно, какой смысл гадать.

Наконец, звоню водителю. Спокойный молодой человек поднимается на мой этаж, берет чемоданы. Я уже выкатила их и сразу могу закрыть дверь.

Уже почти делаю это, как раздается лязг замка рядом. Высовывается круглое личико соседки.

— Ярослава, ты выписалась? А я вот все прислушиваюсь, жду тебя.

Молодое семейство Жени Кошкиной живет со мной дверь в дверь. Как-то мы чуть не сбили друг друга колясками, а теперь дружим по-соседски и иногда ходим вместе гулять. Мужа Женьки я редко встречаю, он каждый день уезжает работать в Москву.

— Да, со мной все в порядке. Я… поживу некоторое время не здесь, — оглядываюсь на свои чемоданы, — аренду бросать не буду! Ты посматривай тут, что и как.

Миленькая Женя округляет глаза. Скользит ими по мне и вещам, а потом впивается в водителя.

— А где ты… будешь теперь? — интересуется, так и глядя на него.

Качаю головой.

— У знакомых. Дела там есть, долго рассказывать. А из области не наездишься. Прости, не могу заставлять машину ждать. Дмитрий, идемте.

Высокий Дима лишь молча кивает. Он ждал бы, сколько надо, конечно же. Но думаю, понял, что я ухожу от вопросов.

— Ну пока, дорогая… — с сожалением выдыхает соседка.

— Пока.

На прощанье я обнимаю ее.

Мне грустно оставлять позади наш разноцветный ЖК и этот уютный мирок. Но вечно прятать голову в песок все равно не получилось бы.

Даже реши я вообще никогда не говорить Тамиру правду и не встречаться с ним — ничего бы не вышло. Ведь папа постарался и настрочил Стелле письмо. Она бы так просто это не оставила.

Это не говоря о том, что я хочу отца для своего сына.

Почему-то увидев сегодня Тамира, я это отчетливо поняла. Но вот что захочет он?..

Глава 3

Пока возвращаемся, на город опускаются сумерки. Загораются яркие огни. Редеют пробки. Но все равно путь занимает приличное время. Степашка успевает проснуться. Не вырубился сегодня до утра.

Хм, когда-нибудь я спрошу у миллиардера, сколько метров в его квартире. Она реально огромная.

Оказывается, здесь даже есть несколько комнат для прислуги с отдельным лифтом. Работники могут, не попадаясь на глаза хозяину, входить и выходить. Об этом мне поведал водитель.

Я решаю зайти с ним и чемоданами через этот самый вход.

Два персональных лифта до квартиры… Чем еще мир отца моего ребенка меня удивит?

Но пока моя очередь удивлять его своим появлением.

— Не слышал, как ты заходила.

Он в гостиной. Стоит на том самом огромном пространстве у панорамного окна.

В широких темных штанах типа спортивных, облегающей черной футболке и босиком. Тамир никогда не был огромным качком, но каждая его мышца словно вылита из стали. Он прекрасно сложен, ничего лишнего. "Виной" тому постоянные физические нагрузки, которые он просто обожает.

А я когда-то обожала смотреть на него. Даже сейчас не могу оторвать взгляд от крепких рук мужчины, исчерченных сеткой выпуклых вен.

— Я зашла с черного входа.

Тамир вскидывает темную бровь.

— Откуда?

— Ну, с твоего черного лифта, — хмыкаю.

Он понимает. Посмеивается.

— Он точно такой же и вполне чистый, если ты заметила. Так просто удобнее для всех.

— Я пошутила.

Конечно, в нашем романе было больше его инициативы. Он меня заметил в компании, узнал, кто я. Пригласил на обед. По-другому наши миры бы не пересекались.

Но я никогда не смотрела на него, как на сошедшее с небес божество. И пусть кто-то мне не поверит, но я видела в нем гораздо большее, чем человека с миллиардным состоянием.

Может быть, я ошибалась.

— Как поездка? Взяла всё? Если что-то нужно докупить, скажи няне.

Конечно, кто-то должен был присматривать за ребенком. Не Стелла же.

— Если что, я сама закажу. И в няне больше не будет необходимости.

Тугулов хмурится. Жду, что он скажет, как отрежет — няня будет, и точка. Но миллиардер вдруг решает обсудить.

— Разве легко справляться одной? За эту неделю у меня была мысль нанять вторую няню.

— Я как-то привыкла…

Пожимаю плечами. Нет, все же маленький ребенок не для его жизни. Как и серьезные отношения когда-то. Семь дней — и он уже ощутил дискомфорт.

— Понимаю, — Тамир кивает, — но подумай еще раз. С няней будет удобнее.

— Ладно, — в конце концов, чего вредничать, — наверное, я очень соскучилась по сыну просто. Он ведь проснулся? Пойду к нему.

Смотрю в глаза миллиардеру и вижу желание что-то сказать.

— Думаешь, что я монстр и неволю тебя?

Хм, к вечеру его потянуло на откровенные разговоры? Наверно, слишком долго стоял у окна.

Но вопрос, конечно, интересный.

— Ну, в наручники ты меня не заковал. Охрану не приставил. Но мой спокойный мирок пошатнул, что уж скрывать.

— Этот мир был таким уютным? Ты пострадала?

Поднимаю брови. На меня направлен сверхвнимательный темный взгляд. Почему-то хочется подумать. А потом ответить честно.

— Была иллюзия уюта. А с иллюзиями очень сложно расставаться.

Выдерживаю его взгляд. И… он отводит свой.

— Идем к ребенку.

Идем?.. Нет, мне не послышалось. Тамир шагает вслед за мной, а после обгоняет. Но это в итоге полезно. Я пока плохо ориентируюсь в его хоромах.

Наконец, вижу своего сынишку не спящим. Степе полгодика, он пока не все понимает и, конечно, еще не разговаривает. Но глазками быстро находит меня и улыбается в ответ на мою улыбку.

— Мой сладенький… — склоняюсь над взрослой кроватью, где он лежит.

Мне хочется зацеловать его маленькие кулачки и пухлые щеки. Защекотать губами пузико через майку. Мир вокруг как будто перестает существовать. Мы были неразлучны! А тут целую неделю не видеть, а потом еще пережить его пропажу.

Сынок заливисто смеется в ответ на мои ласки. Он любит, когда его целуют, поглаживают, даже щекочут. Очень тактильный. Прямо как папа…

После того, как мы перестали видеться, мне еще долго снились объятья Тамира. То, как он клал голову мне на колени. И конечно… минуты близости. Он стал моим первым в двадцать лет, и потом я пробовала завести новые отношения. Но пара нелепых попыток даже рядом не стояла… с ним.