Ксения Фави – Проснулись в браке (страница 45)

- Да что ты воспринимаешь все в штыки?!

Мама тоже злится. И тут внезапно со своего места поднимается Ая. Подходит к нам.

- Элина, не горячитесь, - она по-дружески гладит мамино плечо, - я прекрасно понимаю вашу дочь. Никита может вскружить голову.

Не сдерживаюсь и фыркаю.

- Уж тебя он свел с ума. В прямом смысле!

- Лиза, что ты бросаешься на людей?! - мама взрывается. - Не отыгрывайся на нас! Лучше подумай о проблемах с мужем.

- А у меня нет с ним проблем!

- Она просто в шоке, - раздается голос сотрудницы ЗАГСа.

Та стоит вдалеке от нас. Видно боится, как бы не началась драка.

Нет, я осознаю, что мне выдали информацию. И что ее надо бы обдумать. Но я слишком зла сейчас на мать. Ая тоже как заноза моей жизни. На регистраторшу плевать, та, скорее всего, продалась за деньги.

- Так тебе есть, что добавить? - смотрю на маму.

Ая перевешивает свою цепкую лапку с нее на меня. Чувствую холодные влажные пальчики на своем предплечье. Как будто лягушка прыгнула и пытается не свалиться.

- Лиз, не нужно так говорить с матерью… Послушай, я тебе не враг! Да, поначалу я злилась и во всем винила тебя. Первая реакция! Я устроила скандал в магазинчике крестной - извини меня за это. Но когда я поговорила с Валентиной… Поняла, что еще хорошо отделалась. Впрочем, с меня нечего взять. Мама вырастила меня одна, из активов у нас советская двушка на окраине. Я бедная девушка, потому Ник меня бросил.

У меня, наконец, получается скинуть ее руку с себя.

- И оплатил тебе съемную квартиру на много месяцев вперед? - усмехаюсь. - Хороший мошенник!

Ая поджимает губки.

- Как ты можешь защищать его после того, что узнала?! - мама переходит на визг. - Ты поняла вообще, что я тебе говорю?

- А ты? - смотрю маме в глаза. - Я ведь просила не лезть в мой брак.

Разговор пошел по кругу. Регистраторша с Аей переглядываются. Бывшая Никиты снова корчит из себя миротворца.

- Мы лучше пойдем, - говорит она, - а вы поговорите наедине, как мама с дочкой.

Валентина на этих словах вылетает как сайгак из вип-комнаты. Ая медленно идет за ней, будто хочет уловить отголоски нашего с мамой разговора. Но мы обе молчим.

- Что ты планируешь делать? - начинает говорить мама, когда за посторонними закрывается дверь. - По сути он совершил над тобой насилие. А теперь проделывает мутную схему с кредитом.

- Мам, я даже не знаю, правда ли все это!

Ведь так и есть. Слова Аи, слова мамы. И еще этой Валентины пугливой.

- Не веришь родной матери? Зачем мне врать?

Горько усмехаюсь.

- Например, чтобы свести меня с Петей. Мм?

- Я думаю о твоем будущем!

- О своем будущем ты думала в этом случае. Мам, не надо считать меня дурой.

Мама потирает виски. Думаю, нам тоже лучше уйти отсюда.

- Я пока не сказала отцу… - в голосе мамы угроза. - Как раз чтобы не выставлять тебя малолетней дурой. Но если не возьмешься за ум, скажу! Папа быстро разберется с этим любителем кредитов. Ведь если он повесит их на тебя, платить Таханову.

- Папа точно не поверит тебе на слово, - хмыкаю.

- Я ему докажу. Сам поговорит с Нэлькой Серовой, которая уже лет десять управляющая в банке. Да и косвенных доказательств полно. Возьми только, как этот мерзавец говорил с Красавиными! Петю побил, Олега запугал. Пообещал сделать на него компромат. Да Олег - честный бизнесмен! Один из немногих… Но твой Никита ему прямо сказал, чтобы не упустить Лизу, я пойду на все.

- Я тоже готова на многое, чтобы не потерять Ника.

Разговор заходит в тупик, и мы обе это понимаем. Мама явно не на такую мою реакцию рассчитывала. Да я и сама себе удивляюсь, если честно. Какое-то спокойствие. Может, правда шок?

- Что ты намерена делать? - мама не отступает.

- Ничего, - вздыхаю, - ну, я поговорю с Ником, конечно. Правда, мне тяжело будет сообщить, как далеко готова зайти моя мать в ненависти к нему. Его семья меня приняла, как родную.

Наши с мамой взгляды снова пересекаются. В ее глазах, лице, я во многом вижу себя. Внешне мы очень похожи. А еще впервые понимаю, что не чувствую себя слабее. Не ощущаю себя маленькой. В этот самый момент я понимаю, что выросла.

- Ты и уши развесила… - мама неодобрительно качает головой. - Да они всей семьей тебя окучивают! Давай, я договорюсь, вас тихо разведут задним числом. Валентина поможет.

- Как далеко зашли твои планы, - грустно улыбаюсь, - пошли, мам. Поедем каждая к своему мужу.

- Не вредничай, Лиза!

- Мама, с этого дня каждая из нас идет своим путем.

Я прожила странное детство. Никогда не сомневалась, что жить хочу только с папой. Но в то же время мне было невероятно тяжело провожать маму, когда она уезжала. В какой-то момент я даже перестала ездить в аэропорт.

И все равно каждый раз, видя ее спину, я ощущала тоску. Но сегодня… Я чувствую лишь то, что правильно поступила.

Иду на парковку, сажусь за руль. Еду в сторону дома.

Глава 21

Дом встречает меня огнями и дымком. Нет, это не пожар. Это Никита решил пожарить на мангале мясо.

- Меня нет дома, а ты мутишь шашлык? - стараюсь улыбаться, вылезая из машины.

Муж идет мне навстречу от веранды.

- Почему-то я думал, ты вернешься голодная.

- Ага… - усмехаюсь. - Легко предположить, что на ужине с мамой мне кусок в горло не полезет.

Мы сходимся на асфальтированной дорожке. Ладонь мужа по-хозяйски ложится мне на затылок, а язык ныряет меж моих губ. Залипаем в приветственном поцелуе. Моя голова на пару мгновений становится пустой.

С чмокающим звуком разрываем поцелуй.

- Пойдешь сначала в душ? - спрашивает Ник.

Да, сидеть в строгом костюмчике не слишком удобно. И прохладно уже. Хотя я вся горю…

- Нет, - мотаю головой, - просто вымою руки.

- Сказал же, голодная.

В санузле долго смотрю на себя в зеркало. В мамины глаза… Так и звучит в ушах ее - ты дура?

Даже если и так, то я имею на это полное право, мамочка.

Но это наше с ней… Если же говорить обо мне и Нике, я как и он до последнего готова бороться за наш брак. И до последнего верить в лучшее. Вытираю руки, иду на улицу.

Ник в белой футболке и видавших виды джинсах. Такой красивый со спины.

Колдует над мясом и вздрагивает, когда я крепко прижимаюсь к нему сзади. Не смогла отказать себе в удовольствии.

- Как же сильно я тебя люблю… - бормочу скорее себе под нос.

- И я тебя, детка.

Услышал! Впрочем, мне не жалко этого признания.