Ксения Фави – Проснулись в браке (страница 4)

- Поздно ночью? - Ник отвечает исчерпывающе о своем свободном времени. - Мастер будет уставшей и сделает работу не так хорошо. Мы же не хотим подвести молодых?

Помню, папа рекомендовал Никиту как адвоката кому-то и говорил - он вникает в каждую деталь, дотошный. Ох, не врал папочка!

- Конечно, я готова на все ради их свадьбы, - включаю легкий сарказм.

- Могу заехать за тобой, в дороге доспишь, - а в его тоне улыбка, - даже предоставлю плечо.

Ну вот, я смущаюсь. В голове образ меня, лежащей на его крепком плече. Наверное, было б удобно. Вспоминаю его в футболке - он довольно спортивен, накачан.

Да что со мной? Не видела что ли спортивных ребят? В универе вон толпами ходят.

Но в животе что-то схватилось от мыслей про Ника. И ухнуло тяжестью вниз. Да нет, это полнейшая чушь! Не могла же я… Не могла возбудиться!

- Так что? Во сколько мне быть?

У него хорошо поставленный, в меру низковатый голос. А сейчас он звучит вкрадчиво и мягко. От усталости, видимо.

Мои руки принимаются дрожать. Совсем не от страха!

- Мм, нет! - выдавливаю из себя. - Не надо делать такой крюк! Встретимся там, я пришлю адрес. Только не забудь смокинг. Пока!

- Доброй ночи, Лиза.

Бросаю телефон на кровать. Иду в свою ванную, включаю кран и выворачиваю на холодную. Подставляю ладошки и прижимаю после к щекам.

Уф… Что-то необъяснимое. Вспышка химии, хотя мы говорили через расстояние. От одних лишь слов и мыслей о нем я… сделалась мокрой.

Нет, такое не должно повториться!

От шока чуть не забываю позвонить портнихе. Мастер выдержала новости стойко. Сказала, ей не привыкать вставать рано. Ведь она часто работает со свадьбами.

Честно говоря, мне и самой уже все равно. Я и так не смогла бы сладко спать перед встречей с Никитой.

Мы с папой живем в просторной квартире старого фонда. В доме и самой квартире сделан капитальный ремонт, в комнатах звукоизоляция. Но я все же решаю не идти на кухню в пять утра, а выпить кофе где-то снаружи. Пока еду на лифте, думаю, в какой круглосуточный магазин можно заскочить.

Летом светлеет рано, на улице я не одна. Но почему-то сразу замечаю на себе внимательный взгляд. Как будто высшие силы заставляют повернуть голову вправо. Громов?!

Да, именно этот несносный (для меня лично) блондин стоит у серого кроссовера, сложив руки на груди. Явно не просто так стоит. Видя меня, поднимает руку в приветствии.

Сегодня я надела спортивный костюм - довольно мешковатый, светлый с голубыми полосками по бокам, белые кроссовки. Волосы собрала в шишку наверх. В общем, сделала все, чтобы выглядеть антисексуальной. Как будто это не я текла вчера по Нику, а он на меня залип!

Возможно, глупо. Но так я чувствую себя защищенной от себя самой.

- Вижу, ты выспалась. Выглядишь отлично. Привет, - мужчина говорит не просто так, он и правда внимательно меня оглядел.

- Спасибо, - отвечаю на его взгляд, хватает выдержки не смутиться, - а ты, вижу, совсем не спал. Я ведь не просила приезжать.

- Какая ты приветливая, Лиза.

А вот теперь смущаюсь.

- Да я не в том смысле…

Ник качает головой и дарит мне насмешливый взгляд. Открывает дверцу машины. Я думаю, он так приглашает сесть, и чуть не напарываюсь на поднос с кофе. Два желто-оранжевых стакана и два бумажных пакета с выпечкой.

- Что это?.. - ахаю.

Громов вскидывает бровь.

- В пакете? Круассаны с джемом, апельсиново-лаймовым. Не слишком сладко. То, что нужно с утра. Насколько знаю, на цитрусовые у тебя аллергии нет. А у нас есть время позавтракать.

Да, я вышла заранее. Ни в коем случае не хотела опоздать и нарваться на недовольства адвоката. А он… ждал меня у дома, оказывается!

- И давно ты здесь? Спасибо.

Беру у него кофе и круассан в бумаге. Опираюсь спиной на капот машины. Она у него идеально чистая, как будто и не ездит по городу.

- Не слишком давно, - отвечает Ник, встает рядом и тоже принимается за еду.

Я вдруг торможу. Кошусь на него.

- А откуда ты знаешь, что у меня нет аллергии?

Он тоже коротко смотрит вбок, потом отводит от меня глаза и усмехается. Что это значит?! Я перестаю есть.

Громов вздыхает.

- Когда вы приезжали в гости, ты пила очень много апельсинового сока. Расслабься, Лиза.

Теперь я судорожно жую. И правда не помешает успокоиться.

Моя мама сказала бы - откуда эти эмоции к парню, который ничего для тебя не сделал? Хм… если так рассуждать, то да, но… никто еще не приезжал ко мне в пять утра с кофе и круассанами.

Бодрящий напиток хоть немного ставит мозги на место. А еще поднимает настроение. Так что к портнихе приезжаем бодрячком.

Она тоже весела, как обычно. Всегда поражаюсь, сколько в этой щуплой блондиночке энергии. А ведь ей хорошо за сорок, если не пятьдесят. Она радушно встречает нас в ателье, знакомлю их с Громовым, и мы сразу переходим к делу.

- Никита, вы пока идите одевайтесь, а я подгоню Лизе платье.

Громов кивает мастеру, уходит в смежную комнату. Я быстро скидываю костюм и жду, что на меня наденут белую вещь. Но швея Наталья тормозит.

- Ох, а это я что тут оставила… Щас погоди, прострочу! - тараторит она.

Кидается к своим белым рабочим агрегатам. Я остаюсь посреди мастерской в таких же белоснежных трусиках и лифчике.

Глава 3

Еще месяц назад я была шоколадной от загара после поездки. Сейчас он подсмылся. Но все равно золотится на фоне белого белья. Оглядываю свою талию в зеркале - не набрала на каникулах? Да нет, вроде бы. Живот плоский. Еще и не ужинала толком вчера, не хотелось после разговора с Громовым. Вернее, после того, в какое состояние он меня ввел…

Хотя сегодня с аппетитом слопала его круассан. Мы поболтали еще немного за едой, по-дружески. Я спросила, был ли он свидетелем на свадьбах.

Да мы вполне можем стать приятелями! Как с его братом Дэном, например. Он тоже друг моего отца.

Я, кстати, слышала как-то, что папа в шутку и всерьез просил Дениса даже не глядеть в мою сторону в личном плане. В общем, намекнул, что я - табу.

Конечно, у него на мою личную жизнь свои планы.

Перебираю все это в памяти, невдалеке стрекочет машинка. Я задумчиво гляжу в зеркало перед собой и… Встречаюсь взглядом с Никитой!

Я старалась не пялиться на него утром. Вроде на адвокате были джинсы и какая-то серая рубашка. А вот сейчас он переоделся в черный смокинг, белую рубашку, надел бабочку… Причем бабочка светлее костюма, серо-голубая, под его глаза.

Этот мужчина не ценит эстетику, но сам он - ее воплощение.

А я… стою перед ним в одном белье! Гладком, не кружевном, но все же.

- Ай! - вскрикиваю.

Наталья как раз заканчивает шить. Смотрит на нас, охает и резво загораживает меня раскладной ширмой. За белым полотном немного перевожу дух.

- Я выждал время, - говорит Никита, - прошу прощения.

Он извинился, но почему я не видела раскаяние в его глазах? Отвернулся бы или быстро ушел. Нет, он просто стоял и смотрел. Кстати, не думаю, что он какой-то пошляк. Просто такой невозмутимый и уверенный, что все делает правильно. Типа - нечего тут стоять в стрингах. Уф… Хорошо я не поворачивалась задом! Хотя когда убегала за ширму, повернулась. Проклятье!

Слышу, портниха щебечет с ним.

- Это я виновата! Забыла, что один шов не доделала! Простите, ребята!

Она так искренне расстроилась. Мне даже жаль ее. Выглядываю из-за ширмы.