Ксения Фави – Перепутали спальни. Отец подруги (страница 9)
Злата делает глубокий вдох. Не возмущается. Тоже понимает, что не в ванную я к ней вломился.
Прохожу, сажусь на нижний ярус у другой стенки. Чтобы не смущать! Еще так удобнее смотреть на нее, но это уже детали.
Купальник Златы как майка с широкими лямками. Декольте не глубокое, животик прикрыт. Вырезы на бедрах тоже не слишком откровенные. Моему либидо зацепиться, казалось бы, не за что.
Но взгляд так и прилипает к моим любимицам. Против воли! Купальник их немного сплюснул (выбросить бы его к чертовой матери! Бикини лучше), но соски в нем выделяются лучше. Очевиднее.
Или они больше налились в сауне? Или же встали торчком не из-за сауны вообще?
Хочет она меня? Ну так, в теории…
Злата вновь прикрывает веки, делает глубокий вдох. Вверх, вниз — ох, сисечки!
А я уже думал, что в силу опыта никогда не буду пускать слюни по женской фигуре.
Глава 5
— Спасибо вам за фрукты и все остальное, — из забытья меня выводит нежный голос, — вы все-таки решили извиниться. Но не стоило.
Как интересно! Мне рассказывают, что я решил, и что мне делать.
— Почему это? — уточняю.
Она снова вздыхает. Черт.
Глаза так и не открыла.
— Потому что я подумала и поняла — вы правы. Извиняться вам абсолютно не за что.
— А я и не извинялся.
Черные омуты, наконец, распахиваются. Она удивленно смотрит на меня.
— Тогда зачем всё это?
Действительно, зачем? Подкатить я к ней не пытаюсь… Да не-ет, не пытаюсь! Как подруга дочери она и так получила бесплатный отдых.
— Хотел поднять вам настроение после отъезда Лизы. Чтобы вы чувствовали себя комфортно.
Говорю, мать вашу, чистую правду! Мне просто захотелось ее порадовать, как иногда хочется сделать приятное близкому человеку.
Но мы не близки!
— Не надо было… — Злата явно смущается. Морщит лоб. — Я и так не знаю, как благодарить Лизу за приглашение… А тут еще столько всего.
Все также сидя в позе лотоса, она уже не расслаблена. Опускает глаза, теребит рукой пальчик на ноге.
— Лиза тут абсолютно не причем, — говорю спокойно, — знак внимания сделал я, и вашего «спасибо» мне более чем достаточно. Давайте закончим это обсуждать.
Я сам уже почувствовал неловкость. Нашелся благодетель! Для женщин, с которыми я имел дело в последнее время, это сущие пустяки. Могли бы принять за оскорбление.
Да, они со мной спали, а не просто радовали взгляд. Но все же.
С другой стороны, я понимаю Злату. Сам вырос в простой семье. Для нее все это роскошь, за которую она чувствует себя должной. Черт. Пора жалеть, что все это затеял или как? Впрочем, я не привык жалеть о своих поступках.
— Хорошо, еще раз спасибо вам.
Девушка свешивает ноги, ставит их на нижнюю полку. Явно хочет уйти.
Ну что ж, любезностями обменялись, и ей уже может быть жарко. Неизвестно, сколько она просидела в сауне, когда я пришел. Так что разговор не продолжаю и ограничиваюсь кивком.
Но взгляд так и цепляется за вожделенную фигурку. Говорят, красота надоедает. Мне когда-нибудь наскучит пялиться на подругу дочери? Пока даже представить себе такое не могу. Она как будто создана для того, чтобы мне нравиться — стройная, но не очень худая, нежная с гривой темных волос. Рука так и тянется собрать их в кулак…
Хорошо, что мечтая, я следил за каждым ее движением. Поэтому, когда она, взмахнув рукой, поскальзывается, я вмиг оказываюсь рядом. Ловлю Злату в свои объятья. Она даже вскрикнуть не успевает.
Аромат ее разгоряченной кожи оглушает. Я уже чувствовал его в ту ночь в номере и списал на парфюм. Но вряд ли она надушилась в сауну.
Сладковатый, какой-то ягодный, но с долей пряностей. То барбарисом отдает, то перцем.
Голова кругом.
— Мм! — Злата дергается в моих руках.
— Вы в порядке? — хмурюсь.
Чего она мычит?
— М!
Так, нужно вынести ее из жары. Там и поговорим.
Подхватываю ее на руки. Плечом открываю дверь и выношу к бассейну. Она моргает и крепко держится за мою шею. Я взял ее под колени и под мышку, немного пальцами сминаю мою прелесть. Одну из прелестей… Боги, какая у нее грудь!
Ну да ладно… Уже заезженная пластинка. Как там ее самочувствие?
Опускаю девушку на лежак вместе со всеми прелестями. Так и молчит, только таращится. Кладу ладонь ей на лоб. Горячий!
— Секунду.
На столике между лежаков деревянные ящички со свернутыми небольшими полотенцами. Беру одно и окунаю в бассейн. Отжимаю, возвращаюсь к Злате. Кладу прохладную ткань на ее лоб.
Ее губы, подсохшие, но все же пухлые и соблазнительные, рядом. Сколько там сантиметров до того, чтобы взять желаемое? И разгребать последствия потом…
— Мне лучше.
Голос хрипло прорезывается, а за ним тонкие пальчики, мимолетно касаясь моих, убирают компресс.
— Голова от жары закружилась? — я тоже охрип.
Садится на лежаке, мотает головой.
— Я поскользнулась случайно… А потом у меня голосовые связки заморозились. От испуга. У меня так бывает, — трет горло, — простите, не смогла сказать, чтобы вы меня не тащили.
Хмыкаю. Вот же. Спасатель Малибу.
— Пустяки, — прокашливаюсь, — а что это с голосом?
Морщит лоб.
— Бабушка говорит, меня напугали в детстве. Но подробности не рассказывает, а сама я не помню. Вообще это жить не мешает. Почти… Тогда в номере я не сразу смогла закричать. Наверное, не надо это вспоминать…
Да, если бы завизжала сразу, то я бы не потрогал
Хотя эта юная женщина все больше интересует меня всем существом. А не только сиськами.
Так спокойно рассуждает о том, что другого бы привело в панику. Просто поскользнулась, просто голос пропадает. Кажется, она не любит жаловаться и ныть.
— Воды все-таки надо выпить, — иду к кулеру неподалеку и наполняю стакан, — держите.
— Большое вам спасибо.
Она уже встала, пьет из стаканчика. Смотрит из-под ресниц.
Интересно, уже считает меня за идиота? Или, может, заметила мой интерес? Или ей ровно на меня совсем.
Хм, когда в последний раз меня волновало, что обо мне думает женщина?
Давно, очень давно… Если не брать в расчет мысли — а не собралась ли за меня замуж очередная содержанка? Вот тут я хотел залезть к ним в голову.