Ксения Фави – Перепутали спальни. Отец подруги (страница 35)
— Просто пойдут, скорее всего, к администраторам…
— Я сказал, не нужно.
Таханову проще отрезать, чем выкручиваться. Он и правда не актер.
— Мм… — Барбара явно осаживается. — Хорошего отдыха, Борис Аркадьевич.
— Спасибо. Удачной смены.
— Спасибо!
Подплываю к бортику и смотрю в щель между задвижек. Высокая блондинка Барбара так и тянет шею вверх. Хочет увидеть, что там за пределами комнаты отдыха происходит.
Уплываю дальше от дверей.
— Исполнительные сотрудники иногда зло, — Таханов входит ко мне в черных плавках и со стаканом безалкогольного мохито, который я попросила.
— Она не видела меня? — хмурюсь.
Борис морщится.
— Вряд ли. Но поняла, что я не один, — усмехается.
— Ты не слишком резко с ней поговорил? — подплываю к бортику, беру у мужчины коктейль.
Таханов хмурится еще сильнее.
— Эта Барбара у меня давно, работала в моем любимом отеле. Но оттуда я ее убрал, начала раздражать. Вроде ответственная, но совершенно не слышит, что ей говоришь. Гнет свою линию.
— И она не захотела совсем уйти? Не обиделась? — обхватываю губами трубочку.
Борис входит в воду.
— Ей не объясняли причину. Эйчар вроде говорила, она не русская и хочет уехать на родину предков. Может, потому и не видит смысла менять работу. Мне это в принципе неважно. Надо ж было именно ей прийти сюда…
— Все знают, что ты не монах, — отмахиваюсь, — главное, она меня в лицо не видела.
Таханов ныряет и всплывает ровно за моей спиной. Не успеваю ойкнуть, протягивает к моей груди руки. Взвешивает ее в ладонях, находит большими пальцами соски. Хм, как специально я надела лиф без поролона.
— Теперь я жесткий монах ко всем, кроме тебя, — хрипит мне в волосы.
Потягиваю коктейль, наслаждаясь его лаской.
— Мм? — делаю скептический тон.
Тут же мне в попку упирается кое-что большое и упругое.
— Ты можешь сомневаться, — низко мне в ухо, — возможно, имеешь право… Но мне никто кроме тебя не нужен, поверь.
— Я не хочу сомневаться, Борь…
Я доверяю Злате, но готов ревновать ее к каждому столбу. Не потому, что она легкомысленная. Уж ее репутация кристально чиста. Просто я совсем не доверяю "столбам". Еще эта необходимость хранить тайну…
Так привык засыпать и просыпаться с ней за эти семь ночей, что мне не по себе, когда разъезжаемся по домам. И отвезти сам не мог — была давно запланирована встреча, которую нельзя переносить. Отправил свою прелесть с надежным водителем.
В целом, наверное, рано жить вместе, даже если бы мы не скрывали отношения. С ее стороны… Со своей-то стороны я хоть сегодня готов.
Кто бы мог подумать?
Дочь не подозревает, что я вернулся с кардинальной перепрошивкой. Как обычно скрывает свои походы в детский центр на работу и щебечет про их отдых с маман. А я впервые в жизни радуюсь, что она с ней улетает. Можно позвать Злату в гости… Черт. Игра в шпионов точно не по мне.
Пока Лиза не уехала, успеваю разок смотаться в Зажопинск. Ой, простите, в Медвежинск. Название тут роли не играет, в принципе, главное, что бабуля Златы все еще в гостях.
Я без помех забираю свою малышку, и на долгие сутки мы зависаем в ближайшем приличном отеле. Оккупировать бабушкину квартиру мне показалось неудобным.
В общем, все сносно. И сегодня моя дочка улетает отдыхать.
— Что с настроением? — интересуюсь, когда вижу ее задумчивую за столом на кухне.
Время к вечеру. Оранжевые чемоданы стоят в прихожей — большой и маленький. Вроде через час Лиза должна выдвигаться в аэропорт. Я поспешил с тренировки, чтобы увидеть ее перед отъездом. Но думал, она будет совсем в другом настрое.
Только не надо говорить, что они поругались с матерью, и все отменяется!
Хм, может быть, я отец года, раз жду отъезда дочурки. Меня оправдывает, что ей уже двадцать один?
— Переживаю за Златку… — дочка вздыхает.
Такого я точно не ожидал. Весь подбираюсь. Гаркаю.
— В смысле?!
Лиза смотрит на полный стакан апельсинового сока, к которому не притронулась.
— Бабушка у нее вернулась… И то ли в дороге было жарко, то ли с сестрами наотмечалась встречу, но плохо ей стало сегодня с утра. Злата с ней в больнице.
Проклятье! Вчера она сказала, что возьмется за проекты. Я не лез со звонками и смс. Сам тоже поделал дела, смотался в спортклуб. Ничего не предвещало!
— Я бы, — дочка продолжает, — поехала туда, ведь Златка совсем одна. Этот ее дядя не в счет… Но у меня рейс совсем скоро. Мама не поймет, и мы так готовились. И Злата сказала, что себе не простит, если я отменю отдых.
Дочка тяжко вздыхает. Я тоже выдыхаю шумно.
— Так, ты спокойно собирайся и дуй в аэропорт, — начинаю планировать действия, — в конце концов, не с самой твоей подругой что-то. Мать и правда на говно изойдет, если отменишь.
— Па! — укоризненно.
— Говорю, как есть, — отрезаю, — ты и сама хочешь лететь. А мне скажи, в какую больницу Зажопинска угодила бабуля.
Лиза таращит на меня зеленые глаза.
— Медвежинска… Она одна там, пап… Взрослая больница.
Ясно. Мог бы догадаться.
— Хорошо, — подхожу к дочке, беру ее за плечи и чмокаю в макушку, — как прилетишь, напиши. Я поехал.
И быстро выхожу из кухни, затылком чувствуя, как ошарашенно Лиза смотрит мне вслед. Но сейчас нет времени для объяснений.
Глава 16
Телефон Златы недоступен. Специально выключила, или разрядился, не знаю. Но я и так найду ее быстро, только приеду в… Медвежинск!
Почему сама не позвонила? Говорил же! Но можно не спрашивать, знаю причину. Не хотела доставлять проблем. Ведь мы, мать итить, так мало знакомы! Негоже меня напрягать, угу. В этом весь ее хрупкий, но в то же время такой сильный характер, который безумно цепляет.
Радует, что я знаю ее домашний адрес. Потому что пробки вообще не входят в мое положение и на выезде из Москвы стоят плотняком. Рабочий день закончился, народ рванул по своим Заж… Короче, не важно.
Суть в том, что Злата уже может быть не в больнице.
Решаю все-таки сначала поехать туда. Узнаю всю ситуацию. Задобрю персонал неожиданной премией.
Фамилию бабушки я тоже знаю, и в окне, представившись дальним родственником, получаю не самые позитивные новости. Женщина в реанимации. Фу-ф… Надеюсь, пронесет.
У администрации больницы закончился рабочий день. Уговариваю купюрой хозяйку окошка, и мне выписывают пропуск. Иду к отделению. Озираюсь на указатели и отмечаю, в больничке более-менее сделан ремонт.
У реанимации, конечно, все закрыто, но мне и не надо внутрь. Потому что прямо мне навстречу к лестнице идет Злата. В спортивных шортах и футболке серого цвета, с пучком на голове. Серьезная. От моего вида аж замирает на месте.
— Борис?