Ксения Черногорская – Лев (страница 38)
Ладно, пора собираться. Так, где могут быть мои вещи?
Сумочку с телефоном в ней я нахожу быстро. В шкафу в спальне.
А вот одежды моей — в квартире, судя по всему, нет.
После минут двадцати суетливо-нервных поисков, я заставляю себя это понять. Мне реально не верится, что он выкинул мою одежду. Но, судя по всему, так и есть. Её тупо нет в этой огромной квартире! Я рылась даже там, куда бы ни за что не полезла, если бы не эта ситуация! Шкафчики, тумбочки, шкафы, ящики столов! В обеих ванных комнатах, на балконе, под кроватью и за диванами! Я смотрела везде!
Её нет!
Моей одежды в квартире попросту нет!!!
Твою-то мать…
Ладно, собралась, тряпка! Нечего сопли на кулак наматывать… Надену его вещи… А какие ещё варианты?!
Выбираю из шкафа то, что меньше всего выглядит комично на мне.
Но комично выглядит всё…
Он ведь просто огромный, по сравнению со мной!
Его рубашки для меня, как халаты… А рукава аж до колен достают…
Ну, вот как я пойду?…
В какой-то момент сознание пронизывает тревожная мысль.
И я, поддавшись новому приступу паники, бегу к входной двери и, трясущимися руками пробую её открыть…
Блин… Мамочки…
Так и есть…
Я не выйду отсюда до его возвращения…
Он запер меня снаружи…
Запер меня здесь…
Глава двадцать восьмая
Совершенно упав духом, я пытаюсь сообразить, как мне себя повести, но вариантов у меня вообще нет. И потому, в ожидании Льва, я тупо пытаюсь смотреть телевизор.
Надо сказать, что телевизор этот — едва ли не во всю стену. Я в жизни не видела таких огромных телевизионных панелей. И из-за этого я на некоторое время даже отвлекаюсь от своих раздумий о том, как я вела себя ночью и о том, что теперь оказалась запертой в чужой квартире.
Лев приходит часа через два, когда я уже устаю нервничать. Но завожусь вновь, причём мгновенно, как только слышу, что в двери поворачивается ключ.
Вскакиваю и, прикрывшись пледом, поворачиваюсь ко входу. Зачем-то, быстро ткнув пальцем в кнопку пульта, выключаю телевизор.
— Привет, — улыбаясь. он заходит в квартиру, держа в руках несколько бумажных пакетов на верёвочках. — Проснулась?
— Ты куда дел мою одежду?! — сразу перехожу в наступление я.
— Выкинул, — хмурится он.
Он так это произносит, будто выкинул мусор. Ну, типа, естественно всё, нечего хламу в доме делать.
— В смысле: выкинул?! — вскипаю я. — Почему?! Какое ты вообще имеешь право распоряжаться моей одеждой?!
— Да перестань, — ухмыльнувшись, он поднимает пакеты. — Я тебе новую купил.
— А я тебя просила?!
Он снова хмурится.
— Слушай, Олесь, остынь. Я купил хорошие шмотки. Под твои размеры. Ты их примеряй сначала, а потом уже, если не понравится, будешь возмущаться. Договорились?
— Нет, — мотаю головой я, — не договорились. Ты самовольно распорядился моей одеждой. Я тебе разрешение на это не давала.
— Слушай, — слабо морщится он. — Ну, давай, без дипломатии. Говно же.
— Что "говно же"?
— Одежда твоя. Ну, прям вообще — лажа.
— Это не тебе решать! — вспыхиваю я вновь. — Ты вообще почему решил, что можешь так поступать? Тебе не кажется, что это неуважением ко мне?!
Он надувает щёки, закатывает на секунду глаза, и, покачав головой, выдыхает.
— Темперамент у тебя, конечно, огонь. Но если ты сейчас не угомонишься, я тебя снова вырублю сексом. Я тебя прям предупреждаю.
Теперь я, всплеснув руками, надуваю щёки. От возмущения. Слов у меня нет. Вот вообще ноль.
— Примеришь? — ухмыльнувшись, спрашивает Лев, и протягивает пакеты перед собой.
Скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь.
Малость не рассчитываю и плед, в одно мгновение, соскальзывает на пол. Быстро наклоняюсь и подбираю его. Краснею, ловя на себе взгляд Льва, и снова кутаясь в плед.
— Хочу тебя… — хрипло произносит он.
— Что? — обомлеваю я.
— Пиздец, как хочу, — покачав головой, произносит он. — Не припоминаю за собой такого. Чтоб прям вот так.
А взглядом — прям пожирает меня. Я даже пячусь назад немного.
Он, тем временем, скидывает туфли, и уходит в ванную.
Тупо смотрю на стоящие в прихожей пакеты.
Лев возвращается и направляется в мою сторону. Пячусь снова, отступаю к окну.
Глаза у него — совершенно дикие. Сверкают аж. И чувство такое, будто в нём животное начало принялось пульсировать. Такое мощное, прям первобытное. Я даже пугаюсь.
Упираюсь поясницей в широкий подоконник. Замираю, глядя на Льва, как кролик на удава.
Он подходит вплотную, ладонями вперивается в край подоконника по обе стороны от меня.
Тёплая волна роскошного древесного парфюма, лёгкий, едва уловимый, запах мужского пота и слабо — какой-то мятный запах шампуня — заставляют меня растеряться ещё больше.
Секунда и — Лев впивается губами в мои губы. Я пытаюсь отвернуться, но сильная ладонь ложится на щёку и не даёт этого сделать.
А спустя секунду-две… тону в поцелуе. Сама не понимаю, как это происходит.
Просто отдаюсь как-то… сама собой…
И во время этого охрененного просто поцелуя взасос, таю, как масло, и теку так, будто про месячные забыла, а они вдруг напомнили о себе…
У меня даже глаза закатываются, хоть и закрыты…
Трепет ткани и внезапная свежесть воздуха — плед летит в сторону.
— Охуеть, соски торчат… — взглянув в глаза Льва, я вижу, как он это произносит. — Да ты же прям готовая уже. Ну-ка…
Пальцы бесцеремонно ныряют между моих бёдер. Сжимаю, но поздно, он уже… ахх… проник… О Боже…
Боже…