Ксения Буржская – Дегустация (страница 44)
Дальше Глеб долго ходит из угла в угол на воровском адреналине, каждую минуту ожидая, что его найдут по камерам и заметут за кражу.
Однако за ним никто не приходит, и самолет вылетает по расписанию, и в нем Глеб сидит с краю, он всегда выбирает место с краю, чтобы посматривать назад и вперед, а еще вытягивать в проход ноги. Глеб ощущает почти детское волнение от возвращения — не просто в Москву, а домой, к дочери и своей собственной ничем не примечательной жизни. Где-то над Варшавой в салоне раздается тревожный шум, поплохело какому-то пожилому немцу, и, как обычно бывает в таких ситуациях, по громкой связи спрашивают, есть ли в салоне врач. Пока Глеб думает о том, что жизнь очень непредсказуема и все надо делать вовремя и что к врачу бы надо зайти, когда он разберется с остальными своими проблемами, врач находится и спешит мимо куда-то в хвост, где на пустующем последнем ряду ждет пациент. Глеб выгибается и смотрит в спину высокому молодому человеку с красивыми волнистыми волосами, пожалуй, очень молодому, даже интересно, когда он успел стать врачом.
Через некоторое время врач в пижонских рыжих ботинках проходит назад, его провожает, рассыпаясь в благодарностях, бортпроводница, а Глеб открывает ноутбук и продолжает писать роман.
Москва такая же, как и раньше, — мокрый снег, ветер, толкучка в ожидании такси. Глеб вынимает кактус из кармана и теперь несет его как букет. Еще в Стамбуле он написал Геле, что едет, и та ответила в том смысле, что ей по барабану. Хорошо, написал Глеб, заеду хотя бы вещи соберу. Геля прислала ему коротенькое видео, гифку, на которой собака, похожая на овчарку, закатывает глаза.
Глеб добирается домой ближе к вечеру.
Геля стоит в дверях и спрашивает:
— Тебе сразу сумку принести или поужинаешь?
Где-то он уже как будто это видел, какое-то дежавю. Не выпуская кактуса из руки, Глеб второй обнимает жену. Она вся напрягается и стоит как каменный столб.
— Прости, не видел тебя давно, — извиняющимся тоном произносит Глеб.
— Угу, — кивает Геля и уходит на кухню. — Я разогрею.
Глеб с грустью смотрит ей вслед. Все же они были неплохой командой, и когда-то он очень ее любил, ну правда, честное слово, но время идет, люди взрослеют — вместе и друг об друга, становятся чужими, и им больше не хочется делиться друг с другом всем. Не хочется вместе путешествовать по другим версиям вселенных или даже в этих версиях их встречать. Потому что каждый раз выясняется одно и то же — время ушло.
Глеб нашаривает в свалке обуви свои тапки, плетется на кухню. Его ждет тарелка подогретых макарон с сосисками. Геля сидит за столом с отсутствующим видом и складывает из салфетки кораблик. У Глеба от этого сердце щемит.
— Я сегодня в аэропорту кактус украл, — говорит он, уставившись в тарелку.
Сосиски дышат паром ему в лицо.
— Денег не хватило? — без всяких эмоций спрашивает Геля.
— Хватило. Он не продавался. А я хотел для Ариши.
— Ворованный кактус для дочери. Здорово.
— Гель, ну ты ж понимаешь…
— Тебе есть где жить?
Глеб смотрит на Гелю. Она красивая. Он думает о том, что какой-то мужчина будет ей нравиться больше и лучше ей подойдет и даже, очень возможно, ей повезет и он не будет дурацким писателем.
— Я что-нибудь придумаю, — говорит Глеб и идет обратно в прихожую.
Сосиски остаются нетронутыми, как в первый день творения.
— Только Аришу подожду, ладно?
— Хочешь лично вручить ей свой кактус?
— Хочу лично ей все объяснить.
— Не доверяешь мне? Думаешь, я не справлюсь?
— Гель. Ну давай по-человечески как-то, а. Ну не чужие ж мы друг другу, и я тебе не враг.
— Она, кстати, дома вчера не ночевала. А ты стал мне чужим, когда с этой своей закрутил, — с отвращением говорит Геля, машинально следуя за ним по квартире, и Глебу нечего возразить.
Как объяснить жене, что полюбил другую? Как объяснить, что ты бы, может, и не полюбил ее никогда, если бы тут, с ней, с женой то есть, не было такого сильного, почти критического дефицита нежности, принятия и любви.
Тут ключ в двери поворачивается и в прихожую вваливается Ариша. Иначе это не описать: Ариша входит шумно, сбрасывает увесистую звенящую торбу, снимает ботинки, цепляя носком пятку, и потом, подбрасывая, кидает в угол шарф и куртку — комком.
Геля и Глеб — оба — стоят и смотрят на нее.
Ариша скидывает на плечи большие, будто строительные, наушники и наконец замечает родителей.
— Опа, кого я вижу, — говорит Ариша. — Вернулся, что ли?
— Как и обещал.
Глеб делает попытку обнять дочь, но та выскальзывает змеей и со словами «Подвиньтесь» просачивается в комнату.
Глеб заходит следом и говорит:
— Смотри, я тут кое-что тебе привез…
— Кактус, серьезно? Я думала, ты мне книжку привезешь или просроченный сыр! — смеется Ариша.
— Учту твои пожелания на будущее. Не хочешь прогуляться со мной?
На входе в книжный, словно фейсконтроль, стоит Линда — элегантное пальто по фигуре, серебряные волосы, ехидная улыбка.
— Какие люди, — говорит она, улыбаясь. — А я думала, ты эмигрировал.
— В этот раз нет, — отвечает Глеб честно, и Линда беззлобно смеется.
— Что ж, я рада тебя видеть.
— И я.
— Выглядишь так себе.
— А ты, как всегда, прекрасно.
Линда вздыхает и порывисто обнимает Глеба.
— Я скучала, — шепчет она ему в ухо. — А ты?
— А мне некогда было скучать, — шутит Глеб
— Да ты что! — говорит Линда, подпрыгивая. — Дашь почитать?
— Я подумаю.
Линда улыбается и гладит его по щеке:
— Все-таки здорово, что ты писатель. Есть в этом что-то.
— Да, — соглашается Глеб. — Я тоже стараюсь так думать: что-нибудь в этом есть. Особенно когда вижу людей нормальных профессий — поваров, врачей, даже менеджеров.
Линда смотрит на него с нежностью несколько секунд, а потом говорит:
— Я буду рада прочесть твою книгу. И поболтать с тобой как раньше. Если хочешь — на той неделе.
— Да, — говорит Глеб спокойно. — Внеси меня в календарь, и пусть твой ассистент меня предупредит.
— Зря ты злишься, — качает головой Линда. — Колючий. Я правда очень скучала.
— Я не злюсь, — разводит руками Глеб. — Мне кажется, я никогда не был так близок к смирению.
Все это время Ариша топчется где-то за спиной отца, наушники закрывают уши полностью, играя роль шапки.
— Знаешь, — добавляет Линда вполголоса, — Ариша чертовски на тебя похожа!
— Знаю, — отвечает Глеб. — Она тоже кактус.
Глеб вызывает такси.
— Куда теперь? — спрашивает Ариша, снимая один наушник.