Ксения Болотина – Беременна по контракту (страница 17)
Уже месяц как друзья перестали надо мной смеяться из – за тех чувств, которые я проявлял к своей помощнице. А я проявлял! Так проявлял, так заманивал ее в свои сети, что не заметил, как попался.
Теперь, все трое смотрят на меня с сочувствием. Неделю назад, даже Славка принес подписанные документы на свой бар. Тоже пожалел меня горемычного. Со словами:
– Вечно тебе на баб не везет, – положил их на стол и предложил напиться на выходных.
А поначалу он категорически отказывался верить в то, что такой циник как я снова может влюбиться.
Я и не влюбился, до сих пор. Но своей жизни без Яны уже не представлял.
Сегодня и Леночка смотрит на меня с сочувствием, бросая убийственные взгляды на Яну. И только моя девочка твердо продолжает считать, что мое к ней отношение всего лишь притворство. Трудно ее в этом винить, сам ведь заставил ее так думать.
– Антон Владимирович? – тихий голосок вырвал из не приятных размышлений.
Стоит у дверей. Все те же огромные глаза, длинная коса и холод во взгляде. Изменилась только ее упаковка, да исчезла наивность.
– Чем ты занимаешься?
Уже давно пора с ней поговорить и больше тянуть нельзя. Завтра приезжает отец из свадебного путешествия, а послезавтра, меня и мою избранницу ждут на семейный ужин.
Все идет по плану, кроме того, что моя избранница совсем не в курсе что она МОЯ! Про ужин тоже не в курсе и прямо сейчас я снова рискую получить по лицу.
– Перевожу документы, которые вы должны подписать сегодня. Завтра они должны быть отправлены.
– Я про них уже и забыл, – откидываюсь на спинку кресла и благодарно ей улыбаюсь. – Не представляю, как бы справлялся без тебя.
Пристально смотрит на меня и не найдя ничего подозрительного в моих словах, сдержанно кивает.
И так постоянно! Я ей комплименты, а она как рыба замороженная!
Были бы сейчас рядом друзья, она бы мне мило улыбалась и прятала глаза. И я почти жалею, что их нет рядом со мной.
– Собирайся, мы идем на обед, – говорю таким тоном, что она не решается мне возразить, но красноречиво поджимает губы.
Идея нашего совместного обеда ей не нравится.
– Надо обсудить несколько вопросов, – добавляю и она немного расслабляется.
Какие вопросы будут обсуждаться, не уточняю иначе, сбежит раньше времени. Тогда останется только один вариант. Закинуть ее на плечо и утащить в свою квартиру. Поцелуи и ласки я еще не пробовал в качестве убеждения. Кто знает, быть может она не такая уж холодная, какой хочет казаться. Ведь три месяца назад она реагировала на мои прикосновения учащенным дыханием и расширившимися зрачками.
Все же, зря я тогда решил дать ей время и оставил в покое. Всего лишь за неделю она полностью от меня закрылась и как я не ковырял ее чертову раковину, она не желала раскрываться и дарить мне жемчужину.
Опять понесло не в ту степь. Еще немного и буду зазлебываться розовыми слюнями.
– Иди, будь готова через десять минут.
Яна уходит, а я несколько раз бьюсь затылком о спинку кресла. Вот куда ее вести? Ресторан? Так она и там не постесняется мне врезать, быть может еще и тарелкой в меня кинет. Везти к себе домой, так совсем не оценит.
Пусть выбирает сама. Решаю и подхватив куртку, выхожу из кабинета.
ЯНА
То есть как это, куда я хочу? Никуда я не хочу! Особенно со своим начальником. Его и так слишком много в моей жизни. А я между прочим тоже человек. Живой, думающий, умеющий чувствовать.
Весело ему. Все наиграться никак не может. Дитятко великовозрастное. Я уже на пределе. Последний месяц дался особенно тяжело.
– Без разницы, – цежу сквозь стиснутые зубы.
Безразличие, безразличие, холодность!
Напоминаю себе в который раз.
Не помогает.
С прямой спиной, словно механическая кукла двигаюсь за начальником. Взгляд то и дело скользит по его телу. Широкие плечи, тонкая талия…
Перестань на него пялиться, он только и ждет, что бы поймать тебя на горячем. Едва заметит интерес и все, плакала наша девственность. И черт бы с ней родимой, но он же наиграется и вышвырнет.
Безработная, использованная, с разбитым сердцем.
Перспективы так себе.
Шум закрывающихся дверей, лифт медленно движется вниз. Отсчитываю этажи, пытаясь отвлечься от тепла, что ощущаю своей спиной. Слишком близко. Непозволительно.
Глубоко вздыхаю и уже привычно, беру свои чувства под контроль. Если в один прекрасный день выдержка мне изменит, ничем хорошим это не закончится.
В тишине доезжаем до высокого здания. Его любимый ресторан. Вокруг нас множество людей, тут хочешь не хочешь, а придется держать себя в руках.
Измотанные за месяц нервы, все чаще и чаще начинают сдавать.
– Расслабься, – шепчет мне на ушко, касается рукой спины и я невольно вздрагиваю.
Сотни раз я с ним обедала, ужинала, случалось что и завтракала, но этот раз ощущается особенным. Чувство надвигающейся беды становится все сильнее.
Нас провожают наверх. Закрытые кабинки не предел моих мечтаний, но спорить с начальством бесполезно.
Сажусь на противоположный диван. Главное держать дистанцию. Углубляюсь в изучение меню.
– С тобой все в порядке? – указательным пальцем отодвигает меню, за которым я прячусь.
Ни черта не в порядке!
– Все хорошо, – искусственно улыбаюсь, в ответ на обеспокоенный взгляд.
– Садись ближе, – хлопает по дивану, рядом с собой. – Так проще будет разговаривать.
Выразительно выгибаю бровь и демонстративно скольжу взглядом по узкому столу между нами. Не дурак, должен понять.
– Подними свою задницу и сделай как я попросил! – срывается, вновь включая мудака.
Мне не привыкать к его быстрой смене эмоций. От спокойствия до бешеной злости не более пары секунд.
Специально медлю, но все же пересаживаюсь.
– Завтра приезжает отец, – недовольно буркает и выжидательно смотрит на меня.
– Заказать столик в ресторане?
Отрицательно машет головой.
– Надо перевести какие – то документы в срочном порядке?
Снова отрицание.
– Мне надо съехать с вашей квартиры! – наконец – то озаряет меня.
Логично же. Приезжает его отец и ему надо где – то жить.
– Сегодня же перееду в отель, – стремлюсь успокоить Антона Владимировича.
– Не нужна мне квартира, – еще более недоволен.
– Тогда чего вы от меня хотите! – уже я начинаю раздражаться.
– Ребенка, – выдыхает начальник, не спуская с меня взгляда.
– Какого? – начинаю по деловому уточнять все нюансы и тут же потрясенно замолкаю.
– Обычного, – сидит, смотрит на мою растерянность и перечисляет с блаженной улыбкой. – Маленького, с двумя ручками, с двумя ножками, с крохотными пальчиками, темными глазками и беззубой улыбкой.